Закрытие старообрядческих храмов и молелен на Гомельщине, как фактор конфессиональной политики И.В. Сталина в предвоенный и послевоенный период

0
131
Закрытие старообрядческих храмов и молелен на Гомельщине

История старообрядчества Гомельщины начиная с 1930 гг., равно как и история старообрядчества СССР в целом характеризуется новым вектором в конфессиональ­ной политике советского государства. Если в 1920 гг. в отношении старообрядцев были применены меры лишь ограничительного характера, то, с 1930 гг., советская власть перешла к репрессивным мерам.

8 апреля 1929 г. ВЦИК и СНК (Совнарком) принял сначала постановление «О ре­лигиозных объединениях» (действовало с небольшими изменениями до1990 г.), по­том ряд специальных инструкций, направленных против верующих. Началось интен­сивное вытеснение религиозных организаций со всех сфер общественной жизни, вся­кая деятельность церковных общин, кроме богослужебных, запрещалась [4, с. 258]. Постановление «О религиозных объединениях» содействовало массовому закрытию храмов. Местные советские и партийные активисты старались осуществить это как можно быстрее, чтобы не быть обвиненными в лояльности к религии, не быть при­численными к непоследовательным борцам с «внутренним врагом» [5].

В августе 1934 г. СНК БССР принял постановление об использовании церков­ных зданий в качестве зернохранилищ амбаров и складских помещений [5]. Со­гласно этому постановлению в течение 1934 г. были закрыт белокриницкий храм в деревне Новая Мильча, основанный еще в 1840 г., после закрытия переоборудо­ванный под клуб (клуб разрушен в 1997 г.) [3], а так же молитвенные дома беспо­повцев поморского толка в Ветке и в деревнях Ветковского р-на: Дубовый Лог (те­перь Добрушский р-н), Косицкая, Попсуевка, Тарасовка, Леонтьево, Борьба, а также Паричского (теперь Светлогорского) р-на: Заречье и Ново-Александровке. Которые затем были переданы под школы и колхозные зернохранилища [11, л. 74], [7 лл. 69, 73, 140]. В этот же период в Гомеле была разрушена белокриницкая молельня по ул. Фрунзе 9 (бывшая Свечная), а на ее месте построена теплоэлектростанция [2]. В 1937 г. по ул. Комиссарова 39 (теперь Комиссарова 44) была закрыта а затем переоборудована под трикотажную фабрику белокриницкая церковь св. Ильи Про­рока [6]. В этом же году, в Гомеле была закрыта и переоборудована под мастерскую Лесотехнического института Преображенская беглопоповская церковь по улице Пролетарской 18 [2]. В 1939 г. была закрыта а, затем переделана под клуб старооб­рядческая церковь белокриницкого согласия в деревне Огородня-Гомельская Добрушского р-на [9].

В результате этой активной антирелигиозной кампании, проведенной местными органами Советской власти, уже к 1940 г. на территории Гомельщины (Гомельская и Мозырская области) были закрыты все старообрядческие храмы и молельни.

С приходом немецко-фашистских войск (июль-август 1941 г.), религиозная жизнь на Гомельщине возобновилась. Оккупационные власти поддержали активизацию деятельности разных религиозных конфессий. Была восстановлена деятельность старообрядческих церквей и молельных домов (в период с 1941 по 1943 гг.) [8, с. 527]. Так, например, гомельская Ильинская церковь возобновила свою деятельность в 1941 г. При этом церковно-религиозная жизнь старообрядцев была поставлена под строгий контроль оккупантов [2].

Восстановление религиозной жизни на оккупированных территориях подтол­кнуло советское правительство к изменению конфессиональной политики. Желая укрепить свои позиции среди верующих, в сложившихся тяжелых условиях для страны, И.В. Сталин и его руководство вынуждены были пойти на уступки [1, с. 678]. С 1943 г. сотрудничество между Церковью и Советским правительством стал обеспе­чивать специальный Совет по делам Русской Православной Церкви при правитель­стве СССР Очередной компромисс Церкви и светских властей принес значительно больше плодов, чем все предыдущие (Московский Церковный Собор «обновленцев» 1923 г. и «Декларация митрополита Сергия» 1927 г.) открылись духовные школы, в ко­торых Церковь могла готовить новых священнослужителей [1, с. 678].

Однако такая политика была не повсеместной. На освобожденных от немецко­фашистских захватчиков территориях советское руководство вернулось к довоенной практике закрытия храмов. Свои действия власти обосновывали тем, что эти культо­вые здания были открыты в условиях войны на контролируемой врагом территории, т.е. не законно, так как на их открытие не было разрешений местных райисполкомов и высших советских инстанций [7, л. 140]. В соответствии с установленным законода­тельством в период 1945-1947 гг. на Гомельщине были закрыты старообрядческие храмы и молитвенные дома: в Ветке (передан под склад сельхозснаба) и деревнях Ветковского р-на (в означенный период в Веткоском р-не закрытием культовых зданий руководил председатель Ветковского райисполкома Рагинь): Тарасавке, Леонтьево, Косицкой (переданы под колхозные амбары), Борьба (переоборудованый, а затем переданный под больницу), Попсуевке (переоборудован и передан под школу) [11, л. 148]. В 1949 г. в деревне Огородня-Гомельская Добрушского р-на была закрыта старообрядческая церковь (передана под клуб, который в 1953 г. сгорел по халатно­сти киномеханика) [9, л. 144]. В 1950 г. местным колхозом был отобран молитвенный дом в деревне Заречье Паричского (Светлогорского) р-на [10, л. 25].

Таким образом, массовое закрытие культовых зданий в 1930 гг. и во второй поло­вине 1940 гг. практически парализовало религиозную жизнь старообрядцев Гомельщины, что фактически обусловило их переход на нелегальное положение.

Литература

  1. История России и ее ближайших соседе: в 3 т. Т. 3: 20 век [Текст] / глав. ред. М.Д. Аксено­ва. — 3-е изд., перераб. и испр. — М. : Аванта +, 2002. — 704 с.
  2. Маслова Елена Ивановна, 1927 г., уроженка г. Гомеля, старообрядка беглопоповского (новозыбковского) согласия (РДЦ).
  3. Матвеева Евдокия Тимофеевна, 1930 г., уроженка д. Новая Мильча, Гомельского р-на, старообрядка белокриницкого толка (РПСЦ).
  4. Навіцкі У. Барацьба з рэлігіяй // Гісторыя Беларусі: у 6 т. Т. 5: Беларусь у 1917-1945 гг. / А. Вабішевіч [і інш.]; рэдкал. М. Касцюк (гал. рэд.) і інш. — Мн. : Экаперспектыва, 2007. — С. 258.
  5. Навіцкі У. Разгром рэлігійных арганізацый // Гісторыя Беларусі: у 6 т. Т 5: Беларусь у 1917­1945 гг. / А. Вабішевіч [і інш.]; рэдкал. М. Касцюк (гал. рэд.) і інш. — Мн.: Экаперспектыва, 2007. — С. 328.
  6. О антисоветской деятельности старообрядцев Ильинской церкви. Докладная записка уполномоченного Совета по делам Русской Православной Церкви при Совете Министров СССР по Гомельской обл. В. Лобаноа на имя председателя Гомельского облисполкома КПБ З.М. Го­лушко // Государственный Архив Общественных объединений Гомельской области (ГАООГО). — Ф. 144. — Оп. 50. — Д. 96. — Лл. 36-40.
  7. О религиозной деятельности старообрядческих общин и групп. Отчет за первое полугодие 1954 г. // ГАООГО. — Ф. 144. — Оп. 61. — Д. 73. — Лл. 69, 73, 140.
  8. О религиозной деятельности старообрядческих общин и групп. Отчет за первое полугодие 1956 г. // ГАООГО. — Фонд 144. — Оп. 60. — Д. 159. — Л. 90-91.
  9. О религиозной деятельности старообрядческих общин и групп. Отчет за первое полугодие 1959 г. // ГАООГО. — Ф. 144. — Оп. 60. — Д. 306. — Лл. 68-70, 144.
  10. Отчет Союза воинствующих безбржников опроведении работы среди млолодежи // ГАООГО. — Фонд 265. — Оп. 1. — Д. 101. — Л. 25.
  11. Протокол внеочередного заседания бюро Ветковского райисполкома КП(б)Б от 17 октября 1928 г.//ГАООГО. — Ф. 144. — Оп. 60. — Д. 119. — Лл. 74, 148.

Автор: Р М. Рогинский
Источник: Религия и общество — 9: сборник научных статей / под общ. ред. В. В. Старостенко, О. В. Дьяченко. — Могилев: МГУ имени А. А. Кулешова, 2015. С. 27-29.