Гомельские профсоюзы: от I губернского съезда профсоюзов до Рижского мира

0
338
Гомельские профсоюзы от I губернского съезда профсоюзов до Рижского мира

В отечественной историографии, как советского, так и постсоветского периода достаточное внимание уделялось изучению истории становления и развития профсоюзного движения Беларуси.

Вместе с тем, некоторые вопросы и аспекты профсоюзной тематики не получили должного осмысления и освещения в научной литературе. В частности, история гомельских профсоюзов 1919– 1921 гг. Интерес к этому историческому периоду закономерен и актуален, так как на него приходится установление советской власти в Гомеле, присоединение его к Российской Федеративной Советской Социалистической Республике, начало общественных преобразований в условиях прифронтовой полосы. Иногда боевые действия разворачивались всего в нескольких десятках километров от города. В профсоюзной жизни Гомеля одним из ключевых событий 1919 г. стал I губернский съезд профсоюзов. Прифронтовая жизнь города завершилась подписанием 12 октября 1920 г. советско-польского перемирия, которое завершилась заключением Рижского мира 18 марта 1921 г. Это по времени практически совпало с дискуссией в Российской коммунистической партии (большевиков) о роли профсоюзов и началом новой экономической политики советского правительства. Конечно, изучение истории гомельских профсоюзов начала ХХ века не стоит ограничивать периодом 1919– 1921 гг. Для более полной картины происходивших процессов и событий следует расширить указанные хронологические рамки исследования, но данная публикация является результатом части подобного исследовательского проекта.

Одним из основных источников данного исторического исследования могут быть документы и материалы профессиональных организаций из фондов Государственного архива Гомельской области и Государственного архива общественных объединений Гомельской области. Они позволяют дать ответы на некоторые вопросы, связанные с историей гомельского профсоюзного движения и поставить новые исследовательские задачи.

В январе 1919 г. г. Гомель был занят частями российской Рабоче-крестьянской Красной армии, в марте 1919 г. он пережил стрекопытовский мятеж, а 26 апреля 1919 г. стал административным центром Гомельской губернии Российской Советской Федеративной Социалистической Республики. В городе началось советское государственное строительство и советские преобразования, логичным продолжением которых стал I Гомельский губернский съезд профсоюзов в июне 1919 г.

В фондах Государственного архива Гомельской области есть стенограмма и регламент работы указанного профсоюзного съезда.

Изучение указанного исторического документа оставляет больше вопросов, чем даёт ответов о событиях на I Гомельском губернском съезде профсоюзов. Одним из первых вопросов, которые возникают у исследователя, – какое количество делегатов принимало участие в работе профсоюзного форума? В стенограмме зафиксированы разные цифры. При открытии съезда упоминается об участии 450 делегатов [1, л. 105], однако, далее в первый день его работы при голосовании по составу Президиума и по резолюциям общее количество проголосовавших колебалось от 241 [1, л. 105] до 304 [1, л. 113]. На пятый день съезда в стенограмме зафиксировано единогласное голосование только 193-мя голосами [1, л. 131].

Наиболее острая и бурная дискуссия развернулась в начале съезда при рассмотрении вопроса об избрании Президиума, в результате которой 145-ю голосами было утверждено одно из двух постановлений о выборах по спискам, против такого решения проголосовало 96 делегатов [1, л. 105]. Разница составила 49 голосов.

Если исходить из количества проголосовавших (241 делегат), то соотношение сторонников и противников, принятого на съезде решения, было 60 % к 40 %. В последующих голосованиях на I Гомельском губернском съезде профсоюзов прослеживается тенденция к увеличению разрыва между сторонниками РКП(б) и «оппозицией» до полного её исчезновения при выше упомянутом единогласном голосовании в последний день съезда.

Если сравнить результаты голосования в первый день съезда по вопросу об избрании его Президиума и в последний день по вопросу об избрании членов Президиума губпрофсовета, то обнаружатся очень схожие показатели – 195 и 193 голоса. Разница составляет всего 2 голоса, что может указывать на наличие твердого ядра сторонников РКП(б) на профсоюзном съезде.

После утверждения персонального состава Президиума съезда и его повестки дня, согласно стенограммы, был оглашён регламент его работы. В архивных материалах есть печатный текст указанного документа, но на нём не указано, когда, кто и как его утвердил [1, л. 104].

Ещё более запутанными выглядят сведения стенограммы съезда относительно утверждения его повестки дня. В тексте документа дважды упоминается о её утверждении. В первом случае, «повестка дня принимается единогласно» [1, л. 106]. Во втором случае, «повестка дня принимается с добавлением пункта – выборы ревизионной комиссии» и отклонением предложения «о введении в повестку дня отдельного пункта – о борьбе с антисемитизмом» без указания результатов голосования [1, л. 108].

Выступление представителей политических партий, в частности «Еврейской объединённой социалистической рабочей партии» (ЕОСРП), Всеобщего еврейского рабочего союза в Литве, Польше и России («Бунда»), Еврейской социал-демократической рабочей партии «Поалей Цион» и РКП (б) [1, л. 106-107], с приветственным словом к участникам профсоюзного съезда при его открытии, а также наличия на съезде партийных фракций, партийных списков на выборах руководящих органов профсоюзов, указаний в стенограмме съезда партийной принадлежности выступающих говорит о достаточно высокой степени политизации профсоюзного движения Гомельщины, что отразилось в дискуссиях по вопросу о целях и задачах профсоюзного движения. Одни считали необходимым, чтобы профсоюзы объединили все партии, союзы и кооперативы с последующим слиянием с государственными органами [1, л. 111].

Подобной точки зрения придерживалась фракция коммунистов.

Другой точки зрения на развитие профсоюзного движения придерживались, в первую очередь, кандидаты из списка «Бунда».

Они предостерегали от поспешной ликвидации самостоятельности профсоюзных организаций и их огосударствления [1, л. 111]. В одном из выступлений на съезде делегат, партийная принадлежность которого не отмечена, высказал категорическое утверждение, что «никакие политические партии не должны вмешиваться и руководить профсоюзами» [1, л. 111]. Несмотря на наличие определённого плюрализма мнений на профсоюзном съезде его решения и персональный состав избранного руководящего органа гомельских профсоюзов соответствовали и закрепили позицию сторонников РКП(б) по данным вопросам.

После I Гомельского губернского съезда профсоюзов продолжилась работа по созданию профсоюзных организаций и их управленческих структур. 6 июля 1919 г. на заседании I Пленума Гомельского губпрофсовета с представителями Уездного Бюро профессиональных союзов были организованы отделы Президиума Гомельского губпрофсовета: организационно-инструкторский, тарифно-нормировочный, культурно-просветительский и финансово-счётный [1, л.87]. В дальнейшем происходит количественный рост как числа отделов Президиума Гомельского губпрофсовета, так и его персонального состава.

Параллельно с этим проводятся различные мероприятия по подготовке коммунистического профсоюзного актива, включая организацию образовательных курсов и школ. С лета 1919 г. в Гомеле регулярно проходили заседания секретарей производственных объединений и городских профессиональных союзов. Уже в ноябре 1919 года на заседаниях Гомельского губпрофсовета обсуждался вопрос о школе профсоюзных работников [1, л.63].

Уделялось внимание не только организационной и мобилизационной работе в деятельности профсоюзов, но и агитационно-пропагандистской. Ещё в октябре 1919 г. обсуждался вопрос о профсоюзном печатном издании. Через год, в сентябре 1920 г. в протоколах заседаний Гомельского губпрофсовета упоминается газета «Рабочая жизнь» и обсуждается работа её редакции [2, л.3–4].

Постепенно формировался аппарат управления профсоюзных структур, о чём свидетельствует протокол заседания Секретариата Гомельского губпрофсовета от февраля 1920 г. На его заседании слушали вопрос о налаживании аппарата и работы Гомельского губпрофсовета, в том числе финансового отдела и отдела делопроизводства [3, л.5].

Гомельские профсоюзы активно создавали различного рода комиссии социальной направленности. На заседании секретарей профсоюзных организаций от 4 мая 1920 г. рассматривался вопрос о комиссии по борьбе за чистоту [3, л.9].

Близость фронта оставляла отпечаток на деятельности Гомельского губпрофсовета. Так, на заседании Бюро губпрофсовета от 31 августа 1919 г. слушали вопрос «о деятельности союзов во время оккупации» [1, л.31]. В сентябре 1919 г. представитель профсоюзов вошёл в состав комиссии по обороне Гомеля [1, л.33]. 31 октября 1919 г. на заседании Президиума Гомельского губпрофсовета рассматривался вопрос об образовании рабочего отряда Красного Креста для улучшения транспортировки раненых с Черниговского фронта [1, л.60]. В мае 1920 г. обсуждается вопрос о эвакуации губернских учреждений из Гомеля в Клинцы [2, л.69-69а].

После I Губернского съезда профсоюзов продолжилась борьба коммунистов за установление своего влияние и контроля над профсоюзными организациями, что находит отражение во многих архивных материалах. Так, 14 сентября 1919 г. Президиум Гомельского губпрофсовета по итогам рассмотрения вопроса «о союзе легковых и ломовых извозчиков, как нежелающего подчиняться пролетарской организации» постановил: «союз легковых и ломовых извозчиков не является профессиональной организацией, не пользуется правами профсоюза…и назначил ему руководителя» [1, л.37]. Добиться быстро желаемого результата после принятых решений не удалось о чём свидетельствует очередное рассмотрение Президиумом Гомельского горпрофсовета вопроса о союзе извозчиков 23 ноября 1919 г. Одна из главных претензий к этому профсоюзному объединению по-прежнему заключалась в его «непролетарском составе» [1, л.67]. 19 ноября 1919 г. Президиум Гомельского губпрофсовета своим постановлением отменил по причине «не правомочности из-за неправильного представительства и малочисленности» результаты уездного съезда фармацевтических работников, на котором был создан их профессиональный союз [1, л.65]. 23 декабря 1919 г. на заседании Президиума Гомельского губпрофсовета утвердили «Положение о категориях трудящихся, имеющих право состоять членами профсоюза» [1, л.79].

Осенью 1920 г. на заседаниях Гомельского губпрофсовета рассматриваются вопросы о двух профсоюзных организациях: союза просвещения и социалистической культуры, и союза кожевников. «Для укрепления союза кожевников, в котором рабочие попали под влияние нежелательных элементов, из Могилёва в Гомель» переводят одного из советских работников [4, л.2].

Решение по профсоюзной организации союза просвещения и социалистической культуры было более жесткое. Секретариат губпрофсовета ходатайствовал перед Президиумом Гомельского губпрофсовета «о роспуске союза, принимая во внимание демонстративный характер выступлений отдельных членов профсобрания и всего собрания в целом» [4, л.4а]. Камнем преткновения стал вопрос о выдвижении и способе избрания делегатов на уездно-городскую конференцию профсоюзной организации. В частности, избрание собранием работников просвещения и социалистической культуры делегата вопреки отводу его кандидатуры представителем губпрофсовета. Пленум Гомельского губпрофсовета несколько смягчил выше указанную позицию Секретариата.

Результаты выборов на уездно-городскую конференцию отменили, утвердили 7 кандидатов коммунистической фракции, приняли решение «избегать интенсивных мер по отношению к союзу, полагая, что это будет изжито внутри союза» [4, л.2].

К вышеизложенному стоит добавить прошедшие две перерегистрации членов профсоюзов в течении 1920 г. [2, л.40, 73].

Они также могли использоваться для установления контроля со стороны РКП (б) над профсоюзными организациями.

Отношения гомельских профсоюзов с государственными структурами в период 1919–1921 гг. не обходились без конфликтов, которые возникали по разным причинам. 29 июля 1919 г. Президиум Гомельского губпрофсовета рассмотрел вопрос о представительстве железнодорожников при обысках, арестах и реквизициях у них, производимых Чрезвычайной комиссией, по результатам которого обратился в исполком с просьбой рассмотреть этот вопрос с их участием [1, л.20]. Примерно через два месяца, 20 сентября 1919 г.

Бюро Гомельского губпрофсовета осудило практику увольнения представителей профессиональных союзов из органов советской власти в связи с сокращением штатов без согласия профсоюзов [1, л.40]. 22 сентября 1919 г. Бюро Гомельского губпрофсовета раскритиковала проект приказа штаба Гомельского укрепленного района как нарушающий ряд пунктов Кодекса о труде [1, л.41]. 5 ноября 1919 г. Президиум Гомельского губпрофсовета заявил протест в Ревкомы и комитеты РКП (б) по поводу создания Увоенкомом препятствий для деятельности рабочей инспекции [1, л.64 об.]. В сентябре 1920 г. профсоюзы заявляют протест относительно событий вокруг Дома Советской Армии, в частности занятия его помещений [2, л.2-2а].

Период от I Гомельского губернского съезда профсоюзов до заключения Рижского мира (июнь 1919 г. – март 1921 г.) в истории гомельских профсоюзов характеризовался борьбой разных подходов по вопросу развития профсоюзного движения в условиях советского государственного строительства и военного конфликта.

Список использованных источников и литературы

  1. Протоколы президиума и пленума ГСПС (за 1919 г.). Протокол первого губсъезда профсоюзов (10 июня 1919 г.) // Государственный архив Гомельской области (ГАГО). – Ф. 433. Оп. 1. Д. 6.
  2. Протоколы ГСПС (за 1920 г.) // ГАГО. – Ф. 433. Оп. 1. Д. 128.
  3. Протоколы губпрофсовета и переписка с губпрофсоветом // ГАГО – Ф. 433. Оп. 1. Д. 130.
  4. Протоколы заседаний Гомельского губернского профессионального Совета // ГАГО. – Ф. 433. Оп. 1. Д. 129.

Автор: А.В. Лешков
Источник: Дзяржаўнасць Беларусі ў ХХ стагоддзі: да 100-годдзя абвяшчэння Беларускай Народнай Рэспублікі і Беларускай Савецкай Сацыялістычнай Рэспублікі: зборнік навуковых артыкулаў / рэдкал.: В. А. Міхедзька (гал. рэд.) [і інш.]; Гомельскі дзярж. ун-т імя Ф. Скарыны. – Гомель: ГДУ імя Ф. Скарыны, 2019. – С. 56-62.