Украинцы в Республике Беларусь: этнодемографический аспект

0
286
Украинцы в Республике Беларусь этнодемографический аспект

Приоритетным направлением этнологиче­ской науки является исследование этнических групп, проживающих вне «материнского» эт­носа. Важным представляется изучение демо­графических процессов — динамики численно­сти, миграционного и естественного движения, структуры населения по полу, возрасту, состо­янию в браке, влияющих на взаимодействие и взаимопроникновение культур диаспоры и принимающего населения, сохранение тради­ции в народной культуре и аккультурацию, адаптацию и интеграцию в новое социокуль­турное пространство.

Украинцы проживали на территории Бела­руси на всех этапах ее этнической истории. Обусловлено это соседством территорий, близ­ким родством белорусского и украинского на­родов, входящих в одну языковую и этнокуль­турную общность (восточные славяне).

В течение длительных исторических пери­одов Беларусь и Украина находились в одних и тех же государственных образованиях (Ки­евская Русь; Великое княжество Литовское, Русское и Жемойтское; Речь Посполитая; Россия; СССР), что способствовало активно­му обмену населением, формированию общих черт в языке и культуре взаимодействующих представителей белорусского и украинского народов.

Согласно переписи населения Республики Беларусь 2009 года, в Беларуси проживало 158 723 украинца, что составляло 1,7 % от общей численности населения страны. Наи­большая их численность отмечена в Брестской (40 тыс., 2,9 % от общей численности населе­ния области) и Гомельской (31 тыс., 2,1 %) об­ластях, которые граничат с Украиной, а также в Минске (27,4 тыс., 1,5 %). Украинцы — пре­имущественно городские жители (122 тыс., 77,2 %), из них каждый пятый проживает в Минске, 36 тыс. украинцев (22,8 %) расселе­ны в сельской местности [5, с. 7, 25].

Динамика численности украинцев в Бе­ларуси за последние 50 лет была неравно­мерной. С 1959 по 1989 год прослеживался интенсивный рост их количества. Быстрое промышленное развитие Белорусской ССР, строительство фабрик и заводов, формиро­вание новых учреждений науки, образова­ния и культуры способствовали миграции рабочих, инженеров и людей самых разных специальностей во многие отрасли хозяйства Республики. За 1959—1989 годы количество украинцев в Беларуси увеличилось более чем в два раза (с 133 тыс. человек в 1959 году до 291 тыс. в 1989 году, а их удельный вес в об­щей численности населения БССР — с 1,7 % до 2,9 %), что позволило им переместиться с пятого (1959), на четвертое место (с 1970 г.) в этноструктуре населения Беларуси [6, с. 16, 38]. В последующие годы шло замет­ное снижение численности и удельного веса украинцев. С 1989 по 2009 год численность украинской этнической общности уменьши­лась в 1,8 раза, а удельный вес сократился до 1,7 %. Причиной этого явились политические и социально-экономическое трансформации, изменившие ход и вектор миграции на пост­советском пространстве, негативные тен­денции в демографическом воспроизводстве (падение рождаемости и рост смертности), активизация этнических процессов в связи с образованием новых государств, развитием межнациональной брачности. Весь после­военный период шло интенсивное перерас­пределение населения между селом и городом в пользу последнего. Уровень урбанизации украинцев вплоть до 1999 года постоянно возрастал (81,1 % в 1999 г.). К 2009 году он несколько снизился (77,2 %) (рис. 1 а, 1 б).

Рис. 1 а. Динамика численности украинцев в Беларуси (тыс. чел.)
Рис. 1 а. Динамика численности украинцев в Беларуси (тыс. чел.)

Демографическое положение диаспоры определяется сочетанием собственно демогра­фических факторов с этническими, а также по­следствиями социально-экономической и демо­графической политики государства. Обратимся к собственно демографическим факторам.

Важную роль в динамике численности украинской диаспоры имеют внешние мигра­ции. В 1990-Х годах политические и социально-экономические изменения на постсоветском пространстве послужили катализатором ро­ста миграционной активности населения.

Рис. 1 б. Динамика численности украинцев (городского и сельского населения) в Беларуси (%)
Рис. 1 б. Динамика численности украинцев (городского и сельского населения) в Беларуси (%)

Причинами внешней миграции являлись проблемы с исчислением стажа работы и по­лучением пенсий, обострение конкуренции на рынке труда, боязнь потери связи с род­ственниками. Одной из причин миграции на­селения стало разделение Вооруженных сил и перевод военнослужащих к месту призыва. Показательно, что в 1990-е годы миграцион­ный баланс был положительным для Укра­ины, часть украинцев возвратилась на свою этническую родину. С конца 1990-х годов си­туация несколько изменилась. Стабилизация социально-экономического положения сопро­вождалась некоторым повышением уровня жизни населения, что наряду с отсутствием межэтнических конфликтов и проведением продуманной национальной политики дела­ли Беларусь привлекательной для мигрантов. Отметим, что Украина по доле в миграцион­ном обороте Беларуси находится на втором месте после России. В 2000 году миграцион­ный прирост Беларуси за счет Украины со­ставил 2409 человек, в последующие годы прирост замедлился и не превышал 1300 че­ловек, с 2008 года зафиксировано некото­рое повышение положительного для нашей Республики сальдо миграции, в 2011 году оно составило 1976 человек [7, с. 13]. Ин­тересно отметить, что украинцы занимают третью позицию в миграционном обороте по численности прибывших и выбывших (по­сле русских и белорусов), однако по сальдо миграции они переходят на второе место, опережая белорусов. Так, в 2010 году в Бе­ларусь переселилось 1823 украинца, а вы­ехало за ее пределы 228, соответственно сальдо их миграции составило 1595 человек [4, С. 435].

С изменением статуса границ между Ре­спубликой Беларусь и Украиной (превращение административно-территориальных границ в государственные) активизировалась пригра­ничная миграция (экономическая, торговая, культурная, трудовая). Украинцы утром приезжают на работу в города и села Беларуси, а вечером возвращаются в свое постоянное место жительства. Предполагается, что ин­тенсивность миграции уменьшилась также в связи с тем, что она часто не регистрирова­лась, поскольку на учреждения и организации налагалась особая лицензия, по которой необ­ходимо было выплачивать в доход государства определенную сумму на каждого принятого «иностранного рабочего».

Дополнительно к данным текущей стати­стики проанализируем материалы переписи населения Республики Беларусь 2009 года по миграции. Согласно этой переписи, среди 158 723 украинцев Беларуси 140 587 человек относятся к мигрантам (88,6 %), то есть они проживают в месте постоянного жительства не с рождения. При этом внешние мигран­ты из Украины, сменившие постоянное место жительства в 2005—2009 годах, насчитыва­ли 5125 человек, из них почти каждый второй проживал в пограничных с Украиной Брест­ской (25,0 %) и Гомельской (19,0 %) обла­стях, каждый шестой обосновался в Минске (15,4 %) [3, с. 76, 244]. Большинство мигран­тов из Украины приехали в Беларусь в связи с семейными обстоятельствами (42,2 %), созда­нием семьи (16,6 %), возвращением к прежне­му месту жительства (10,8 %), устройством на работу (5,8 %), учебу (1,7 %) и другими при­чинами [3, с. 280].

Современная динамика внутренней ми­грации в Беларуси для всех этнических общ­ностей характеризуется доминированием внутриобластных перемещений, основным направлением которых по-прежнему остает­ся направление село — город. Наибольшей притягательной силой обладают областные центры и крупные промышленно развитые го­родские поселения. Существенные изменения произошли в межобластном обмене населени­ем. Если в 1990 году отрицательное сальдо миграции имели лишь Гомельская и Моги­левская области (как последствие аварии на ЧАЭС), то с 1995 года изо всех регионов идет отток населения в столицу. Сальдо миграции областей страны в межобластном обмене от­рицательное за исключением некоторых лет. Вместе с тем Минская, Брестская и Гомель­ская области значительно сократили миграци­онный отток.

Известно, что в Республике Беларусь с начала 1990-х годов, как и на всем постсовет­ском пространстве, социально-экономиче­ские, политические преобразования вызвали кризисные явления в экономике, снизился жизненный уровень населения. Это повлек­ло за собой ухудшение демографического воспроизводства населения, выразившегося в росте смертности, сокращении рождаемо­сти и средней продолжительности жизни. Впервые за послевоенное время с 1995 года отмечена убыль украинцев Беларуси за счет превышения смертности над рождаемостью. В 1999 году общий коэффициент рождае­мости украинцев составил 9,4 промилле, а смертности — 14,8 промилле, в результате убыль украинского населения составила — (-)5,4 промилле.

В начале 2000-х годов, в связи с реализа­цией программы демографической безопасно­сти, наметились положительные тенденции к росту рождаемости, уменьшению показателей смертности, в особенности младенческой.

Обратимся к половозрастной структу­ре населения: согласно переписи населения 1959 года, среди украинцев Беларуси чис­ленно преобладали женщины, что связано с большими потерями мужчин в годы Великой Отечественной войны. Переписи населения 1970, 1979, 1989 годов выявили преобладание в половозрастной структуре украинцев муж­чин, в это время шли активные миграции мо­лодых мужчин в БССР. С 1999 года отмечено усиление диспропорции структуры украинцев по полу, но крен уже идет в сторону женского населения. Если в 1999 году на 1000 украинок приходилось 924 мужчины этой же нацио­нальности, то в 2009 году — 822 мужчины (рис. 2 а, 2 б).

Рис. 2 а. Распределение украинцев по полу (тыс. чел.) (2009)
Рис. 2 а. Распределение украинцев по полу (тыс. чел.) (2009)
Рис. 2 б. Распределение украинцев (городского и сельского населения) по полу (%) (2009)
Рис. 2 б. Распределение украинцев (городского и сельского населения) по полу (%) (2009)

Причиной этих деформаций явились ми­грации молодых мужчин за пределы страны, а также более высокая смертность мужского на­селения в Республике. В возрастной структуре украинцев, как и других этнических общностей Беларуси, отмечены тенденции к старению на­селения. Среди украинцев лица моложе трудо­способного возраста составили всего 3,8 %, трудоспособного — 60,9 % и практически каж­дый третий из них (35,4 %) находился в пенси­онном возрасте. По сравнению с 1999 годом в 3,8 раза уменьшилась численность детей и под­ростков моложе 16 лет, в 1,6 раза — численность трудоспособного населения и на 13 % — лиц в возрасте старше трудоспособного. Молодежь в возрасте 16—30 лет в структуре украинцев в 1999 году составляла 16,6 %, а в 2009 году — 11,3 % [5, С. 54-55, 98,132] (рис. 3 а, 3 б).

Рис. 3 а. Распределение украинцев по возрасту (тыс. чел.) (2009)
Рис. 3 а. Распределение украинцев по возрасту (тыс. чел.) (2009)
Рис. 3 б. Распределение украинцев по возрасту (%) (2009)
Рис. 3 б. Распределение украинцев по возрасту (%) (2009)

Пребывание в браке, соотношение брачно­сти и разводимости характеризуют прочность семейных отношений, что оказывает значи­тельное влияние на динамику численности диаспоры. Анализ распределения украинцев по состоянию в браке показывает, что с 1959 по 1989 год брачность постоянно росла, а с 1989 по 2009 год заметно снизилась. Соглас­но переписи населения Республики Беларусь за 2009 год, из 1000 украинцев мужского пола 792 человека состояли в браке, 92 — ни­когда не состояли в браке, 52 — были вдовыми и 63 — разведены или разошлись. Показатели брачности украинок оказывались традицион­но ниже, чем показатели брачности мужчин. Среди них 599 женщин состояли в браке, 79 — никогда не состояли в нем, 199 — были вдовыми, 122 — разведены. Среди украинок в 3,8 раза больше вдов и почти в 2 раза больше разведенных, чем среди мужчин этой же на­циональности. Объясняется это сравнитель­но более высокими показателями смертности мужчин и более частым вступлением их в пов­торный брак. О сохранении традиционных норм и отношений в семье свидетельствует до­ вольно большой процент зарегистрированных браков, как для мужчин, так и для женщин он равен 93 % (остальные 7 % — незарегистри­рованные браки). И если учесть, что с 1999 по 2009 год удельный вес незарегистрированных браков несколько возрос (с 5 % до 7 %), то перед семьей встает проблема роста численно­сти детей, рожденных вне брака, что в свою очередь является проявлением демографиче­ского неблагополучия. Брачность сельского населения выше, чем городского, вместе с тем среди украинцев — жителей села более чем в два раза выше удельный вес незарегистриро­вавших свои отношения, несколько меньше процент вдовых и разведенных (рис. 4).

Рис. 4. Украинцы в Беларуси по состоянию в браке (2009)
Рис. 4. Украинцы в Беларуси по состоянию в браке (2009)

Переписью населения Республики Бела­русь 1999 года учтены домохозяйства украин­цев, состоящие из двух и более человек, где все члены принадлежат к одной национальности. Таких семей-домохозяйств всего 16 525 с чис­ленностью членов домохозяйств 49 390 чело­век. Домохозяйств, состоящих из белорусов и украинцев, насчитывалось 96 897, в них проживало 317 823 человека [8, с. 242]. Ха­рактерно, что средний размер домохозяйств был более высок там, где члены домохозяйств принадлежали к разным национальностям, что, возможно, способствовало успешной ак­культурации, адаптации и интеграции в но­вое социокультурное пространство. Средний размер домохозяйств по традиции выше в сельской местности. В региональном отноше­нии сравнительно большим размером семей-домохозяйств выделяется Брестчина. Чрез­вычайно важным представляется дальнейшее исследование межэтнической брачности, ее последствий, которые, безусловно, влияют на демографические параметры диаспоры.

Существенным фактором изменения чис­ленности украинцев в Беларуси являются эт­нические процессы. Этническое самосознание украинцев, проживающих на территории Бе­ларуси, характеризуется иерархической струк­турой, множественностью идентичностей. Каждый третий опрошенный украинец (2007) ощущает себя представителем своего народа (31,8 %). Вместе с тем в этнической иденти­фикации украинцев отчетливо выражены ори­ентации на приобщение себя к Беларуси и ее народу (36,4 % опрошенных). Как белорусы и русские, украинцы осознают свое генетиче­ское родство со славянами (18,2 %). В миро­ощущении украинцев заметны и ориентации на общечеловеческие ценности («ощущаю себя человеком» (27,3 %)), и русская составляющая (4,5 % респондентов). «Ощущаю себя русским, поскольку разговариваю на русском языке» (украинец, 26 лет, мастер, среднее специаль­ное образование, г. Мозырь). Характерно, что множественность этнической идентификации часто имеет место в межнациональных семьях: «Отец украинец, мать белоруска. Ощущаю себя белоруской, украинкой и жителем Евро­пы» (украинка, 21 год, официантка, среднее специальное образование, г. Лида).

Отношение к украинцам со стороны бело­русов, русских и других этнических общно­стей характеризуется доброжелательностью. «У нас в Новополоцке работают из Украи­ны — хорошие люди. Все мы одинаковые, что русский, что белорус и украинец» (белоруска, 45 лет, техник, образование среднее техниче­ское). «Все хорошие люди, все наши и “хохлы”, и русские» (белорус, 38 лет, мастер, г. Мо­зырь); «Для меня это все наши» (русский, 25 лет, механик, высшее образование, г. Мо­зырь). Украинцев, по мнению респондентов, отличают положительные качества — добро­та, дружелюбие, гостеприимство, трудолюбие, хлебосольство, щедрость, хозяйственность [1].

Обратим внимание на роль языка в системе самосознания украинцев. Он является связу­ющим звеном в общении людей друг с другом, средством познания мира, формирует само­сознание индивида, определяя его специфику. Человек, идентифицируя себя с конкретной культурой, усваивает ее стереотипы, нормы поведения. В этом плане, безусловно, важным понятием является «родной язык», который в значительной степени сопряжен с этническим самосознанием и выступает как одна из его сторон, как символ этнической общности. Со­гласно переписи населения Республики Бела­русь 1999 года, 42,9 % украинцев, прожива­ющих в Беларуси, назвали в качестве родного язык своей национальности. Более сильные ориентации на родной язык характерны для украинцев, проживающих в Полесском исто­рико-культурном регионе, который граничит с Украиной. Так, в Брестской области язык своей национальности считали родным 53,9 % украинцев, в Гомельской области — 44,4 % Г5, с. 317-332].

Анализ языковой ситуации на районном уровне показал, что ценность родного язы­ка для украинцев выше в приграничных с Украиной районах, местах компактного их проживания, особенно в сельской местности. Несколько иную ситуацию в языковой сфере демонстрирует перепись населения Респу­блики Беларусь 2009 года. По ее данным, 29,2 % украинцев назвали родным язык сво­ей национальности, что почти на 14 пунктов ниже чем в 1999 году. Несколько снизились ориентации на родной белорусский язык (с 14,3 % в 1999 году до 8,1 % в 2009 году) и

существенно повысился статус русского язы­ка в качестве родного (с 38,3 % в 1999 году до 61,2 % в 2009 году). Развитие интегра­ционных экономических, культурных связей в рамках СНГ, более тесные контакты в пре­делах союза России и Беларуси увеличили престиж русского языка для всех этнических общностей Республики Беларусь. И эта тен­денция в языковой сфере украинцев просле­живается как среди городского, так и среди сельского населения, а также в регионах [5, С. 317-332].

Обратимся к данным по языку, на котором украинцы обычно разговаривают дома. Если в 1999 году из 1000 украинцев 62 человека обычно дома использовали украинский язык, то в 2009 году — всего 35 человек. Такая тенденция — уменьшение роли языка своей национальности в общении в семье — харак­терна и для других этнических общностей, проживающих в Республике Беларусь, за ис­ключением русских [5, с. 377].

Одним из факторов, влияющих на упроче­ние украинской идентичности, является нали­чие специфических институтов идентифика­ции: украинских общественных организаций. В Беларуси зарегистрировано четыре украин­ских объединения: Белорусское общественное объединение украинцев «Ватра», имеющее семь филиалов; городское культурно-просве­тительское общественное объединение укра­инцев «Барвинок» (г. Гродно); общественное объединение «Центр украинской культуры “Січ”» (г. Минск); общественное объедине­ние украинцев и научно-педагогический союз «Берегиня» (г. Брест), которые содействуют сохранению и развитию украинской культуры. При некоторых из них действуют воскрес­ные школы, кружки по изучению украинско­го языка, кружки и студии художественной самодеятельности. При их участии прово­дятся торжественные собрания, посвященные выдающимся деятелям украинской культуры, работают исторические секции, инициировано возведение памятников поэту Тарасу Шев­ченко в Минске, Бресте, Могилеве и Гомеле [6, С. 323-329].

  1. Архив Центра исследований белорусской культуры, языка и литературы НАН Беларуси, ф. 6, оп. 14, д. 141, л. 1-121.
  2. Кто живет в Беларуси / А. Вл. Гурко [и др.]; Нац. акад. наук Беларуси, Ин-т искусствоведе­ния, этнографии и фольклора им. К. Крапивы. — Минск: Беларус. навука, 2012. — 799 с.
  3. Миграция населения Республики Беларусь. Перепись населения 2009 г. — Минск, 2001. — Т. 7. — 292 с.
  4. Население Республики Беларусь. — Минск, 2011.
  5. Национальный состав населения Республи­ки Беларусь. Перепись населения 2009 года. — Минск, 2011. — Т. 3. — 433 с.
  6. Национальный состав населения Респуб­лики Беларусь и распространенность языков. Итоги переписи населения Республики Беларусь 1991 года. — Минск, 2001.
  7. Статистический ежегодник 2012. — Минск, 2012.
  8. Число и состав домашних хозяйств Респуб­лики Беларусь. Итоги переписи населения Рес­публики Беларусь 1999 года. Статистический сборник. — Минск, 2001. — 615 с.


Автор:
Галина Касперович
Источник: Народна творчість етнологія. — Київ: Інститут мистецтвознавства, фольклористики та етнологіі ім. М.Т. Рильского НАН Украіни, 2014. №4. С. 46-54.