Уровень грамотности и образования населения Гомельщины и соседних регионов БРУП в 1920-1930-е годы

0
912
грамотность и её уровень

Проблемы развития СССР в рассматриваемый период по-прежнему привлекают пристальное внимание отечественных и зару­бежных исследователей, которые дают оптимистические или песси­мистические оценки модернизационных процессов в стране. Не вдаваясь в дискуссию, представляется целесообразным остановиться на такой важной составляющей этого процесса, как грамотность и образование населения. Исследование обозначенной темы в таком ракурсе позволит, на наш взгляд, более аргументированно раскрыть происходившие в пограничье этнокультурные процессы и, особенно, в белорусской его части.

Если в целом огромный регион белорусско-российско-украин­ского пограничья (БРУП) является своеобразным центром восточнославянских народов Европы, то Гомельщина, Брянщина и Чернигов­щина — это своеобразный центр восточнославянских народов Белару­си, России и Украины. Заявленная тема имеет важное научно-практическое значение. Во-первых, компаративистский анализ дина­мики уровня грамотности и образования населения пограничных территорий, входивших в разные государственные образования, по­зволит показать объективную картину этого процесса на Гомельщине в межвоенный период и более аргументированно раскрыть происхо­дившие в пограничье (особенно в белорусской его части) этнокуль­турные процессы. Во-вторых, исследуется важная проблема в исто­рии развития населения полиэтничного региона, что предусмотрено программными документами деятельности Еврорегиона «Днепр».

Автор уже неоднократно выступал на международных конферен­циях с сообщениями (материалы опубликованы), в которых доста­точно подробно представил данные об уровне грамотности различ­ных категорий населения БРУП региона в конце ХІХ-ХХ вв. Эти данные свидетельствуют, что уровень грамотности у абсолютного большинства населения этого региона России, особенно сельского, был очень низким. Определенные трудности с сопоставлением дан­ных переписей 1897, 1920, 1926, 1937 и 1939 годов связаны с различ­ными методиками учета и понимания этого уровня, с территориаль­но-административными изменениями в исследуемом регионе в со­ветское время. Тем не менее большинство ученых считает переписи наиболее объективным источником. Общеизвестно, что в дореволю­ционной России не удалось решить проблему начального образова­ния. В советское время при обязательном начальном образовании средне-общеобразовательный уровень населения, прежде всего моло­дежи, значительно вырос. СССР догонял развитые страны (завеща­ние Ленина) по уровню образования и культуры населения, но отста­вания были еще значительные. Собранная переписями 1937 и 1939 годов информация, отмечает московский историк В. Б. Жиромская, «не подтвердила широко распространенной в пропагандистской пе­чати версии о «сплошной» грамотности населения» [3, с. 180-181]. Это подтверждается и нашим исследованием (автором составлены таблицы и рассчитано большинство процентных показателей). Вот динамика этих показателей. По данным переписи 1920 г., в одной из крупнейших губерний Советской России — Гомельской 57,30 % го­рожан (муж. — 60,14, жен. — 49,54 %) и 26,64 % сельских жителей (муж. — 38,01, жен. — 17,10 %) были грамотными [5, с. 24, 28, 32]. Об изменении показателей уровня грамотности населения Гомельщины и соседних регионов в 1920-1930-е годы свидетельствует таблица 1 [2, л. 3; 4, л. 3; 6, л. 3].

Из таблицы видно, что зафиксированный переписью 1939 г. по­казатель грамотности всего населения в возрастной группе 9 лет и старше составил в Гомельской области 80,9 %. Это на 2,2 % выше показателя в Орловской и на столько же ниже, чем в Черниговской области. Общий прирост от 1926 г. по этим областям был значитель­ным — 25-27 %. Прирост уровня грамотности в наиболее трудоспо­собной возрастной группе 20-49 лет оказался наиболее высоким в Черниговской области — 36,6 %. На этот показатель существенно по­влияло повышение (на 43,1 %) уровня грамотности сельских жительниц области. В Гомельской и Орловской областях оно было на 5-7 % ниже.

Таблица 1

Грамотность населения по переписям 1926 и 1939 гг.

В процентах

Возраст Год переписи Грамотных в соответствующем возрасте среди населения
  городского сельского всего
муж. жен. 1 всего муж. 1 жен. 1 всего муж. 1 жен. 1 всего

Гомельская область

20-49 лет 1926 93,7 77,4 85,5 78,4 26,8 51,1 82,3 38,6 59,6
1939 98,6 90,6 94,5 95,1 64,6 79,3 96,3 73,0 84,3
9 лет и старше 1926 90,8 74,9 82,6 69,6 29,7 48,8 74,1 39,3 56,0
1939 97,2 86,9 91,9 90,1 63,8 76,3 92,2 70,5 80,9

Орловская область*

20-49 лет 1926 93,2 74,6 84,2 80,6 26,7 50,9 82,9 33,6 56,3
1939 97,8 87.4 92.4 94,4 62,5 76,3 95,3 68,1 80,2
9 лет и старше 1926 89,5 71,5 80,3 69,9 27,6 47,1 72,8 33,5 51,8
1939 96,6 84,3 90,1 91,4 63,1 75,6 92,5 67,4 78,7

Черниговская область

20-49 лет 1926 90,9 65,8 77,7 85,9 34,3 58,5 86,6 38,5 51,1
1939 98,7 89,9 93,9 96,3 77,4 86,6 96,7 79,6 87,7
9 лет и старше 1926 85,7 62,7 73,4 76,8 34,7 54,9 77,9 38,4 57,3
1939 97,2 84,4 90,3 93,5 71,0 81,7 94,0 73,3 83,1

* Во время проведения переписи 1939 г. практически вся территория современ­ной Брянщины входила в ее состав.

Уровень грамотности у женщин указанных возрастных групп повысился на 31-41 %, но по-прежнему оставался значительно меньшим, чем у мужчин. В 1939 г. у женщин возрастной группы 20-49 лет (Гомельская область) он был ниже на 30,5 %, а в возрастной группе 9 лет и старше — на 26,3 %, в Орловской — соответственно на 31,9 и 28,3 %, в Черниговской — на 18,9 и 22,5 %. Это свидетельство­вало о более высоком росте уровня грамотности и ликвидации не­грамотности у женщин Черниговской области.

Существенной оставалась разница в грамотности между жителя­ми города и села в первых двух областях. По указанным возрастным группам она составила: в Гомельской области в 1926 г. соответст­венно 34,4 и 33,8, в 1939 г. — 15,2 и 15,6 %; Орловской в 1926 г. — 33,3 и 33,2, в 1939 г. — 16,1 и 14,5 %; Черниговской в 1926 г. — 19,2 и 18,5, в 1939 г. — 7,3 и 8,6 %. Несмотря на сокращение разрыва, наи­более заметной эта разница была у женщин. Если в 1926 г. в возрас­тной группе 20-49 лет в Гомельской области удельный вес грамот­ных горожанок был на 50,6 % большим, чем у женщин села, то в 1939 г. он составил уже 26 %; в возрастной группе 9 лег и старше — 45,2 и 23,1 %. В Орловской области — 47,9 и 24,9 по первой возрас­тной группе и 43,9 и 21,2 % — по второй, в Черниговской — соответст­венно 31,5 и 12,5 по первой и 28,0 и 13,4 % — по второй.

Имелись различия в уровне грамотности и образования и у представителей различных национальностей. Это хорошо представ­лено в таблице 2.

Таблица 2

Уровень грамотности и образования основных нацио­нальностей в 1939 г.

В процентах

Основные национальности Грамотность Образование
9 лет и старше высшее среднее ниже среднего

Гомельская область

Белорусы 78,1 0,20 5,63 94,17
Русские 90,7 1,42 18,74 79,84
Украинцы 91,2 1,13 17,12 81,75
Евреи 93,2 1,54 18,30 80,16

Орловская область

Русские 78,3 0,21 5,08 94,71
Украинцы 91,5 2,16 19,94 77,90
Евреи 94,1 2.46 20,99 76,55

Черниговская область

Украинцы 82,3 0,32 6,13 93,55
Русские 93,9 1,88 19,22 78,90
Евреи 94,4 2,37 22,69 74,94

Как видим, уровень грамотности и образования был ниже у ти­тульных восточнославянских этносов, проживавших в своих облас­тях, тогда как у проживавших в соседних областях он был выше. Так, у русских, проживавших в Гомельской области, уровень гра­мотности был выше на 12,4, а в Черниговской — на 15,6, украинцев — соответственно на 8,9 и 9,2 %. По высшему образованию — соответ­ственно в 6,8 и в 8,9 раза больше среди русских и в 3,5 и 6,8 раза — среди украинцев. Пока не удалось выявить эти показатели у белору­сов, но есть основания считать, что такая тенденция наблюдалась и у белорусов. В.Б. Жиромская приводит такие данные из указанной переписи. У белорусов, проживавших в России, 17,6 % имели сред­нее образование [3, с. 183]. По нашим подсчетам, это более чем в 3 раза превышало аналогичный показатель по Гомельской области и среднереспубликанский [1, л. 1; 2, л. 3].

Самый же высокий уровень грамотности и образования (см. таб­лицу 2) оставался у еврейского населения, которые в абсолютном большинстве проживали в городах, где традиционно эти показатели были всегда выше.

Перепись 1939 г., которая проходила через год после введения областного деления в БССР, показала, что удельный вес городского населения в Гомельской области составил 27,9 %. Этот показатель был вторым после Минской области [1, л. 1]. В соседних Орловской и Черниговской областях удельный вес горожан равнялся 19,6 и 15,8% [4, л. 1; 6, л. 1].

Преимущественно аграрной, а не индустриальной экономика БРУП региона оставалась не только в 20-е, но и в 30-е годы XX в. В 1939 г. в сельском хозяйстве было занято: в Гомельской области — 58,2, Орловской — 67,7, Черниговской — 74,2 %, а в целом по БССР — 61,8, по УССР — 54,5 %. В лесном хозяйстве областей БРУП региона было занято от 0,8 до 2,7 % населения. В промышленности БССР ра­ботало 11,5 % занятого населения, а в УССР — 19,2 %, в указанных трех областях — соответственно 14,4, 13,1 и 7,2 % [1, л. 26; 2, л. 14; 4, л. 12; 6, л. 13; 7, л. 38]. Следовательно, Гомельская область в про­мышленном отношении была более развита.

Таким образом, даже такой тезисный анализ оригинального опубликованного и архивного статистического материала позволяет сделать вывод о том, что в рассматриваемый период процессы инду­стриализации и урбанизации, т. е. модернизации, на большинстве территории белорусско-российско-украинского пограничья входили в стадию развития. Несмотря на некоторое увеличение численности горожан, абсолютное большинство населения проживало в сельской местности и было занято в аграрном секторе экономики. При несо­мненных успехах уровень грамотности и образования населения еще не соответствовал потребностям экономики и культуры. По уровню грамотности и образования сельское население еще значительно от­ставало от городского. Это в значительной степени сдерживало и эт­нокультурные процессы в регионе.

Список литературы

  1. Белорусская ССР / Российский государственный архив экономики (РГАЭ) // Всесоюзная перепись населения 1939 года. — Фонд. 1562. — Оп. 336. — Д. 237.
  2. Гомельская область / Российский государственный архив экономики (РГАЭ) // Всесоюзная перепись населения 1939 года. — Фонд. 1562. — Оп 336. — Д. 376.
  3. Жиромская В. Б. Демографическая история России в 1930-е гг. Взгляд в неизвестное / В. Б. Жиромская. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2001. — 280 с.
  4. Орловская область / Российский государственный архив экономики (РГАЭ) // Всесоюзная перепись населения 1939 года. — Фонд. 1562. — Оп. 336. — Д. 317.
  5. Статистический ежегодник. 1918-1920 гг. Вып. первый. — М., 1921. — 186 с.
  6. Черниговская область / Российский государственный архив экономики (РГАЭ) // Всесоюзная перепись населения 1939 года. — Фонд. 1562. — Оп. 336. — Д. 373.
  7. Украинская ССР / Российский государственный архив экономики (РГАЭ) // Всесоюзная перепись населения 1939 года. — Фонд. 1562. — Оп. 343.


Автор:
М.И. Старовойтов
Источник: Гомельщина в событиях 1917–1945 гг.: материалы науч. практ. конф. / ред. кол.: А.А. Коваленя [и др.]. – Гомель, 2007. Ст. 257-262