Старообрядческая жизнь юго-восточной Беларуси в середине XVIII в.

0
1045
Старообрядческая жизнь юго-восточной Беларуси в середине XVIII в.

В 1735 г. состоялась первая «ветковская выгонка», когда военная экспеди­ция по приказанию императрицы Анны Иоанновны, вторгшись в приделы Речи Посполитой, разорила старообрядческое поселение Ветку, и насильно вернула в Россию (преимущественно в Восточную Сибирь и Забайкалье) десятки тысяч беглых староверов. Это нанесло значительный ущерб по старообрядческой жизни Юго-Востока Беларуси [5].

Вскоре Ветка и близлежащие слободы были вновь заселены старообряд­цами. Через пять лет в Ветке уже прожевало более 40 тыс. человек из которых 2200 были монашествующими. Не далеко от ветковской слободы была по­строена большая часовня под названием Долинка. Первым настоятелем в ней был беглый священник (иеромонах) Дионисий. Он был настоятелем в течение 10 лет. После него настоятелями были священники: Иван Федоров и Лазарь (в монашестве и схиме Лаврентий), схимник Григорий, священник Михаил Кал­мык и иеромонах Валериан. Последний предложил ветковцам построить но­вую церковь. В 1758 г. Церковь была построена и освещена о. Валерианом, как и первая в честь Покрова Пресвятой Богородицы (Покровская). Священники Валериан и Михаил Калмык с этого времени начали руководить духовной жиз­нью в Ветке [4, с. 63].

Новый приток старообрядцев обусловил рост и развитие староверов Го­меля (Спасова Слобода). Вскоре на месте ранее разобранного Спасо-Преображенского храма была выстроена небольшая молельня, а в 1737 г. на терри­тории Спасова скита появился деревянный без купола храм в честь пророка Ильи [1, с. 29].

Недостаток в священнослужителях побудил гомельских староверов в 1759 г. обратиться в Святейший Синод с просьбой о поставлений им епископа слу­жить по старым книгам. Но Синод их просьбу отклонил [1, с. 25].

В 1730 гг. на Гомельщину начали проникать представители беспоповских течений поморцы и федосеевцы. В это время в Ветке поселился проповедник федосеевского течения «новоженов» Иван Алексеев. Он пробыл в Ветке не­долго, однако успел оставить после себя последователей. Летописец Ветковской церкви Беляев назвал его «первым» ученым человеком среди ветковских слобожан: «…первый Иван Алексеев безпоповец, опосля, котораго осталась и риторика его сочинения, в которой и проповедь о Ветке» [3, с. 348].

Во второй половине 1730 гг., недалеко от старообрядческой слободы Кру­пец, на горе, поселился выходец из Москвы, монах Лаврентьевского скита Ви­кентий (впоследствии почитаемый старообрядцами как святой). Здесь он сво­ими руками вырыл себе пещеру и колодец и стал жить в уединении в постах и молитвах. Своей подвижнической жизнью Викентий приобрел почитание у местных староверов. К Викентию в пустынь устремились желающие жить по образу и подобию крупецкого подвижника. Вскоре вокруг его пустыни образо­вался новый скит Новый Крупец. К 1750 гг. новокрупецкая обитель имела важное значение в духовной жизни местных староверов [3, с. 371].

Около 1750 г. в окрестности Гомеля пришел некто Макарий из Вереи и осно­вал здесь Макарьевский (Терловский) скит [1, с. 25]. В 1750-1760 гг. под Гомелем возникли и другие староверческие скиты: Спасский основан игуменом Валаамом в предместьи Гомеля («Монастырёк»); Анфимов основан неким Анфимом выда­вавшим себя за епископа, на берегу Сожа в урочище Боровцы; Филатов основан игуменом Филатом; Пахомьев основан монахом Пахомием; Иоасафов основан выходцем из Гжацка, старцем Иосафом в урочище Ченский обрыв [1, с. 25].

Наиболее влиятельным из всех старообрядческих скитов, построенных под Гомелем, был Лаврентьев, основанный еще в 1735 г. на реке Узе калуж­ским выходцем Лаврентием, чудом скрывшимся с немногими монахами в вет­ковских лесах после первой выгонки. Старец Лаврен управлял монастырем до 1752 г., где и умер. Следующими настоятелями были Досифей (ум. в 1759 г.), Стефан (ум. в 1761 г.), Сергий (руководил до 1769 г.) [1, с. 25].

Монастыри и скиты занимались земледелием, скотоводством, торговлей, вырубкой лесов, ставили мельницы, имели иконописные мастерские. Помимо этого скиты являлись центрами старообрядческого просвещения и грамотно­сти [3, с. 217].

Ветковские старообрядческие монастыри отличались тем, что в них с мо­мента основания священство существовало непрерывно. Здесь сохранялись традиции монастырского иночества, которые у старообрядцев в других регио­нах Российской империи (кроме Стародубья) были значительно утрачены, так как в условиях гонений монахам приходилось жить тайно, небольшими скита­ми, отдельными кельями, а то и поодиночке [3, с. 218].

Некоторые ветковские монахи и монахини под видом купцов и иных тор­говых людей отправлялись в Россию, в места компактного проживания старо­обрядцев и тайно их причащали, крестили детей, отпевали умерших, собирали пожертвования на свои монастыри. В Москве они находили своих сторонников и благотворителей среди дворян, купцов, всякого рода чиновников и посадско­го люда [3, с. 152].

К середине 18 в. ветковское согласие стало весьма авторитетным и приоб­рело множество приверженцев в разных губерниях Российской империи. Одна­ко благополучная жизнь Ветки заметно осложнилась в связи с возникновением дьяконовского и епифановского согласий. В борьбе с новоявленными согла­сиями ветковцы отстаивали не только свои воззрения, но и право оставаться ведущими в поповщине [3, с. 217]. Но, не смотря на это, старообрядческие по­селения в середине XVIII в. продолжали процветать. Они пополнялись не толь­ко переселенцами из России, но и за счет местного белорусского населения. Зажиточность и взаимная поддержка побуждали не только новообрядцев, но и униатов переходить в староверие [1, с. 25], а в старообрядческих монасты­рях Гомельщины помимо русских и белорусов проживали принявшие постриг: украинцы, поляки, шведы (вероятнее всего беглые солдаты Карла XII), и даже евреи [3, с. 309, 392]. Видя такое положение дел, императрица Екатерина II в 1764 г. направила новую военную экспедицию в Ветку [2, с. 68].

Таким образом, старообрядческие поселения на Юго-Востоке Беларуси подвергшиеся разорению и выселке населения в результате военной экспеди­ции 1735 г., постепенно начинают восстанавливаться и процветать, что побуди­ло правительство России в 1764 г. организовать вторую «выгонку».

Литература

  1. Виноградов, Л. Гомель. Его прошлое и настоящее. 1142-1900 гг. [Текст] //Л. Вино­градов. Гомель : Сож, 2005. с. 48. Репринт, изд. М., 1900.
  2. Гарбацкі, А.А. Палітыка Кацярыны II у дачыненні да стараабраднікаў [Текст] // Весці Нацыянальнай Акадэміі навук Беларусі 1999. № 2. Серыя гуманітарних навук. С. 67-71.
  3. Лилеев, М.И. Из истории раскола на Ветке и в Стародубье 17-18 вв. [Текст] / М.И. Лилеев. Вып. 1 Киев : Типографія Г.Т. Корчакъ-Новицкаго, 1895. 596 с.
  4. Рубановский, И. Великорусы старообрядцы [Текст] // Опыт описания Могилев­ской губернии в историческом, физико-географическом, этнографическом, про­мышленном, сельскохозяйственном, лесном, учебном, медицинском и стати­стическом отношениях. В 3 книгах. Сост. по программе [с предисл.] и под ред. А.С. Дембовецкого Книга 1. Могилев, 1892. С. 653-678.
  5. 5 Юркин, И.Н. «От города до города на прежния жилища» [Электронный ресурс] «Самарское староверие». Режим доступа: http://samstar-biblio.ucoz.ru/publ/50-1-0315 -Дата доступа: 05.09.2008 Время доступа: 1:30.

Автор: Ростислав Рогинский
Источник: Религия и общество 10: сборник научных статей / под общ. ред. В. В. Старостенко, О. В. Дьяченко. Могилев: МГУ имени А. А. Кулешова, 2016. 380 с.: ил.