Урбанизационный переход и восточнославянское население белорусско-российско-украинского пограничья (1920-1930-е гг.)

0
489
Восточнославянское население

В рассматриваемый период началось формирование массовых социальных дви­жений, выходящих на политическую арену и оказывающих возрастающее влияние на общественную жизнь. Это было начало перехода от сельского к городскому обществу, вызванного советской мобилизационной модернизацией.

Основатель нового научного направления — российской исторической урбанисти­ки XX в. — А.С. Сенявский выделяет урбанизационный переход как «высшую» стадию урбанизационного процесса, которая ведет к радикальному преобразованию всего об­щества на «городских началах». Отмечая, что такой переход означает не просто пре­вращение российских горожан из абсолютного меньшинства (15 % — в конце XIX в.) в абсолютное большинство жителей страны (более 70 % — в начале 1980-х гг.), он пред­лагает характеризовать его как комплексный модернизационный процесс и дает такое определение: «Переход к городскому обществу — широкий модернизационный процесс, охватывающий качественные изменения широкого комплекса социальных характери­стик подавляющей части населения страны, изменения в течение четырех-пяти поколе­ний качества населения, его занятости и образа жизни, менталитета и многого другого» [7, с. 218, 221].

Чтобы дать более адекватную этнокультурную характеристику городскому насе­лению этого региона и, прежде всего, его белорусской части, мы рассмотрим в какой мере урбанизационный переход затронул титульные этносы белорусско-российско-украинского пограничья (БРУП), что и является целью данной публикации. В отечест­венной историографии в таком аспекте данная проблема рассматривается впервые (% подсчитаны автором среди титульного этноса и частично всего населения).

В период с 1897 по 1914 г. рост абсолютной численности городского населения губерний БРУП практически не изменил его удельного веса в составе всего населения. Средний показатель составлял примерно 10-11 %, хотя в Витебской и Киевской губер­ниях он был на 7-8 % выше.

Довоенная численность всего городского населении как в стране в целом, так и в БРУП была достигнута к середине 1920-х гг. Полиэтничный состав населения региона породил специфику урбанизации, которая существенно отличалась от общесоюзного и общереспубликанских средних показателей. Русские, белорусы и украинцы, прожи­вавшие в своих этнических территориях БРУП, были урбанизированы в меньшей сте­пени, чем другие этносы (евреи, поляки, латыши и др.). Так, по данным переписи 1926 г., удельный вес русских (в составе своего этноса), проживавших в городах Брян­ской губернии составил 14,9 %, в Смоленской — 9,3 %, при средних показателях по РСФСР (среди русских — 19,7 % и всего городского населения — 17,1 %) [2, с. 9, 10, 12, 14, 16-18], [4, с. 38, 41]. В белорусских округах степень урбанизированности белорусов оказалась следующей: Витебский округ — 9,0 %, Гомельский — 12,0, Калининский — 5,5, Могилевский — 8,7, Мозырский — 6,4, Оршанский — 7,4, Полоцкий — 5,0 и Речицкий — 5,3 %, при средних показателях по БССР (белорусы — 8,3 %, все население — 17,0 %) [3, с. 24-46], [4, с. 38, 41]. Не было существенной разницы, кроме выделявшегося за счет г. Киева одноименного округа, и в украинских округах пограничья. Белоцерковский ок­руг дал показатель — 7,1 % Волынский — 13,7 %, Глуховский — 8,0, Киевский — 22,2, Коростеньский — 5,0, Неженский — 9,5, Прилукский — 5,5 и Черниговский — 8,1%. По УССР, соответственно — 10,9 % и 18,5 % [6, с. 27, 29], [4, с. 38,41].

Мобилизационная индустриализация, которая интенсивно проводилась в районах освоения природных ресурсов и создания оборонных предприятий, в значительно меньшей степени затронула «по стратегическим соображениям» БРУП, т. к. большая часть его территории входила в пограничную полосу СССР. Это повлияло на развитие городов БРУП и приток в них титульного населения. Если взять за основу количест­венные показатели степени урбанизированности населения, предложенные А.С. Сенявским, то есть все основания считать, что восточнославянское население БРУГІ в конце 1930-х гг. только начало включаться в урбанизационный переход. Об этом сви­детельствуют следующие данные. Степень урбанизации белорусов Витебской обл. дос­тигла, по данным переписи 1939 г., 19,4 %, Гомельской — 18,2, Минской — 20,0, Моги­левской — 15,8, Полесской — 7,4 и в целом по БССР — 16,9 % (всего населения — 24,7 %, а по нашим расчетам, опубликованным ранее — около 20 %). В Орловской обл. в горо­дах проживало 18,4% русских, в Смоленской — 15,3, а в целом по РСФСР — 35,7 % (степень урбанизации всего населения достигла 33,7 %). Удельный вес украинцев-горожан в Житомирской обл. составил 14,0 %, в Киевской — 25,6 (без города Киева — около 12 %), в Черниговской — 13,7 % (по УССР — 36,2 %) [1, л. 13], [5, с. 18, 19, 22, 38, 41, 64-71]. Как видим, если в целом по БРУП и по БССР уровень урбанизированности титульных этносов не имел резкого отличия (за исключением Киевской и Полесской обл.), то по РСФСР и УССР они имелись и весьма существенные. Только в рассматриваемый период начался урбанизационный переход у белорусов, русских и украинцев, прожи­вавших в БРУП. Большая часть приблизилась или перешла 15%-й рубеж. Это было од­ной из причин этнокультурной специфики региона, в том числе и белорусской ее части, которую надо учитывать при рассмотрении социокультурного облика всего населения БРУП в 1920-1930-е гг.

Таким образом, в конце 1930-х гг. ВСН БРУП только начинали становиться чле­нами городского общества, стали включаться / «втягиваться» в урбанизационный пере­ход, оставаясь в абсолютном большинстве сельскими жителями, а по образу труда, бы­та, культуры и менталитета являлись представителями традиционного общества. Титульные этносы БРУП находились на начальной стадии урбанизационного перехода. Это роднило и сближало белорусов, русских и украинцев, но и существенно сдержива­ло их социокультурное развитие. В таком единстве исторического развития надо видеть и основы славянской интеграции.

Все вышеизложенное позволяет сделать выводы о том, что только в конце 1930-х годов в БССР, как и в целом по БРУП, начинается переход от традиционного к индуст­риальному обществу.

Литература

  1. Белорусская ССР / Российский государственный архив экономики (РГАЭ) // Всесоюзная перепись населения 1939 года. — Фонд. 1562. — Оп. 336. — Д. 237.
  2. Всесоюзная перепись населения 1926 года Т. П. — М.: ЦСУ СССР, 1928. — 452 с.
  3. Всесоюзная перепись населения 1926 года. — Т. X. — М.: ЦСУСССР, 1928. — 289 с.
  4. Всесоюзная перепись населения 1926 года. — Т. XVII. — М.: ЦСУ СССР, 1929 — 112 с.
  5. Всесоюзная перепись населения 1939 года: Основные итоги / под ред. Ю. А. Полякова. — М.: Наука, 1992. — 256 с.
  6. Всесоюзный перепис людности 1926 рок. — Т. XI. УСРР. Підсуміки по республіці. Полісся. — М.: ЦСУ СРСР, 1928. — 203 с.
  7. Сенявский, А. С. «Урбанизационный переход» России в XX веке как составляющая модернизационного процесса: условия, реализация, результаты / А. С. Сенявский // Россия на рубеже XXI века: оглянись на век минувший / редкол.: Ю. А. Поляков [и др.]. — М., 2000. — С. 216-237.

Автор: М.И. Старовойтов
Источник: Менталитет славян и интеграционные процессы: история, современность, перспективы: материалы VII Междунар. науч. конф., Гомель, 26-27 мая 2011 г. В 2 ч. Ч. 1 / М-во образования Респ. Беларусь [и др.]; под общ. ред. В. В. Кириенко. — Гомель: ГГТУ им. П. О. Сухого, 2011. — 240 с. Ст. 127-129.