Сравнительно-исторический анализ этнических поляков на Гомельщине в 1920-1930-е гг.

0
58
поляки Гомельщина и их история

Советское государство, начав активную национальную политику, не сопровождало ее основательным научньм изучением тех этносов, на которые эта политика была направлена. Одной из основных причин это­го было отсутствие серьезного законодательства, а также малый опыт практических мероприятий в данной области даже в мировом масштабе.

В отношении польского национального меньшинства в БССР поло­жение усложнялось тем, что в силу близости польской границы, этот вопрос имел больше политическое значение [1, л. 88].

Кроме этого, существовала сложнейшая проблема статистики поль­ского населения Беларуси заключающаяся, в первую очередь, в трудно­сти идентификации “поляков”. Дело в том, что в категорию польского национального меньшинства были включены разнообразные группы на­селения, общей чертой которых являлась принадлежность к католиче­ской религии. Тем не менее, Польбюро ЦК РКП(б) придерживалось мнения, что польский вопрос в СССР должен решаться не с точки зре­ния статистики и этнической истории, а с позиций внешнеполитической ситуации [2, л. 31].

Большая часть этих “поляков” состояла из ополяченной местной шляхты. После законодательной ликвидации социального статуса быв­шая шляхта упорно именовала себя поляками, так как этническое само­определение оставалось единственной формальной границей, отделяв­шей их от крестьянской массы, поскольку, как свидетельствовало Поль­бюро, данная группа населения в отношении социального статуса “ничем кроме вероисповедания от остального крестьянства не отличает­ся” [3, л. 85]. То есть в данном случае имеет место смешение нацио­нальности с конфессией [4, л. 48]. В результате сформировался фено­мен этноконфессиональной идентификации части “польского” населе­ния БССР.

Таким образом, дистанцирование данной группы “поляков” от бело­русских крестьян следует объяснять не национальными, а социальными причинами: “частка насельнтцтва глядзіць на крастьян беларусоў, як на “мужыкоў”. У сваю чаргу, частка беларускага насельніцтва глядзіць на польскае насельніцтва агульна як “шляхтычаў”, “паноў” і “кулакоў” [5, л. 107 об.]. Следует отметить, что эта группа населения не владела польским языком, за исключением некоторых зажиточных поляков, ко­торые имели разговорный минимум необходимый для проведения религиозных обрядов. [6, л. 100] В их среде сохранялись традиционные шляхетские быт и культура, которые со временем стали ассоциироваться с польскими. Данный фактор, а также культурное влияние католического костёла и режим ограничительных законов царских властей повлияли на укрепление польского самосознания в среде данной группы населения.

Доля этнических поляков в составе польского национального меньшинства Гомельщины была незначительной. Их можно разделить на три группы. Во-первых, это часть городского польского населения Гомеля, Жлобина, Речицы, Чечерска, Рогачёва и некоторых других городов, большая часть которого работала на железной дороге. Во-вторых, в результате первой мировой войны этнические поляки появились на Гомельщине в качестве беженцев. Некоторая их часть избежала репатриации начала 1920-х гг. и была рассеяна среди городского и сельского населения, преимущественно проживая в среде сельского католического населения. Третья группа, наиболее многочисленная, представляла собой крестьян-колонистов, которые начали заселять пустующие земліи Гомельщины с XVIII века. Они проживали в следующих населённые пунктах: Рудня-Шлягино, Рудня-Гулево, Рудня-Столбунская Ветковского района, а также Рудня-Нисимковичская и Рудня-Бартоломеевская Чечерского района.     

За 150-200 лет проживания среди белорусского населения этнические поляки полностью утратили польский язык, их культура и быт в результате трансформации ничем не отличались от быта белорусских крестьян. [7, л. 18] Единственным характерным отличием этнических поляков от местного крестьянства была католическая религия.

Если проанализировать степень сходства и различий между этниче­скими поляками и той частью польского населения БССР, которая име­ет шляхетское происхождение, то вырисовывается следующая картина.

Их сходство заключалось лишь в том, что обе группы являлись като­ликами, а также обладали устойчивым польским самосознанием, однако последнее имело различные сущность и происхождение. В отличие от этнических поляков, вторая группа мало соотносила себя с Польшей, ассоциируя “польскость” с принадлежностью к католической религии и шляхетностью.

Различий же было гораздо больше. В первую очередь это касалось того, что эти группы относились к разным социальным слоям (крестья­не и шляхта), что предполагало существенные различия в мировоззре­нии, культуре и быте, экономическом укладе, социальных отношениях [8, л. 146].

Существовали различия в типе усадьбы и населенного пункта. Шляхта преимущественно проживала в небольших околицах и хуторах, что затрудняло работу с ней партийных и советских органов и способствовало сохранению традиционности. Этнические поляки проживали в вышеперечисленных деревнях Ветковского и Чечерского районов, причём эти населённые пункты были довольно крупными. Например, три из них являлись центрами сельсоветов.

Если шляхта традиционно занималась земледелием, не имея никаких отходных промыслов и ремёсел, приносящих побочные доходы [9, [с. 606; 10], то экономическая жизнь поляков-колонистов отличалась большим разнообразием. Изначально переселенцы занимались выплавкой из руды железа и кузнечным ремеслом. [11, л. 15] По причине того, что все населенные пункты, в которых они проживали, располагались на левобережье Сожа, где были крайне неплодородные земли, колонистам и далее приходилось заниматься ремеслами и промыслами. Наибольшее распространение, в связи с хозяйственной спецификой региона, получили лесоразработки. [12, л. 130] Тем не менее, в отличие от шляхты, которая заметно выделялась среди окружающего населения своей зажиточностью, этнические поляки, как правило, относились к бедноте и середнячеству.

Имущественный достаток шляхты позволял ей, по возможности, со­хранять атрибуты шляхетского быта. Во многих домах была дорогая мебель и утварь, иной была одежда и пищевой рацион. Культурный уровень этнических поляков был крайне низким, зачастую ниже, чем у белорусов.

Определённые различия между двумя группами поляков имелись и в конфессиональном отношении. Шляхта (даже родственники) отно­силась как к католикам, так и к православным, причем осознание шля­хетства было для них более важным, чем религиозная идентичность. До революции случались примеры массового перехода в православие “во избежание специальных налоговых обложений’ [13, л. 290]. Этнические поляки напротив отличались крайней религиозностью. Почти во всех деревнях имелись каплицы, активно действовали костёльные комитеты, существовало множество кружков “терциаров”, “ружанцовых” и др. Как правило, эти деревни наиболее часто посещались ксендзами. Примеча­тельно, что шляхта называла население этих деревень “верными като­ликами” [14].

Большинство этнических поляков находились в родственных отно­шениях, так как принадлежали только к нескольким фамилиям: Гулеви­чи, Смыковские, Скоропадские, Кацубы, Мохоревы и Ключинские.

Таким образом, польское население Гомельщины имело сложную структуру и происхождение, различные принципы этнической и социальной идентификации, разный культурный уровень и находилось в процессе трансформации.

  1. Государственный архив общественных объединений Гомельской обла (далее: ГАООГО). — Ф. 1838. — Оп. 1. — Д. 6.
  2. Национальный архив Республики Беларусь. — Ф. 4п. — Оп. 11. — Д. 11.
  3. ГАООГО. — Ф. 1. — Оп. 1. — Д. 1575.
  4. НАРБ. — Ф. 4п. — Оп. 11. — Д. 82.
  5. НАРБ. — Ф. 4п. — Оп. 11.Д. 104.
  6. ГАООГО. — Ф. 1. — Оп. 1. — Д. 2038.
  7. ГАООГО. — Ф. 278. — Оп. 1а. — Д. 691.
  8. ГАООГО. — Ф. 1. — Оп. 1. — Д. 2036.
  9. Дембовецкий А.С. Опыт описания Могилёвской губернии. — Кн. 1. — Мо­гилёв, 1882.
  10. Материалы, полученные от информатора Б.А. Горского, записанные 5 ав­густа 2002 г.
  11. ГАООГО. — Ф. 278. — Оп. 2а. — Д. 405.
  12. ГАООГО. — Ф. 282. — Оп. 2а. — Д. 275.
  13. ГАООГО. — Ф. 3. — Оп. 1. — Д. 146.
  14. Материалы информатора А.П. Абухович, записанные 10 октября 2002 г.

Автор: П.А. Литвинов
Источник: “Открыть миру душу белоруса…”, міжнародная навукова-практычная канферэнцыя (2005, Гомель). Міжнародная навукова-практычная канферэнцыя, 25 — 26 кастрычніка 2005 г.: [прысвечаная 150-годдзю з дня нараджэння Е.Р. Раманава: зборнік матэрыялаў / рэдкал.: А.Р. Яшчанка [і інш.]. — Гомель: ГДУ імя Ф.Скарыны, 2005. — 282 с. Ст. 255-258.