Организация помощи глухонемым на территории белорусских губерний во второй половине XIX — начале XX вв.

0
114
Организация помощь глухонемым на территории белорусских губерний во второй половине XIX — начале XX вв.

В Российской империи государственная социальная политика как комплексная система мероприятий, направленных на решение различных социальных проблем, начала формиро­ваться после отмены крепостного права. Ее складывание проходило под влиянием масштаб­ных модернизационных процессов, которые охватили все сферы жизни общества. Среди наи­более важных факторов, которые определяли сущность и приоритетные направления социаль­ной политики, можно отметить изменение правового статуса крестьянства и трансформацию социальной структуры населения в целом, повышение его мобильности, активные урбанизаци­онные процессы и т. д. С распадом традиционных социальных структур и связей стало акту­альным решение проблемы поддержки и интеграции в трудовую деятельность лиц с особенно­стями психофизического развития, в первую очередь, глухонемых. На государственном уровне ее наличие было осознано не сразу. Кроме того, правительство не обладало достаточными фи­нансовыми и организационными ресурсами для ее успешного разрешения, что предопредели­ло необходимость использования потенциала общественной благотворительности.

Цель данной статьи — проследить процесс формирования помощи глухонемым жителям на территории белорусских губерний во второй половине XIX — начале XX вв. Основными источниками для ее подготовки послужили статистические данные, правовые акты, а также делопроизводственные материалы органов местного самоуправления.

Первые работы, посвященные положению глухонемых в Российской империи, появи­лись еще в дореволюционный период. Среди них можно отметить публикации Г.М. Герценштейна [1] и И.К. Мердера [2], а также фундаментальное исследование М.В. Богданова-Березовского [3]. В отечественной историографии первым к освещению проблемы обучения глухонемых детей обратился И.М. Бобла. В 1983 г. была издана его работа «Развитие специ­ального обучения и воспитания аномальных детей и подростков в дореволюционной Бело­руссии» [4], а в 2010 г. в соавторстве с И.Ю. Макавчик — «История становления и развития специального образования детей с особенностями психофизического развития в Беларуси» [5]. В данных публикациях основной акцент был сделан на анализе деятельности учебных заведений и программ обучения в них. За рамками внимания исследователей оставались во­просы, связанные с определением места помощи глухонемым в социальной политике прави­тельства Российской империи, анализ правовых, финансовых и организационных условий ее реализации на региональном уровне, в том числе на территории белорусских губерний.

В Российской империи организация помощи глухонемым на протяжении долгого време­ни носила эпизодический характер. М.В. Богданов-Березовский указывал на особое положение данной категории лиц по сравнению с другими западноевропейскими государствами. С одной стороны, огромное число нуждавшихся в помощи, которая должна была выражаться не только в призрении, но и в обучении. С другой стороны, равнодушное отношение общества к данной проблеме, что было связно с экономическими и бытовыми условиями жизни. Первое специа­лизированное заведение, ориентированное на помощь глухонемым детям, было открыто по распоряжению императрицы Марии Федоровны в Павловске в 1806 г. Спустя четыре года оно было переведено в Санкт-Петербург. До 1861 г. проблема помощи глухонемым не обращала на себя особого внимания государственных институтов и представителей общественности. На протяжении первой половины XIX в. было открыто всего три специализированных учрежде­ния: институт слепых и глухонемых в Варшаве в 1817 г., училище для глухонемых в Риге в 1840 г. и школа для глухонемых в Одессе в 1843 г. [3, с. 1-2, 166-167, 173, 186]. Кроме того, некоторое время учебное заведение для глухонемых существовало в Вильно. Оно было откры­то по инициативе К. Молоховца в 1823 г. Затем последовало его преобразование в институт глухонемых при Виленском университете. В 1833 г. институт был закрыт, а ему на смену пришла школа для глухонемых детей, основанная К. Молоховцем при Благотворительном об­ществе, которая прекратила свою работу после его смерти в 1843 г. [5, с. 47-48].

На протяжении первых десятилетий после отмены крепостного права организация по­мощи глухонемым продолжала оставаться за рамками внимания государства. Отсутствовал статистический учет данной категории лиц. Первые попытки определить количество глухо­немых в структуре населения Российской империи предпринял Г. М. Герценштейн, врач и публицист, который уделял много внимания вопросам медицинской статистики. В своих подсчетах он использовал материалы, предоставленные губернскими по воинским делам присутствиями, о числе новобранцев, забракованных с отметкой «глухонемота». По данным за 1884-1889 гг. из 2 393 460 новобранцев на службу не было принято 5 192 глухонемых, что составило 0,2 % от общего числа новобранцев. Г.М. Герценштейн полагал, что этот показа­тель можно экстраполировать на все население страны [1, с. 907]. Однако полученные дан­ные касались только небольшой половозрастной группы — мужчин в возрасте двадцати лет. По этой причине даже М.В. Богданов-Берзовский в своем фундаментальном труде «Положе­ние глухонемых в России» предпочел воздержаться от обобщений на основании подсчетов, сделанных Г.М. Герценштейном, полагая, что любая неточность в них может привести к серьезным ошибкам [3, с. 28].

Наиболее подробные сведения о количестве глухонемых были собраны в 1897 г. в ходе проведения Всероссийской переписи населения. Согласно полученным данным число глухо­немых в Российской империи составило 124 513 человек, или около 0,1 % населения. При этом большая их часть принадлежала к крестьянам — 104 327 человек (83,8 % от общего чис­ла глухонемых). На территории пяти белорусских губерний сохранялись аналогичные про­порции: число глухонемых составило 10 065 человек, или около 0,12 % населения. При этом к сельскому сословию принадлежало 7 735 человек (77 % от общего числа глухонемых) [6, с. 1-2], [7, с. 214, 216-217].

Материалы Всероссийской переписи позволили относительно точно определить коли­чество глухонемых в структуре населения Российской империи. Кроме того, стало очевид­ным, что их большая часть принадлежала к крестьянству, а потому нуждалась в организации бесплатной и доступной помощи в сельской местности. Она должна была выражаться в соз­дании специализированных заведений для обучения глухонемых детей и их подготовке к трудовой деятельности. Однако первые училища для них открывались в городах. На терри­тории белорусских губерний в пореформенный период существовало три учебных заведения, предназначенных для глухонемых детей.

В Минске в 1888 г. было открыто училище для глухонемых еврейских детей. Инициа­тива его создания принадлежала Михаилу Яковлевичу Нисневичу и его супруге Софье Оси­повне, в девичестве Окунь. Это было учебное заведение закрытого типа, рассчитанное на 50 человек. В него принимались и вольноприходящие ученики [5, с. 51-52]. Училище было от­крыто исключительно за счет частных средств. В связи с большим количеством желающих обучать своих детей бесплатно С.О. Нисневич обратилась за финансовой поддержкой к гу­бернской администрации. В итоге училищу было назначено пособие из сумм коробочного сбора в размере 2 000 руб. на содержание девяти человек, уроженцев Минской губернии. С 1896 г. из аналогичного источника по Могилевской губернии начало выплачиваться пособие в размере 600 руб. на содержание трех стипендиатов [3, с. 211-212]. Учредители пытались привлечь субсидии и со стороны других белорусских губерний. Однако Витебское, Виленское и Гродненские губернские правления отказались от назначения пособий [5, с. 54]. В училище дети изучали не только общеобразовательные дисциплины, но и получали ремес­ленную подготовку. К началу XX в. в нем обучалось 18 человек, однако число претендентов всегда превышало число свободных вакансий, число которых было ограничено из-за недос­татка средств [3, с. 212-213]. В 1906 г. училище прекратило свою деятельность из-за трудно­стей с финансированием [5, с. 60].

Второе училище для глухонемых детей было открыто в Витебске в 1895 г. И.О. Васютовичем. Оно размещалось в частном доме в мало приспособленном помещении. Обучение в училище было платным и составляло 1 руб. 50 коп. в месяц, однако бедные ученики обуча­лись бесплатно. На протяжении 1898-1902 гг. училищу выплачивалась субсидия из сумм ко­робочного сбора в размере 100 руб. в год [3, с. 227-228]. Кроме того, оно получало матери­альную поддержку и из других источников. Так, Витебское управление по делам земского хозяйства внесло в смету расходов на 1905 г. пособие в размере 100 руб., предназначенное школе для глухонемых [8, с. 25-26]. В 1912 г. оно было увеличено до 500 руб. [9, с. 305, 323].

Еще одно училище было создано Р.В. Слиозбергом в Гомеле. В 1902 г. он организовал обучение глухонемых у себя на квартире, а в 1904 г. обратился в Министерство народного просвещения за разрешением открыть одноклассное училище для глухонемых [5, с. 60-61].

Перечисленные выше учебные заведения возникли благодаря инициативе частных лиц. Они размещались в городах и были мало доступны для детей из крестьянского сословия. По­пытки разрешения данной проблемы связаны с деятельностью Попечительства императрицы Марии Федоровны о глухонемых. Оно было создано на основании Положения от 3 мая 1898 г. как частное учреждение, которое находилось под покровительством их император­ских величеств. Основная цель деятельности Попечительства заключалась в организации помощи глухонемым всех возрастных групп. Для взрослых оно могло открывать мастерские, дома трудолюбия, дешевые квартиры. В Положении подчеркивалось, что трудоспособные взрослые глухонемые должны были обеспечиваться работой, а нетрудоспособные — поме­щаться в богадельни. Для оказания помощи детям могли открываться школы, учебные мас­терские, приюты, убежища. Кроме того, к обязанностям Попечительства была отнесена под­готовка кадров квалифицированных преподавателей. Средства Попечительства формирова­лись за счет членских взносов, частных пожертвований, субсидий от правительства и других учреждений, платы за содержание в заведениях и процента от продажи произведенных в них изделий, а также кружечного сбора и выручки от проведения концертов, благотворительных базаров и пр. Управление текущими делами и разрешение организационных вопросов было возложено на Совет из девяти человек и Общее собрание членов. Попечительство имело право открывать в различных регионах Российской империи свои отделы и учреждения для призрения и воспитания глухонемых [10, с. 300-302]. 2 мая 1900 г. было утверждено новое Положение Попечительства о глухонемых. Оно вносило незначительные изменения в изло­жение финансовых и организационных условий деятельности данной организации. В частно­сти, при перечислении источников финансирования был добавлен пункт о праве Попечи­тельства распоряжаться доходами с капиталов и недвижимых имуществ. Управление его те­кущими делами было возложено на Комитет из шести человек. При нем должен был функ­ционировать Совет, который состоял из Учебно-медицинского и Хозяйственного отделов. Число его членов не ограничивалось [11, с. 401-404].

С самого начала своего существования Попечительство о глухонемых должно было ре­шить проблему создания стабильного источника финансирования для реализации своих благо­творительных проектов. В этой связи в 1899 г. оно обратилось к органам местного самоуправ­ления с просьбой выделить средства на создание в каждом городе учреждений для воспитания и призрения глухонемых детей. На территории белорусских губерний эта инициатива не полу­чила должной поддержки. Так, Люцинское собрание уполномоченных выделило на эти цели всего 10 руб., Бобруйская городская дума — 25 руб., Лидское собрание уполномоченных — 25 руб. [12]—[14]. В то же время Виленская городская дума назначила Попечительству о глу­хонемых пособие в размере 300 руб. [15, с. 22-23, 33-34]. Городские власти Бреста выделили на 1901 г. на указанные цели более 100 руб. [16]. После создания на территории белорусских губерний управлений по делам земского хозяйства они по мере возможности старались оказы­вать финансовую помощь Попечительству о глухонемых. Так, Витебский губернский комитет внес в смету расходов на 1905 г. пособие в размере 500 руб., Минский и Могилевский комите­ты в 1906 г. выделили по 200 руб. [8, с. 25-26], [17, с. 18], [18, с. 21, 24].

Попечительство попыталось разрешить проблему организации помощи глухонемым детям в сельской местности через создание сети школ-хуторов. Идея совмещения обучения и сельскохозяйственного труда была высказана императрицей Марией Федоровной в беседе с председателем Совета Попечительства И.К. Мердером. Одной из первых была открыта фер­ма-приют вблизи деревни Мурзинки под Санкт-Петербургом на участке площадью 11 деся­тин. Она была рассчитана на 30 человек. Кроме того, хутор-приют для глухонемых был соз­дан в Чернигове при активном содействии губернатора Е.К. Андреевского [3, с. 156-157, 233-235]. Попечительство решило распространить эту практику и в других регионах. На места были разосланы предложения пожертвовать денежные средства и предоставить зе­мельные участки для создания небольших школ-хуторов для глухонемых. Однако однознач­ной поддержки данная инициатива не получила. На территории белорусских губерний ряд городов отказался как от выделения средств, так и от предоставления земельных участков. Соответствующие постановления были приняты в Слуцке, Дриссе, Люцине, Режице, Город­ке, Сураже, Полоцке [19]-[25]. Собрание городских уполномоченных Лепеля отказалось рас­сматривать данный вопрос, пока не будет принято решение об открытии в городе школы-хутора [26]. В то же время 2 десятины земли были выделены в Минске, 5 десятин — в Лиде [27]-[28]. Постановления об отведении 10 десятин в пользование Попечительства о глухоне­мых были приняты городскими властями Себежа и Игумена [29]-[30]. Двинская городская дума в принципе согласилась предоставить земельный участок, но его размер было решено определить после переговоров с Попечительством [31]. Городские власти Слонима так же выразили согласие, но с весьма оригинальной оговоркой: учредители школы-хутора должны были самостоятельно разрешить спор с захватчиками земельного участка [32]. В целом раз­мер пожертвований оказался весьма скромным, что не позволило Попечительству о глухо­немых создать широкую сеть школ-хуторов для глухонемых.

Среди общественных деятелей, посвятивших себя делу помощи глухонемым, посте­пенно укреплялась мысль о необходимости более активно привлекать к решению данной проблемы центральные органы власти и использовать государственное финансирование для расширения сети специализированных учебных заведений. Подтверждением этому служит постановление третьего Всероссийского съезда деятелей по воспитанию, обучению и при­зрению глухонемых, который работал в Москве с 27 по 31 декабря 1910 г. Он принял реше­ние направить в Государственную думу петицию с просьбой рассмотреть вопрос о введении всеобщего начального обучения для глухонемых детей. При этом учебные заведения, пред­назначенные для них, должны были открываться за счет государственных средств и подчи­няться Министерству народного просвещения [33, с. 31, 35, 38]. Тем самым было озвучено основное направление дальнейшего развития помощи глухонемым: из сферы частной благо­творительности она должна постепенно перейти в ведение государства с обеспечением по­стоянного источника финансирования из средств казны. Однако оно не было реализовано в связи с началом Первой мировой войны.

Таким образом, в социальной политике Российской империи на протяжении первых пореформенных десятилетий в принципе не уделялось внимания организации помощи глу­хонемым, до конца XIX в. отсутствовали точные статистические данные об их количестве. Первые учебные заведения для детей с подобными особенностями начали открываться бла­годаря частной инициативе. Это было характерно как для центральных губерний, так и для белорусских. Специализированные училища для глухонемых были открыты в Минске, Ви­тебске, Гомеле. Они получали материальную поддержку со стороны органов местного само­управления и управления, но не всегда достаточную, чтобы гарантировать их существование. Попытки организовать централизированную помощь глухонемым были связаны с созданием специального Попечительства. В положениях 1898 и 1900 гг. были определены его правовой статус, источники финансирования, функциональные обязанности, структура. При этом под­черкивалось, что это учреждение носит частный характер и находится под патронажем их императорских величеств. Серьезным препятствием для успешной реализации задач, возло­женных на Попечительство, было отсутствие стабильного источника финансирования из средств казны. Для осуществления своих благотворительных проектов, в частности, для раз­вития сети учебных заведений, предназначенных для глухонемых детей, оно вынуждено бы­ло обращаться к сбору пожертвований среди частных лиц, органов местного самоуправле­ния. Однако не всегда инициативы Попечительства находили поддержку среди широких слоев населения, что служило подтверждением слов М.В. Богданова-Березовского о безраз­личном отношении в обществе к проблемам глухонемых. Было очевидно, что финансовых возможностей Попечительства о глухонемых как частной благотворительной организации недостаточно для успешной организации помощи данной категории лиц. Только активное участие государственных структур и выделение постоянного источника финансирования из средств казны могли обеспечить условия для успешного разрешения данной проблемы.

Литература

  1. Герценштейн, Г.М. Глухонемые и глухота / Г.М. Герценштейн // Энциклопедический словарь: в 82 т., 4 доп. т. / издатели: Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. — СПб.: Семеновская типо-лит. (И.А. Ефро­на): Тип. Акц. об-ва Брокгауз-Ефрон, 1890-1907. — Т. УШа: Германия — Го. — 1893. — С. 905-911.
  2. И.М. Призрение глухонемых в России / [И.К. Мердер] // Вестник благотворительности. — 1899. — № 3. — С. 64-67.
  3. Богданов-Березовский, М.В. Положение глухонемых в России. С обзором современного со­стояния вопроса о восстановлении слуха у глухонемых / М.В. Богданов-Березовский. — СПб.: Тип. Исидора Гольдберга, 1901. — XII, 293, [3] с.
  4. Бобла, И.М. Развитие специального обучения и воспитания аномальных детей в дореволю­ционной Белоруссии: учебное пособие / И.М. Бобла. — Минск: Минский пединститут им. М.А. Горь­кого, 1983. — 86 с.
  5. Бобла, И. М. История становления и развития специального образования детей с особенно­стями психофизического развития в Беларуси: пособие / И.М. Бобла, И.Ю. Макавчик. — Минск: БГПУ, 2010. — 179 с.
  6. Общий свод по Империи результатов разработки данных первой всеобщей переписи населе­ния, произведенной 28 января 1897 года: в 2 ч. — СПб.: Паровая типо-лит. Н.Л. Ныркина, 1905. — Т. I. — [4], XXII, 268, 89 с.
  7. Общий свод по Империи результатов разработки данных первой всеобщей переписи населе­ния, произведенной 28 января 1897 года: в 2 ч. — СПб.: Паровая типо-лит. Н.Л. Ныркина, 1905. — Т. II. — [6], LX, 417 с.
  8. Краткий обзор деятельности Управления по делам земского хозяйства Витебской губернии за 1903-1910 г. / сост. Н.Г. Матвеев. — Витебск: Типо-лит. Подземского, 1910. — 2, 122 с.
  9. Журналы первого очередного [Витебского] губернского земского собрания. Сессия 15-25 января 1912 года / Витебское губернское земство. — Витебск: Типо-лит. насл. М.Б. Неймана, 1912. — 32, 391 с.
  10. Полное собрание законов Российской империи (ПСЗ РИ). Собрание третье. Том XVIII: 1898. Отделение первое. От №14861-16309 и дополнения. — СПб.: Гос. тип., 1901. — 1120, 73, [3] с.
  11. ПСЗ РИ. Собрание третье. Том XX: 1900. Отделение первое. От №17968-19504 и дополне­ния. — СПб.: Гос. тип., 1902. — 1168, 10, [8] с.
  12. Национальный исторический архив Беларуси (НИАБ). — Фонд 1430. — Оп. 1. — Д. 43957. Ко­пии постановлений Люцинского собрания уполномоченных [за 1899 г.]. — Л. 67-67 об.
  13. НИАБ. — Фонд 22. — Оп. 1. — Д. 602. Журналы заседаний Бобруйской городской думы [за

г.]. — Л. 139-139 об.

  1. Национальный исторический архив в г. Гродно (НИАБ в г. Гродно). — Фонд 1574. — Оп. 1. — Д. 4. Приговоры собраний уполномоченных [г. Лиды] на 1899 г. — Л. 17, 23 об.
  2. Протоколы Виленской городской думы за второе полугодие 1899 года. — Вильно: Тип. И. Блюмовича, 1899. — 6, 170 с.
  3. НИАБ в г. Гродно. — Фонд 17. — Оп. 1. — Д. 257. Копии постановлений Брестской городской думы за 1902 г. — Л. 329, 332 об.
  4. Сборник постановлений Минского губернского комитета по делам земского хозяйства за 1906 год. — Минск: Паровая типо-лит. И. и В. Тасьман, 1907. — 127, [1], 4, 3, [3], 2, 19, [1] с.
  5. Журналы годичного собрания Могилевского губернского комитета по делам земского хозяй­ства 1-11 сентября 1906 года. — Могилев губ.: Тип. Губернского правления, 1906. — XXIII, [1], 214 с.
  6. НИАБ. — Фонд 22. — Оп. 1. — Д. 606. Приговоры Собрания уполномоченных г. Слуцка [за 1898 г.]. — Л. 93.
  7. НИАБ. — Фонд 2508. — Оп. 1. — Д. 1685. Постановления Дриссенского собрания уполномо­ченных за 1901 г. — Л. 116, 118.
  8. НИАБ. — Фонд 2508. — Оп. 1. — Д. 1687. Постановления Люцинского собрания уполномо­ченных за 1901 г. — Л. 44-44 об.
  9. НИАБ. — Фонд 2508. — Оп. 1. — Д. 1688. Постановления Режицкого собрания уполномочен­ных за 1901 г. — Л. 11-11 об.
  10. НИАБ. — Фонд 2508. — Оп. 1. — Д. 1699. Постановления Городокского собрания уполномо­ченных за 1901 г. — Л. 136.
  11. НИАБ. — Фонд 2508. — Оп. 1. — Д. 1700. Постановления Суражского собрания уполномочен­ных за 1901 г. — Л. 38.
  12. НИАБ. — Фонд 2508. — Оп. 1. — Д. 1986. Постановления Полоцкой городской думы за 1902 г. — Л. 5-6.
  13. НИАБ. — Фонд 2508. — Оп. 1. — Д. 1684. Постановления Лепельского собрания уполномо­ченных за 1901 г. — Л. 7.
  14. НИАБ. — Фонд 24. — Оп. 1. — Д. 3600. Постановления [Минской] Думы [за второе полугодие 1899-1907 гг.]. — Л. 160, 161.
  15. НИАБ в г. Гродно. — Фонд 1574. — Оп. 1. — Д. 5. Приговоры Собраний уполномоченных [Ли­ды] на 1900 г. — Л. 41, 46 об.
  16. НИАБ. Фонд 1430. — Оп. 1. — Д. 44500. Копии постановлений Себежского собрания упол­номоченных за 1900 г. — Л. 154.
  17. НИАБ. — Фонд 22. — Оп. 1. — Д. 652. Постановления Игуменского городского общественного управления [за 1901 г.]. — Л. 223.
  18. НИАБ. — Фонд 2508. — Оп. 1. — Д. 1697. Постановления Двинской городской думы за 1901 г. — Л. 262-262 об.
  19. НИАБ в г. Гродно. — Фонд 17. — Оп. 1. — Д. 256. Копии постановлений Слонимской город­ской думы за 1902 г. — Л. 97-97 об.
  20. Труды Всероссийского съезда деятелей по воспитанию, обучению и призрению глухоне­мых, состоявшегося в Москве с 27-го до 31-го декабря 1910 года / издание Московского городского Арнрольдо-Третьяковского училища глухонемых; составлено председателем Организационного ко­митета Ф.А. Рау и секретарем съезда А.Д. Дрожжиным. — М.: Тип. Моск. Гор. Арнольдо-Третьяковского учил. глухонем., 1911. — 369, [3] с.


Автор:
Н.С. Моторова
Источник: Известия Гомельского государственного университета имени Ф. Скорины. — 2019 . — № 1 (112). — Ст. 33-38.