11-я кавалерийская дивизия Красной армии и борьба с повстанческими формированиями на Украине и Гомельщине в 1920-1922 гг.

0
492
11-я кавалерийская дивизия Красной армии

Гражданская война, охватившая в 1918-1922 гг. практически все части бывшей Российской империи, в т. ч. Украину и Беларусь, вызвала к жизни и такое многозначное явление, как повстанчество. Его политический спектр был весьма широк — от националистического петлюровского движения, клерикального басмачества или группировок, возглавляемых военными авантюристами типа балаховщины, до ультралевого махновского движения. Опираясь на законное недовольство крестьянства продразверсткой, комбе­дами и т. п. крайностями периода «военного коммунизма», то или иное пов­станческое движение приобретало свою политическую форму, шло в ногу с революцией или против нее, прежде всего под воздействием объективно складывающихся региональных особенностей, во многом определяющих и субъективные акценты в политическом руководстве этих движений. При этом характерно, что против повстанцев воевали, выражаясь языком того времени, в большинстве своем их же собратья по классу — вчерашние кре­стьяне, ставшие красноармейцами. Более того, многие из них успели побывать и в различных иррегулярных партизанских (повстанческих) формиро­ваниях. Особенно это было характерно для красной конницы, в т.ч. и для личного состава 1-й Конной Армии С.М. Буденного, 11-ю кавалерийскую дивизию, которою мы будем рассматривать в данной работе. Одна из наших задач — ответить на вопрос, почему все же многомиллионные массы кресть­ян, в т. ч. украинцев, белорусов, казаков, мобилизованные в Красную Ар­мию, несмотря на всеобщее недовольство, охватившее страну в связи с аг­рарной политикой большевистского государства, сделали, так или иначе, свой выбор в пользу Советской власти в ее коммунистическом варианте?

Одиннадцатая кавалерийская дивизия была образована в соответствии с приказом РВСР от 27 сентября 1919 г. Формирование дивизии происходило в Москве. 11-я дивизия входила в состав Южного фронта в октябре-ноябре 1919 г., 1-го Конного корпуса Южного фронта — в ноябре 1919 г., с ноября 1919 г. — находилась в составе 1-й Конной Армии. В 1919 г. дивизия участ­вовала в ряде крупных сражений против войск ВСЮР под командованием А. И. Деникина. 15 февраля 1920 г. 11-я кавдивизия участвует в одном из крупнейших кавалерийских сражений XX столетия под станицей Средне-Егорлыкской. Здесь во встречном бою сошлись 1-я Конная Армия и конная группа ген. А. А. Павлова (2-й и 4-й Донские корпуса). 11-я дивизия нанесла мощный фланговый удар по 2-му Донскому корпусу и совместно с 4-й кд обратила его в бегство [1, с. 416]. Части Деникина откатываются к Ново­российску, Конармия входит на Кубань. Здесь в состав 11 -й кавдивизии вливается немало повстанцев из формирований «зеленых», оперировавших против Белой армии на Северном Кавказе. Они значительно усилили в ди­визии и без того бытовавший в ней партизанский дух.

С мая 1920 г. 11-я кд ведет бои на советско-польском фронте, с сентября 1920 г. — вновь на Южном фронте, участвует в боевых действиях в Север­ной Таврии и в Перекопско-Чонгарской операции [2, с. 21]. В боях с вран­гелевцами возле с. Александровка-Отрадное был убит комбриг 1-й бригады Колпаков, в р-не станицы Алексеевской погиб командир 11-й кавалерий­ской дивизии Ф.М. Морозов и военный комиссар дивизии П.В. Бахтуров. В командование дивизией вступил комбриг-2 В. В. Коробков, комиссаром дивизии стал М.Л. Белоцкий.

После разгрома войск П.Н. Врангеля, в конце ноября 1920 г., дивизия была отведена на зимние квартиры в Херсонскую губернию. Только тогда, во время расквартирования ее полков на станции Долинской, в р-не г. Бобринца и т. д., среди кавалеристов впервые стала вестись культурно-просветительная работа. Однако уже в конце декабря 11-я кавдивизия полу­чает приказ выступить против формирований Н.И. Махно.

Революционная повстанческая армия Украины (махновцев) (РПАУ(м)) осенью 1920 г. находилась, на основании подписанного ею соглашения, в военно-политическом союзе с Красной Армией и Советским правительст­вом. Однако последнее соглашение было вероломно нарушено, находив­шиеся в Крыму после разгрома врангелевцев махновские части разоружа­лись, а комсостав расстреливался. Был предательски арестован и расстрелян командующий махновскими войсками в Крыму С. Н. Каретников и весь его штаб. Схвачены и ликвидированы были также находившиеся в Харькове представители штаба РПАУ(м), подписавшие соглашение с Советским пра­вительством. Между повстанческой армией Махно и Красной Армией нача­лись военные действия.

30 декабря произошло первое боестолкновение 2-й бригады 11-й кавди­визии с повстанцами возле с. Покровка. До этого РПАУ(м), совершив не­предсказуемый для красного командования маневр в чрезвычайно трудных зимних условиях, разбила 2 бригады 1-й Конной Армии на Херсонщине, у с. Петрово [3, с. 182]. 2 января 1921 г. у с. Бучки Киевской губернии со­стоялась новая встреча буденновцев с махновцами.

И встреча достаточно неожиданная. Ядро повстанческой армии, отсту­пая под натиском Червонного казачества, из с. Стадница-Лукашовка двину­лось на соединение со своими новыми отрядами в р-н Ольховца, через с. Бучки. Повстанцы с большими трудностями передвигались по обледенелой, пересеченной местности. При въезде в Бучки группа повстанческих командиров столкнулась с головой конной колонны Красной Армии. Ее части шли беспечно, не выслав ни разведки, ни боевого охранения. Приме­нив военную хитрость и выдав себя за 8-ю дивизию Червонного казачества, повстанцы во главе с А.С. Марченко (Шевченко), командовавшим 1-й кавгруппой РПАУ(м) и единственным махновским командиром, которому уда­лось вырваться из западни в Крыму, разоружили ехавших во главе колонны красных командиров. В плену у махновцев оказался сам командующий группой войск, предназначенных для борьбы с повстанчеством, А. Богенгард, командир 14-й кавдивизии 1-й Конной Армии А.Я. Пархоменко, начштаба 14-й В. Мурзин, начсвязи дивизии Сергеев, военком Г. Беляков, военкомдив Д. Сушкин, и др.

Однако в глубине села, выстроившись в колонну, двигались огромные массы красной конницы — 6, 11 и 14-я кавалерийский дивизии и особая бри­гада штаба армии. Пулеметный полк повстанцев, развернувшись в боевой порядок, открыл кинжальный огонь. Буденновская кавалерия в беспорядке отступила, однако, выйдя за село и соединившись с частями 8-й дивизии корпуса Червонных казаков, перегруппировалась и со всех сторон повела наступление на повстанцев [4, с. 380]. Махновцы вырывались из окруже­ния по дороге, ведущей на юг через деревянный мост, и прикрытой частями 6-й кавдивизии (в последующем — 6-я Чонгарская, в 1920-1930-х гг. дисло­цировалась в Гомеле). Повстанцы отбросили подразделения 6-й кд, но понесли тяжелые потери на мосту, рухнувшему под тяжестью скопившихся там всад­ников и повозок. Гололед также очень сильно затруднял движение. Здесь остались 6 орудий, 40 пулеметов, лазарет и обоз повстанцев [5, с. 532].

Характерно, что плененный повстанцами Александр Пархоменко, по свидетельству начштаба РПАУ(м) Виктора Белаша, объявил себя анархи­стом, показал Марченко и Махно письмо своего брата, анархиста и бывшего комполка у Махно, ушедшего от него, из-за соглашения последнего с Со­ветским правительством, к антоновцам. Однако, как пишет Белаш, «в слож­ной обстановке боя, А. Пархоменко и командиры штаба 14-й дивизии вто­ропях, при отступлении были расстреляны» [5, с. 536]. О чем Нестор Махно впоследствии сожалел. Между тем, в скором времени, в январе, на Полтав­щине погиб и А. С. Марченко, по злой иронии судьбы — в бою с 8-й диви­зией Червонного казачества, за представителя которой он выдал себя при пленении Пархоменко.

Махновцы все же выполнили задуманное и вышли в р-н Ольховца, но сколь либо значительных повстанческих сил, кроме разрозненных петлюров­ских групп, здесь не обнаружили. В с. Межеричи произошла их встреча с петлюровскими атаманами Пономаренко, Родченко, Рапчинским и Струком, которые просили Махно снабдить их оружием. Но махновский штаб в их просьбе отказал. Сказалось и незначительное количество состава этих огрядов (несколько сот человек), и идеологические разногласия между анархо-коммунистами и украинскими националистами, хотя бы и левыми. Тем более, что «левизна» некоторых из них, таких, например, как И.Т. Струк, отряды которого оперировали и в южных районах Гомелыцины и отличались анти­семитскими погромами, вызывала очень большие сомнения.

11-я кавдивизия преследовала махновцев по пятам. 4 января происходит бой у с. Чиксовка, где по данным командования 63-го полка 11-й кд было зарублено 46 повстанцев и захвачено 1 орудие [2, с. 22]. 5 января — снова бой, в котором убито 60 махновцев и захвачено 15 пулеметов (патроны у повстанцев к этому времени почти что закончились). 7 января РПАУ(м) южнее Канева по льду форсировала Днепр. В советском приказе по полтав­скому губернскому боевому участку отмечалось: «По сообщению штадива 11-й, к 24 часам 8 января банда Махно численностью 2000-3000 сабель по­сле боя в с. Песчаное, что в 15 верстах северо-западнее Золотоноши, отошла в восточном направлении… Объявляю на военном положении гарнизоны Переяслава, Пирятина, Лубны и Миргорода…» [5, с. 533].

Начальник 8-й стрелковой дивизии ВНУС в приказе командиру 22-й стрелковой бригады писал: «Банды Махно 9 января, перейдя железную доро­гу Гребенка-Золотоноша в р-не Мехедовка…, под напором частей 7-й и 11-й дивизий двинулась в северо-восточном направлении…» [5, с. 533]. Полки 11-й кавдивизии, вслед за Махно, форсировали замерзший Днепр у с. Крещатик. 12 января 11-я кд у д. Еноковская вела упорный бой с повстанцами. 60 повстанцев, по данным советского командования, было убито, захвачено 24 пулеметные тачанки вместе с пулеметами и лошадьми. 15 января 1921 г. со­стоялся последний бой 11-й кавдивизии с частями РПАУ(м) у ст. Борки Пол­тавской губернии [2, с. 23]. У Борок 15 января основные силы повстанцев смогли соединиться с крупным отрядом анархиста Л. Христового. И в этот раз Н.И. Махно, применяя ложные маневры при маскировке истинного на­правления своего движения и другие обманные действия, удалось вырваться из кольца окружения, которое пытались сомкнуть вокруг него буденновские и червоноказачьи части. РПАУ(м) отошла в Курскую губернию, где получила некоторое время для отдыха и приведения себя в порядок. Тут советских войск было несравненно меньше, чем на Украине, где социальный протест против произвола продотрядов и чрезвычайных комиссий соединялся и с по­пранными национальными чувствами.

РПАУ(м) снова удается избежать окружения и разгрома, несмотря на то, что против нее были брошены почти все силы Южного фронта под коман­дованием такого опытного военачальника, как М.В. Фрунзе в составе 3 армий, при этом 2 из них были конными [6, с. 348]. Сказались не только выдающиеся полководческие дарования Н.И. Махно, но и чрезвычайно развитая в рядовых бойцах инициативность и способность к самостоятель­ным действиям, гибкая партизанская тактика повстанческой армии, опиравшейся на поддержку местного населения. Имело значение и нежелание весьма значительной части красноармейцев и командиров воевать с крестьянами-повстанцами. Так, многие подразделения 2-й Конной Армии и целая 1-я бригада 4-й дивизии 1-й Конной под началом Г. С. Маслакова переходят на сторону махновцев.

11-я кавдивизия также отводится на отдых и 21 января останавливается в Кобелякском уезде Полтавской губернии, а 2 февраля переходят в Верхне-Днепровский уезд Екатеринославской губернии. Надо отметить, что в боях с повстанцами 11-я кд также понесла тяжелые потери. Так, если на на вран­гелевском фронте 62-й кавполк потерял убитыми 15 чел., без вести пропав­шими — 9, раненными и контуженными — 59 чел. (из них осталось в строю 6, то в боях с повстанцами и в ходе утомительного преследования в зимних условиях «большая часть бойцов выбыла из строя, вследствие переутомле­ния, болезней и ран» [2, с. 23]. Велики были потери и в конском составе.

Вместе с тем, другие буденновские дивизии продолжали военные дейст­вия против махновских формирований до конца лета 1921 г. 7-я (Самарская) кавалерийская дивизия (также дислоцировалась в 1920-х гг. на Гомельщине) последней вела боевые действия непосредственно против Н.И. Махно. 7-я кд преследовала Н. И. Махно и его небольшой отряд до самой границы с Румы­нией. Эту границу Нестор Махно, тяжело раненный в голову накануне (он получил к этому времени свыше полутора десятка ранений), и пересек 26 ав­густа 1921 г, прорвав в конном строю порядки 38-го полка 7-й кавдивизии.

62-й кавполк 11-й кд расквартировывается в с. Ляховка в 35 км от Верхне-Днепровска. Здесь разворачивает свою работу полковой клуб, действует красноармейская школа и библиотека. Устраиваются концерты и спектакли, начи­нают проводится строевые занятия. Однако пребывания красноармейских час­тей на постое в украинских селах, в общем то, было далеко от пасторали в сти­ле «Свадьбы в Малиновке». Так, суточное довольствие 1-й Конной Армии (34 385 чел. и столько же лошадей) в то время составляло 17 т хлеба, 21 т овса и около 25 т сена и т. д. [7, с. 165]. Учитывая, что централизованное снабжение почти отсутствовало, все это непосильным бременем ложилось на население сел, где дислоцировались буденновцы. Не случайно еще в царское время раз­мещение кавалерии на постой считалось одним из видов карательных акций против районов, охваченных крестьянскими волнениями.

Но в то же время, не следует в данном вопросе и сгущать краски, как дела­ют это некоторые авторы, говоря о некоем тотальном геноциде со стороны коммунистов и красноармейцев в отношении украинского или белорусского крестьянства и т. д. Некоторые из них, в принципе, претендующие в своих публикациях на историзм, писали в свое время и о том, что красноармейцы в Беларуси, например, ходили по лесным дорогам, вооруженные сразу и винтов­кой, и лопатой. По их мнению, шанцевый инструмент нужен был, чтобы сразу закапывать всех встреченных и тут же убитых ими белорусов, и т. д.

На самом деле, личный состав красной кавалерии активно привлекался не только к боевым операциям, но и к трудовой помощи крестьянству. Это было немыслимо, например, в дореволюционный период. Трудно предста­вить себе, скажем, царских казаков или гусар, работающих вместе с «мужи­ками» на их полях. Красноармейцы 11-й кд участвуют вместе со своим кон­ским составом в посевной кампании весны 1921 г. на Екатеринославщине, в других мероприятиях по борьбе с разрухой. В с. Ляховка только 62-м кавполком было вспахано и засеяно до 3 ООО десятин крестьянских участков [2, с. 24]. Это не могло не сдвинуть, хотя бы частично, симпатии селянства в пользу новой власти.

1 мая 1921 г. в полках дивизии происходят праздничные митинги с при­влечением местного населения и одновременно проводы демобилизован­ных ветеранов 1892-1893 гг. Но в этот день полки дивизии уже находятся в пути — накануне они получают приказ РВСР двигаться походным маршем в Беларусь для борьбы с действующими там повстанческими формирования­ми. Приказом же РВСР 11-я кавалерийская дивизия выводится из состава1-й Конной Армии и передается в распоряжение командования Западного фронта. Свыше месяца дивизия, передвигающаяся в конном строю, нахо­дится на марше и в начале июня вступает в пределы Гомельской губернии.

62-й кавполк размещается в Лоеве, другие полки дивизии выдвигаются в р-н Гомеля, Речицы, Мозыря, а также Минска, Слуцка, Бобруйска.

Положение же с бандитизмом в Гомельской губернии к этому времени сложилось чрезвычайное. Не случайно 10 мая 1921 г., выступая нам заседа­нии Президиума Губисполкома, председатель Гомельской губернской ЧК Н.Л. Волленберг заявлял о необходимости доведения состава 39-го баталь­она Гомельской ЧК до штата полка с приданием ему дивизиона кавалерии, взвода артиллерии и броневика. Заседание Президиума постановило: «Го­мельская губерния соседствует с губерниями, черезвычайно зараженными бандитизмом и [находится] в приграничной полосе, ходатайствовать об усилении перед ВЧК» [8, л. 76].

Действительно, уже в 1919 г. на территорию Гомелыцины периодически заходят из соседней Киевской губернии повстанческие формирования укра­инских атаманов Зеленого (Д. И. Терпило), И.Т. Струка и др., весьма раз­личного состава и направления. Так, армия «Независимой Советской Ук­раины» Зеленого находилась под политическим руководством украинских социал-демократов и украинских эсеров-боротьбистов [9, с. 43]. А вот И.Т. Струк был типичным авантюристом времен гражданской войны, по­бывавшим и на стороне Директории УНР С.В. Петлюры, и в рядах Белой армии А. И. Деникина, и т. д. Одновременно в уездах Гомельской губернии скапливается большое количество дезертиров, происходят восстания кре­стьян, недовольных продовольственной и налоговой политикой большеви­ков (Кормянское, Мглинское, и др.). В скором времени здесь образуются устойчивые повстанческие группировки, целенаправленно ведущие воору­женную борьбу с Советской властью. Характерно, что для значительной части белорусских антибольшевистских партизан (за исключением Слуцких повстанцев и им подобных, находившихся под руководством леворадикаль­ной Белорусской партии социалистов-революционеров) была присуща и антисоветская направленность вообще. Что резко отличало их от украин­ских повстанцев, большинство из которых к этому времени выступало под лозунгом Советской власти в форме «Вольных» или «Трудовых Советов». Для большинства же антисоветских вооруженных группировок Гомельщины был характерен антисемитизм и иные проявления социальной реакции, что особенно усилилось после похода армии С.Н. Булак-Балаховича на Гомелыцину осенью 1920 г. «Батька» Станислав Бей-Булак-Балахович — еще один типичный авантюрист той эпохи. Своеобразный контодотьер граждан­ской войны, он за время своей атаманской карьеры последовательно сменил 6 враждующих сторон: Красная Армия JI. Д. Троцкого, Северо-Западная армия H.Н. Юденича, арестовал Юденича и захватил его казну, армия Эс­тонской Республики, вооруженные формирования БНР, «Русская народная добровольческая армия» Б.В. Савинкова, Войско Польское Ю. Пилсудского и борьба с белорусскими повстанцами в Западной Беларуси. Поэтому не приходится говорить также и о какой-то более или менее определенной «национальной идее» в рядах повстанцев на Гомельщине. За исключением, наверное, краткого периода заигрывания с белорусской идеей Балаховича во время его Мозырского похода в октябре 1920 г. При этом, скорее всего, «белорусский национализм» Балаховича в этот период был прикрытие» аннексионистских великопольских планов Пилсудского. Как в случае с «литовско-белорусской» дивизией польского генерала Л. Желиговского, захва­тившего в том же октябре 1920 г. Вильнюс и провозгласившего там марио­неточную «Серединную Литву».

После отступления Балаховича под ударами Красной Армии на Го­мельщине продолжал действовать ряд относительно крупных повстанче­ских группировок, поддерживавших связь, как правило, с савинковскими и балаховскими закордонными структурами, с подпольными группами «На­родного союза защиты родины и свободы» (НСЗРиС), действовавшими в Гомельской губернии, а также с польской военной разведкой. Наиболее крупным формированием, насчитывавшим, временами, до 1000-1500 шты­ков и сабель, имевшим пулеметы и т. д., был отряд Ивана Галака (Васильчикова). Эта группировка действовала как в Речицком уезде Гомельской, так и на находившейся по ту сторону Днепра территории Черниговской гу­берний. С украинской стороны на территорию Гомельской губернии захо­дили также повстанцы атамана Орлика.

Галаковцы периодически совершали налеты на населенные пункты, убивали коммунистов, советских работников и устраивали жестокие по­громы мирного еврейского населения. Массовые убийства евреев были со­вершены бандитами, например, в д. Кривин, Ручаевка, Борщевка, Островы и др. В одной только Ручаевке Речицкого уезда галаковцы с особой жестоко­стью, зарубили топорами 40 евреев [10, л. 95]. Против галаковцев был соз­дан специальный боевой участок во главе с военкомом 39-го батальона ВЧК Федоровым.

В Новозыбковском у. Гомельской губернии действовала группировка братьев Медведевых, которая пыталась осенью 1921 г. даже взять Новозыбков, при чем в тот момент проведения там уездного съезда Советов. Нападение было отбито силами местного ЧОНа и караульного батальона [11, с. 3].

В Горецком уезде оперировало формирование бывших офицеров Лебе­дева-Прудникова, в Чериковском уезде действовали отряды Фица, Ханкелева, Примакова и др. Все вышеперечисленные группы придерживались просавинковской ориентации.

Несколько особняком от них стоял отряд Савицкого (Иван Ляшко). Возможно, псевдоним «Савицкий» И. Ляшко взял в память о легендарном атамане «лесных братьев» А.И. Савицком, действовавшем на Гомелыцине в период революции 1905-1907 гг. Некоторые источники причисляют Савицкого-Ляшко, как и его знаменитого предшественника, к анархистам или эсе­рам. Во всяком случае, Савицкий-Ляшко стремился придать своему отряду некую дисциплинированность и идейность, и один раз, ввиду безуспешно­сти этих попыток, даже покинул его. Группировка Савицкого-Ляшко дейст­вовала в Чериковском, Клинцовском, Климовичском, Рогачевском и Го­мельском у. Гомельской губернии. Эта группа совершила около 50 воору­женных нападений.

Временами активность вооруженных группировок была настолько сильна и так дезорганизовывала советский государственный аппарат, что, например, начальник Речицкой уездной ЧК Турцевич, получив письмо с угрозами, отказался работать.

Представление об идеологии антикоммунистических вооруженных формирований, действовавших в Гомельской губернии, может дать неле­гальная газета «Партизан»: «Партизан. Газета зеленой армии. Выходит еже­недельно. Высылается бесплатно и без требований. Адрес редакции: зеле­ный лес, дубовый пень у вековой сосны.

Зеленые воины. Вы сильны, храбры и вооружены, но вы не объединены, объединяйтесь же, организуйте пока небольшие партизанские отряды. Уст­раивайте засады и бейте красных палачей, из-за каждого кустика, деревца, холмика. Не давайте им пощады. Ваши труды не пропадут даром. Спасен­ная и возрожденная Россия отблагодарит вас. Участвующим в партизанских отрядах дадут по свержению большевиков лучшие должности. За каждого подстреленного красноармейца получите 1000 руб., красноармейца-чрезвычайника и комиссара — 2000 руб., кроме того, участники партизанских отрядов получат по 3000 руб. в месяц жалованья. Так постановлено Сибирским правительством Колчака, Донским казачьим — Деникина, Бело­гвардейским — Юденича и французским генералом Галлером. Деньги будут выплачиваться по свержению большевиков или теперь, если удасться их провезти из Сибири.

…Красные обыкновенно после нападения бросаются в ближайшие к месту нападения села и чинят там жесточайшую расправу и этим создают нам друзей, а себе — врагов…

Коммунисты и жиды говорят, что белые отнимут у крестьян землю и вновь посадят помещиков — все это ложь. Во-первых, землю крестьянам большевики не дали, а устроили в имениях коммуны. Во-вторых, если мы разгромим красных, [большевиков] и жидов… помещиков всегда разго­ним, оружия у крестьян достаточно…» [8, ф. 100, оп. 1, д. 655, л. 106]. Эта газета была составлена в 1919 г., однако характерные для нее демагогиче­ские и антисемитские установки были типичны для идеологии всего «бело­зеленого» движения и в последующем.

Следует отметить, что настроения в противостоящих «бело-зеленым» частях РККА, и в частности, в 11-й кавдивизии, тоже были весьма изменчи­вы. Так, кавалерийский полк, стоявший на границе Стародубского у., имел связь с бандитами. При перестрелке местного ЧОНа с бандформированием полк не хотел идти на помощь чоновцам.

Поддив-11 Мустафин доносил 7 июля 1922 г., что уголовные преступ­ления приняли в дивизии, на почве тяжелого материального положения, эпидемический характер. 4 чел. было расстреляно. Мустафин сообщал: «Красноармейцу некогда думать, у каждого красноармейца по 3 лошади и он перегружен работой. Там, где хорошо поставлена клубная работа, он идет в клуб, но более всего идет в спортивные кружки…» [12, ф. 1, оп. 1, д. 862, л. 179]. Отмечались также многочисленные случаи выхода из партии из-за пронесшихся слухов о том, что коммунистов не демобилизуют. В 7-й кавалерийской (Самарской) дивизии 20 красноармейцев самовольно ушли домой, на Дон.

Начальник полковой разведки 62-го кавполка 11-й кд Ставицкий с 12 красноармейцами и 2 пулеметами «Льюис» ушел к бандитам. 12 других ка­валеристов, правда, при этом вернулись назад. В некоторых подразделениях отмечались случаи поголовного пьянства и даже убийства красноармейцами гражданских лиц. Население отказывалось варить красноармейцам обеды [12, ф. 1, оп. 1, д. 522, л. 1].

В Быхове целый эскадрон из 7-й кавдивизии (116 чел.) ушел за кордон, в Польшу. Надо отметить, что командир эскадрона повел бойцов обманом, не сообщив им ничего о конечной цели марша. Части красноармейцев все же удалось вернуться. Командование 11 -й кд, получившей пополнение из 7-й кавдивизии, отмечало, что это пополнение заражено «партизаншиной» и что имеются случаи бандитизма. «7-я дивизия сформирована в 1920 г. из Кубанских частей. Прошлое наложило свой отпечаток — есть непоседство, желание красноармейцев передвигаться, воевать, еще не изжит дух 18-19 гг. Случаются конфликты между командным и политическим составом» [12, ф. 1, оп. 1, д. 862, л. 200]. С января по май 1922 г. в 7-й кд за уголовные пре­ступления было расстреляно 6 чел. В дивизии было раскрыто 2 заговора. Только в одном 38-м кавполку произошло 8 выходов из РКП(б).

Несмотря на столь непростую обстановку, советское командование и коммунистическое руководство не теряло контроля над охваченной зачас­тую противоречивыми настроениями красноармейской массой, вчерашними крестьянами и казаками. Гомельский губком РКП(б) старался наладить сре­ди красноармейцев соответствующую пропагандистскую и агитационную работу. Так, на заседании Бюро Гомельского губкома партии 8 сентября 1921 г. было принято решение: «Признать необходимым вручение знамени 11-й кавдивизии от имени 5-го Губсъезда Советов. Поручить т. Озерному провести означенное постановление в жизнь, вступить в договор с соответ­ствующими мастерами и выдать следующие материалы, необходимые для знамени…» [8, ф. 24, оп. 1, д. 70, л. 76].

В Гомельской губернии в 1921 г. размещались следующие воинские части: 1) 88-е пехотные Карачевские командные курсы; 2) роты литеры «В» 165 стрелкового полка; 3) 39-й батальон ВЧК; 4) 164-й стрелковый полк; 5) территориальный батальон; 6) сборный батальон запасной бригады За­падного фронта; 7) трудовой батальон; 8) 191-й военно-строительный отряд; 9) Гомельский караульный батальон; 10) военно-инженерная дружина; 11) 21-я военно-трудовая лесозаготовительная дружина; 12) 1-е ремонтно­-обмундировочные мастерские; 13) 972-й запасной госпиталь; 14) Особая кавалерийская дивизия ГПУ; 15) 29-я пехотная дивизия ГПУ; 16) 11-я кава­лерийская дивизия. Из этих частей и соединений одной из наиболее боеспо­собных и пригодных к борьбе с повстанческими формированиями была бывшая буденновская дивизия.

3-20 июня 1921 г. 62-й кавполк 11-й кд проводит операции против фор­мирования И. Галака в р-не Добрянка — болото Замглай — Репки — Лоев. «34 бандита было зарублено, много оружия и награбленного добра было захва­чено у бандитов. Активно действующая банда была уничтожена, остальные рассыпались по лесам» [2, с. 25]. 21 июня полк перешел в г. Речицу, за ис­ключением 1-го эскадрона, который продолжал действовать против пов­станцев в р-не м. Добрянка до 29 августа, после чего также присоединился к полку. Группировка Галака являлась одной из самых крупных на Полесье, и ее частичная ликвидация стала серьезным успехом. Однако в скором вре­мени повстанческие формирования переходят к тактике действий малыми группами. Как правило, активно оперировать продолжает лишь ядро, со­стоящее из одного — нескольких десятков повстанцев. В случае необходи­мости к этому ядру может присоединиться еще от нескольких десятков до одной-двух сотен человек, легально проживающих и занятых обычным кре­стьянским трудом в деревнях. Ранее подобная тактика повстанцев делала неэффективными предпринимаемые против них войсковые мероприятия. Однако к этому времени Гомельская ГубЧК в соответствии с планом, предложенным ее председателем H. J1 Волленбергом, уже имела в селах активную сеть своих осведомителей, а для того чтобы парализовать под­держку повстанцев со стороны местного населения и даже сельских и воло­стных властей, использовала тактику взятия заложников, уничтожения имущества сочувствующих и т. д. В сами вооруженные группировки вне­дрялись информаторы ЧК как из перевербованных повстанцев, так и из кадровых сотрудников ЧК. Применялся также оперативный метод создания т. н. «контрбанд» — групп, состоящих как из чекистов, так и из бывших бан­дитов, для выявления и уничтожения активных и потенциальных повстан­цев. Результаты деятельности таких контрбанд были более чем спорные. Так, как установил бывший директор ГАГО, покойный ныне А.Д. Карасев, такая контрбанда во главе с Л. Черноморцем (Рудминским), оперировавшая в Речицком уезде, сама стала на путь тяжких уголовных преступлений и создала бандитизм в тех волостях уезда, где его ранее не было.

Тем не менее, именно метод ифильтрации агентов ЧК в повстанческие формирования позволил их обезглавить. Так, бывший повстанец Огурцов убил лидера одной из группировок Зезюлина. В Речицком уезде был внедрен в бан­ду, а затем возглавлял «отряд по борьбе с бандитизиом» У. Филончик из д. Борщевка, представленный затем к правительственной награде. В Лоеве дол­жен был состояться съезд-«совет» повстанцев-галаковцев, подготовленый бывшим жандармом Ходько, поручиком Виноградовым и неким Слесарем. Однако агент ЧК А. Голобород через Я. Брыля и его дочь Алесю смог передать информацию о готовящемся съезде, и он был сорван [13, с. 3-4]. 3 июля 1921 г. сотрудник ЧК, внедренный в отряд, убил Ивана Галака.

После смерти Галака во главе группировки встал Ходько по кличке «Добрый вечер», бывший служащий царской жандармерии из Лоева. Пов­станцы еще пытаются активно действовать против красных частей.

Так, для охраны Хойникской ж.-д. ветки из состава 62-го кавалерийско­го полка 11-й кавдивизии был выделен ударный 2-й эскадрон, который за­нял станцию Абрамовичи в 15 км севернее Хойник. 12 января повстанцы совершили налет на расположение эскадрона, однако нападение было отби­то. 4 из нападавших были зарублены, 2 ранены и один захвачен в плен. За все время оперирования против вооруженных формирований на Полесье 62-й кавполк потерял 4 человека убитыми, 7 раненными.

К марту 1922 г. остатки галаковского отряда были ликвидированы. Ходько был убит в перестрелке. По другим данным, Ходько был задержан в р-не д. Ручаевка под рук. Т.М. Пикуса и убит в Лоеве при попытке к бегст­ву [10, ф. 5, д. 162, л. 97]. Как следует из месячной информационной сводки Гомельской ГубЧКа за 1 ноября — 1 декабря 1921 г., переговоры о сдаче вел по телефону с начальником Новозыбковского Политбюро лидер местной повстан­ческой группировки Медведев. Правда, в обмен на свою предполагаемую сдачу он требовал выдать в качестве заложников ответственных партийных работни­ков, а также восстановления его разрушенного в ходе карательной акции дома [12, ф. 1, оп. 1, д. 522, л. 5]. «Сдача» не состоялась — в группировку Медведева (бывшего офицера), под видом бежавшего из Гомельской тюрьмы казачьего офицера Масловского, уроженца Ейска, был внедрен агент Гомельской ГубЧК. На ночевке он уничтожил обоих братьев Медведевых. К июлю 1922 г. была также разгромлена савинковская группировка Прудникова.

В ноябре 1922 г. был ликвидирован и отряд И. Савицкого-Ляшко. Отряд под командованием его младшего брата, Герасима Ляшко («Контроля»), в ночь на 12 сентября атаковал конное подразделение войск ГПУ в селе Перелазы. Атака была отбита, но потери отряда ГПУ составили 1 убитого и 2 тяжело ра­ненных. В середине ноября группа «Контроля» напала и разгромила почтово-­телеграфное отделение в с. Выдренка, Краснопольской волости. Из с. Полесье, где располагался штаб боевого участка, в погоню за повстанцами вышел отряд. Повстанцы пропустили его мимо себя, укрывшись под мостом, и ворвавшись в Полесье, разгромили волисполком. Однако сами, в свою очередь, были разбиты вернувшимся назад красным отрядом. В этом бою повстанцы потеряли 10 че­ловек убитыми. Были захвачены киевские адреса, где в это время укрывался И. Савицкий-Ляшко. Через 3 дня он был арестован в Киеве, доставлен в Гомель и приговорен к расстрелу.

С осени 1921 г. кавалеристы 11-й кд включаются в кампанию по оказанию помощи голодающим Поволжья. Проводятся сборы среди населения, устраи­ваются скачки, призовой фонд которых перечисляется в пользу голодающих. Сотни детей из голодающих губерний содержатся за счет полков 11-й кавдиви­зии. Красноармейцы принимают участие и в известном изъятии церковных ценностей, формально связанном с этой кампанией. Поддерживаются семьи красноармейцев, проживающие в Поволжье.

10 октября 1922 г. 62-й кавполк из Речицы переходит в Хойники, а 1 марта 1922 г. — из Хойник передислоцируется в м. Горваль Речицкого уезда. В связи с завершением активной фазы борьбы с бандитизмом часть конников из полков 11-й кавдивизии переводится в другие части РККА. Кавалеристы 11-й кд на­чинают постепенно приступать к регулярным учебным занятиям. «Полк атаку­ет малых, но страшных врагов: вшу, грязь, неряшливость и опасного врага — невежество… Борьба на фронте просвещения дала к концу апреля следующий результат: в полку насчиталось лишь 3 неграмотных» [2, с. 28].

19 апреля 1922 г. в Речице, по случаю прибытия командующего 1-й Конной Армией С.М. Буденного состоялся смотр 61-го и 63-го кавполков. Буденный выступает перед красноармейцами бригады с речью, в которой говорит о си­туации в Поволжье, и, в духе того времени, о международном положении. Бой­цы приветствуют его овациями. Буденный в тот момент — это больше, чем ко­мандующий армией. Он — харизматический лидер, для своих кавалеристов командарм значит тогда больше, чем и партия, и Совнарком вместе взятые. По одному его слову вся эта буйная красноармейская масса, еще вчера воевавшая с Махно, могла бы повернуть свои сабли и пулеметы в обратном направлении. Что и сделала, например, бригада Маслакова из 4-й буденновской дивизии… Но необыкновенно удачливый Семен Михайлович уже обласкан и осыпан награ­дами, он вознесен, в отличие от непокорных Ф. К. Миронова и Б. М. Думенко, на Олимп новой власти. Удача не отвернется от него и в дальнейшем, Буденно­го, а вместе с ним и большинство конноармейцев, не коснуться и политические репрессии 1937-1938 г.

1 мая 1922 г. 62-й полк участвует в праздничном параде. От имени Гомель­ского Губернского Совета народного хозяйства его председатель Васильев вру­чает полку Красное Знамя и берет его под культурное шефство Гомельского ГубСовнархоза. По месту стоянки полку присваивается наименование «Горвальский». В этот день конники впервые принимают присягу на верность Со­ветской власти. Первомайский праздник заканчивается конно-спортивными состязаниями, раздачей подарков и спектаклем.

12 июня из состава 62-го кавполка для обслуживания Военной Академии РККА в Москву убывает 3-й эскадрон в составе 132 сабель.

2 июня 1922 г. 11-я кавалерийская дивизия перебрасывается из состава За­падного фронта на Туркестанский фронт для борьбы с басмачеством.

Участие 11-й кавалерийской дивизии, как и других соединений РККА, в борьбе с повстанческим движением на Украине и в южной Беларуси показало, что одних лишь вооруженных действий для реализации поставленных задач было недостаточно. Красной кавалерии удавалось выполнить лишь первую фазу контрповстанческих операций по подавлению и рассеиванию крупных ирредентистских формирований. Окончательная ликвидация ядра повстанче­ских группировок проводилась, обычно, в результате чекистских спецопераций и т. д. В конечном итоге победу обеспечивала лишь новая социальная политика РКП(б) и культурная, хозяйственная и т. п. работа, проводившаяся в интересах населения, в т. ч., и с участием красноармейских частей. Решающим при этом оказалось смягчение курса правящей компартии в отношении крестьянства, произошедшее, прежде всего, под давлением повстанческих выступлений как в деревне, так и в Красной Армии и Флоте.

Специфика повстанческих формирований на Гомельщине и белорусском Полесье заключалась в следующем: во-первых, они не имели тенденции к соз­данию таких крупных образований, как, например, махновская РПА Украины. Это было обусловлено, очевидно, и природно-климатическими и демографиче­скими особенностями региона, и возможно, более узкой социальной базой. Во-вторых, политическое руководство повстанческим движением здесь находи­лось, как правило, в руках правопопулистских, если не праворадикальных сил, таких, как НСЗРиС Б.В. Савинкова либо группировка С.Н. Булак-Балаховича. И это тоже во многом отличало местную ситуацию от положения на Украине. В описываемый период сопротивление украинского крестьянства и части ра­бочих проходило, чаще всего, под руководством таких левых организаций, как Конфедерация анархистов Украины «Набат», активистской части Украинской партии левых социалистов-революционеров, украинских эсеров и украинских социал-демократов, и даже украинских коммунистов-боротьбистов, и под фла­гом «лушчего» варианта социализма, социализма «вольных Советов», «народо­властия» и т. д. Возможно, эти различия были связаны с тем, что на белорус­ском Полесье в 1918-1920 гг. среди анархистов, левых эсеров и т. д. возобла­дала не активистская фракция, а тенденция, ориентированная на сотрудничест­во с коммунистами. Подобная консолидация всех революционных течений могла быть обусловлена и оккупацией либо ее перманентной угрозой со сторо­ны немецких, польских войск и связанных с ними гетманской, савинковской и стрекопытовской или балаховской белогвардейской реакцией. Спекулируя на справедливом недовольстве белорусского крестьянства эксцессами политики РКП(б) периода гражданской войны, последние группировки предлагали от­нюдь не лучшую альтернативу ни в объективно-историческом, ни в гуманитар­ном смысле.

Список литературы

  1. Гражданская война и иностранная интервенция в СССР. — М., 1987.
  2. 1919-1938. 13 лет отважной борьбы на боевом, учебном и строительном фронтах славного и победоносного (б. 62) ныне 44-го Илецкого кавалерийского полка 11-й Крас­нознаменной кавалерийской дивизии им. т. Морозова: машинопис. рукопись // Архив отдела истории ГИКУ,
  3. Аршинов, П. А. История махновского движения (1918-1921) / П. А. Арши­нов. — Запорожье, 1995.
  4. Телицын, Вадим. Нестор Махно / Вадим Телицын. — Москва-Смоленск, 1998.
  5. Белаш, А. В. Дороги Нестора Махно / А. В. Белаш, В. Ф. Белаш. — Киев, 1993.
  6. Шубин, Александр. Анархия — мать порядка. Между красными и белыми / Алек­сандр Шубин. — М., 2005.
  7. Буденный, С. М. Пройденный путь / С. М. Буденный. — М., 1973. — Кн. 3.
  8. Государственный архив Гомельской области.
  9. Савченко, Виктор. Атаманы казачьего войска / Виктор Савченко. — М., 2006.
  10. Фонды ГИКУ.
  11. Маяк. — 11 нояб. — 1972. -№ 179.
  12. Государственный архив общественных объединений Гомельской области.
  13. Салохаенка, А. «Савет» не адбыуся / А. Салохаенка // Серп i молат. — № 127, — 10 дек. — 1968.


Автор:
Ю.Э. Глушаков
Источник: Страницы военной истории Гомельщины: материалы науч.-практ. конф. / ред. кол.: А.А. Коваленя и др. – Гомель, 2008. – 236 с. Ст. 106-119.