Древний гомельский ландшафт

0
103
горелое болото и гомельский ландшафт

В очень давние от нашего времени века территория совре­менного гомельского центра была испещрена оврагами, которые были самой заметной особенностью местности. Оврагов было много, и остатки их мы сейчас перечислим.

Прежде всего, это известный всем гомельчанам овраг Гомиюк с так называемым Лебединым озером. Далее — также хорошо известные Киевский спуск (до 1923 года — Соборный спуск) и Ильинский спуск, возле которого расположен Ильинский староверческий храм.

Остатком древнего оврага является спуск, ведущий к Сожу от улицы Билецкого в районе гребной базы (так называемый Боярский спуск). Через некоторое расстояние от него есть ещё один крутой спуск — по улице Сожской, известный старожилам как Крушевский спуск.

В районе современного грузового порта в начале XX века существовал овраг под названием Дедно. Как мы полагаем, с этим оврагом связана конечная часть нынешней улицы Боло­товской, представляющей собой крутой спуск к Сожу.

Недалеко отсюда, на участке между современным телецент­ром и цирком (напротив улицы Комсомольской), находились верховья так называемого Цыганского спуска. Впрочем, его вер­ховья, как и других оврагов, в значительной степени «стёрты» временем. Сохранились лишь отдельные их «следы», которые, н отличие от низовий, не так заметны глазу.

Вспомним, например, отчётливое понижение по Советской улице вблизи Пионерского парка, а также менее рельефное пони­жение возле площади Труда. Первая низина, по-видимому, яв­лялась верхней частью оврага, который шёл далее по улице Во­лотовской и, как можно предполагать, ответвлялся в сторону улицы Сожской. Вторая низина наверняка связана с Киевским или Боярским спусками, а может быть, и с оврагом Гомиюк, имевшим, по рассказам старожилов, три вершины.

Если рассматривать русла не каждого оврага в отдельности внимательно проанализировать их в системе, то мы увидим, что все овраги начинались примерно из одного места, из общего центра. Это был болотный массив, который в середине XIX века находился на северо-западной окраине города. В 1873 году через Гомель прошла линия Либаво-Роменской железной дороги, которую на участке от нынешней улицы Полесской до вокзала пришлось прокладывать по низинной, болотистой местности. Тут требова­лось насыпать грунт, который возили с другого участка железной дороги в границах города, где, наоборот, необходимо было сре­зать лишние пласты земли.

Таким участком была территория от современного Мохова пере­езда, расположенного на месте пересечения улиц Гагарина и Укра­инской, и до самой реки Сож. Ширина участка, на котором срезалась земля, была равна ширине железнодорожного полотна. Тут делали плавный, постепенный спуск линии железной дороги до уровня реки, в результате чего образовалась так называемая Горка (город­ской микротопоним, неофициальное наименование), вдоль кото­рой сформировалась улица Андреевская (сегодня — Украинская).

Возвратимся, однако, к болотному массиву. Либаво-Роменская железная дорога разрезала его на две части. Восточную часть — под названием Горелое болото — ещё помнят гомельские старожилы. Район Горелого болота начинался за зданием бывшей мужской гимназии (сейчас — старый корпус Белорусского государственного университета транспорта) и тянулся до железнодорожной станции.

Горелое болото было настоящим, в полном смысле этого слова, болотом, его окончательно засыпали только в начале 60-х годов XX века. Тогда весь этот район был перепланирован и занят новой капитальной застройкой. Само же Горелое болото занимало около восьми гектаров, то есть было совсем не маленьким. Старожилы помнят болото густо заросшим камышом, осокой и угнетённым кустарником. В жаркие летние дни растительность пересыхала и становилась пожароопасной. Болото горело не раз, и по этой причине, как обычно считают, и получило свое название.

Западная часть болотного массива занимала район современно­го стадиона «Локомотив», от улицы Орловской (ныне — Воровского) до улицы Ивановской (Котовского). Эту его часть коренные жи­тели Гомеля называли Ярославским, или Орловским болотом. Обитателям начальной части Ярославской улицы в прошлом приходилось сооружать насыпи-дамбы, чтобы не подпускать болотную воду к фундаментам своих домов.

Территория болота равнялась примерно площади двух таких стадионов, как «Локомотив». В зимнее время оно превращалось в великолепный каток, на котором по вечерам собиралось много народу, особенно детворы. Коньки в начале XX века были редко­стью, поэтому катались кто на чём мог, в частности, на стальной проволоке, которую прикрепляли к деревянной колодочке, а ту, в свою очередь, к ботинкам или валенкам. Летом же по всей поверхности болота плавали домашние и дикие гуси и утки. Мест­ные жители собирали на его берегах гусиное перо, которое ис­пользовали для изготовления подушек.

Во второй половине 20-х годов XX века, когда шло строительство стадиона «Локомотив», Ярославское (Орловское) болото засыпали, прокопали сточные (дренажные) канавы. В наши дни сохранились остатки этих канав вдоль улицы Социализма.

Две части болотного массива — Горелое и Ярославское (Орловское) болота — до проведения через Гомель первой линии желез­ной дороги составляли, как мы сказали выше, единый географи­ческий объект, который в исторической ретроспективе следует рассматривать как остаток последнего оледенения.

Максимальное распространение последнего ледникового по­крова на равнинах средней полосы Европы наблюдалось около 16-17 тысяч лет назад, когда ледник достиг высот Балтийской гряды и Валдайской возвышенности. Но уже 11-12 тысяч лет назад территория Русской равнины и Прибалтики (по крайней ме­ре, юго-восточной Прибалтики) полностью освободилась ото льда.

По всей видимости, именно в данный промежуток времени образовались и гомельские овраги, и громадное озеро, ставшее впоследствии болотом. «Механизм» этого процесса мы представляем следующим образом. Над ледником стоит преимущественно антициклон, который покрывает также и приледниковые районы (окрестности Гомеля относились как раз к таким районам, превращая их в сухую тундру, согреваемую прямыми лучами солнца. Несмотря на холодный воздух, в приледниковых районах было тихо, ясно, сухо, а под солнцем — и тепло. С края ледника стекали ручьи и, устремляясь по стокам в низины, образовывали озёра.

Около 10 тысяч лет назад ледник отступил в район Финского залива, а ещё через две тысячи лет растаял у подножия Скандинавского нагорья. В это время в окрестностях Гомеля приледниковая растительность, удивительным образом сочетавшая тундровые и степные элементы (полынь, лебеда, полярная ива, карликовая берёзка, редкая сосна), сменилась густым лесом, и основном сосновым и березовым.

И пресном озере появилась рыба, и здесь же, на озере, селились водоплавающие птицы. Леса являлись приютом для разно­образного зверя, в том числе и пушного. Возник естественный природный оазис, привлекавший древнего человека, кроме все­го прочего, удобствами пересечённой местности.

Дело в том, что озеро было многоводным из-за значительно­го поднятия уровня Мирового океана (таяние ледника давало о себе знать), и избыточные воды вытекали ручьями в сторону Сожа. Наносные осадочные породы ледниковой эпохи, а так­же коренные песчаные и супесчаные почвы легко вымывались этими водотоками. В результате их русла довольно быстро пре­вратились в глубокие овраги, особенно впечатляющие на скло­нах правого надсожского берега.

Чистое, полноводное и богатое рыбой озеро превращалось в болото (т. е. загнивающий водоём) постепенно, по мере воздей­ствия человека на окружающий ландшафт, в частности, в резуль­тате сведения вокруг озера девственных лесов в связи с разви­тием подсечного (огневого) земледелия. Не поэтому ли, кстати, и возникло название Горелое болото, переосмысленное впослед­ствии под впечатлением нередко случавшихся на нём пожаров?

Географические названия, возникшие в глубокой древности и функционирующие на протяжении столетий, имеют, как прави­ло, несколько этимологий, отличаются множественной мотива­цией. Они «живут» во времени, следовательно, по-разному осо­знаются людьми в каждую данную эпоху.

Для гомелян XIX — начала XX веков, видевших объятое пламе­нем болото, факт ведения огневого (подсечного) земледелия их далёкими предками в этих же местах много веков назад был малоактуален. Скорее всего, он им вообще не был известен, поэтому давнее географическое название было переосмыслено и с такой «преображённой» семантикой и соответствующей мотивировкой передано по эстафете следующему поколению.


Автор:
А.Ф. Рогалев
Источник: Гомель. Страницы древней истории, формирование улиц, местные тайны и загадки / А. Ф. Рогалев. — Гомель: Барк, 2014. — 248 с. Ст. 21-24.