Участие в партизанском движении и положение членов старообрядческих общин на оккупированной врагом сопредельной территории России, Украины и Белоруссии в 1941-1943 гг.

0
145
Участие в партизанском движении и положение членов старообрядческих общин на оккупированной врагом сопредельной территории России, Украины и Белоруссии в 1941-1943 гг.

Актуальность проблемы участия в партизанском движении и положения членов старообрядческих общин на оккупированной врагом сопредельной территории России, Украины и Белоруссии в 1941-1943 гг. связана с пресечением попыток пересмотра запад­ными историками основных событий и итогов Второй Мировой во­йны, принижением роли СССР в качестве державы, внесший самый значительный вклад в разгром фашизма, попыткой показать отсут­ствие единства советского народа перед лицом внешней опасности. Еще одна острая проблема, связанная с изучением малоизвестных ранее страниц истории Великой Отечественной войны, — освещение положения населения на оккупированной территории немецко­-фашистскими войсками и войсками их союзников, его стойкость и мужество, умение сохранить традиции и обычаи предков не только в условиях жесткого идеологического давления со стороны совет­ского государства, но и в условиях голода, насильственного угона молодежи на работу в Германию, массовой гибели мирного населе­ния. По нашему мнению, современная отечественная историческая наука должна отстоять святые для нашего народа страницы истории Великой Отечественной войны, раскрывающие эти темы.

Обобщающих исследований по вопросам духовной деятель­ности старообрядческих общин накануне и в период Великой Отечественной войны нет. Исключение составляют исследования Русской православной старообрядческой церкви «Гонения на цер­ковь Христову в СССР» и «Старообрядцы в Великой Отечественной войне». Белорусские исследователи опубликовали сборник докумен­тов советского периода «Старообрядческие общины на Гомельщине 1919-1991 гг.», в котором ряд документов и материалов посвящен положению старообрядческих общин Ветки в период Великой От­ечественной войны. Автор настоящего исследования ставит перед собой задачу освещения тяжелого положения старообрядческих общин древних центров Стародубья и Ветки — сопредельных терри­торий России, Украины и Белоруссии в период оккупации, участие старообрядцев в партизанском движении. Проведенные автором исследования позволяют показать патриотизм старообрядцев, слу­жение своему Отечеству и духовно-религиозное возрождение общин в годы войны.

Источниками для написания данной статьи послужили опу­бликованные архивные документы и материалы экспедиционных исследований автора, личных архивов старообрядцев разных со­гласий, мемуары П.М. Храмченко «Мои Клинцы», воспоминания старообрядки Белокриницкого согласия Н.А. Тычковой, книга немецкого офицера Вальтера Энгельгарда «Клинцы» в переводе П.А. Марченкова, а также фотографии старообрядческих поселе­ний военного времени. Изученные источники позволяют говорить, что в период Великой Отечественной войны началось возрождение старообрядческих общин на сопредельных территориях России, Украины и Белоруссии. Однако путь к этому был трудным и долгим. Объектом исследования является духовная жизнь русских старооб­рядцев; мредметом исследования — деятельность старообрядческих общин пограничных территорий России, Украины и Беларуси в пе­риод Великой Отечественной войны и первые послевоенные годы.

Необходимо отметить, что в годы Великой Отечественной во­йны произошло изменение государственно-религиозной политики СССР. Это было связано с необходимостью сплочения всего насе­ления, как атеистов, так и верующих в условиях военного времени. Более того, при разработке плана Барбаросса о нападении на СССР, гитлеровское командование тщательно планировало политику взаи­модействия с верующими на оккупированной территории с целью разорвать сплоченное единство населения Советского Союза в деле отпора немецко-фашистским захватчикам [8, с. 75].

После установления советской власти на сопредельных терри­ториях России, Украины и Белоруссии в 1920-х гг. — территории двух крупных центров русского старообрядчества: Стародубья и Ветки — старообрядческая общность постепенно теряла свой сплоченный характер. В результате активной антирелигиозной кампании, про­ведённой органами советской власти, уже к 1940 г. на территории Гомельщины были закрыты все старообрядческие храмы и молельни. Религиозная жизнь местных старообрядцев была практически па­рализована. Староверы Ветки были вынуждены приспосабливаться к новым реалиям. Старообрядческие общины Стародубья продол­жали действовать в городах Клинцы, Новозыбков, Гомель, Злынка, селе Ардонь, как до, так и после окончания Великой Отечественной войны. Накануне Великой Отечественной войны, в 1930-х гг. про­исходило уничтожение старообрядческих церквей и монастырей г. Клинцы [9, с. 387].

Однако в 1939 г. произошло изменение курса государственной религиозной политики. Это было связано как с внутренней полити­кой, так и с международным положением. Накануне войны в состав СССР вошли новые территории, где не прерывалась духовно-ре­лигиозная деятельность, в том числе и русского старообрядчества — территории Западной Украины и Западной Белоруссии, Молдавии со своим священством. Международная обстановка требовала изме­нения политики государства по отношению к верующим. По мнению М.В. Шкаровского, планируя нападение на СССР, фашисты рассчи­тывали активно использовать религиозный фактор в своих целях [10, с. 199]. Очень сильно пострадало старообрядческое священство. В живых на свободе оставалось три архиерея, и над каждым висела угроза ареста или гибели. С 1941 г. предстоятелем старообрядческой церкви стал вышедший из сталинских лагерей епископ Самарский Иринарх (Парфенов, 1881-1952). В сан архиепископа Московского его возвел престарелый епископ Калужский Савва, единственный оставшийся на свободе. Третий выживший в советских гонениях епископ Геронтий (Лакомкин, 1872-1951) до 1942 г. находился в ла­герях. Существование Белокриницкой иерархии старообрядческой церкви могло пресечься в любой момент [2, с. 27-32].

Однако тяжелые испытания в годы Великой Отечественной войны сплотили население. Первосвятитель Иринарх обратился к пастве с архипастырским посланием. В нем говорилось: «Старо­обрядцы никогда не были изменниками Родины. Они до последней капли крови защищали свое родное отечество. Мы уверены, что в годину тяжелых испытаний, которые нам в настоящее время при­ходится переживать, старообрядчество, также верное своим вековым традициям, дружно даст отпор коварному врагу, посягнувшему на наши священные границы» [1, с. 203]. Это архипастырское посла­ние сплотило старообрядцев. Оно было пропитано патриотическими чувствами, призывало старообрядцев к защите своего Отечества.

Продвижение захватчиков было стремительным. В августе 1941 г. старообрядческие поселения России, Украины и Белорус­сии — г. Клинцы, Новозыбков, Злынка, Ветка, Гомель, Чернигов — подверглись вражеской оккупации. Новозыбков был оккупирован 16 августа 1941 г. В новозыбковских лесах началось формирование украинского партизанского соединения А.Ф. Федорова. В бело­русских лесах также происходило формирование партизанских отрядов. За время немецко-фашистской оккупации все предпри­ятия г. Новозыбкова были уничтожены. Злынка была оккупирована немецко-фашистскими войсками 25 августа 1941 г. Клинцы стали значительной тыловой базой немецко-фашистских войск, где нахо­дились госпитали, ремонтные части. Среди оккупантов были также итальянцы и венгры. Отсюда было угнано в Германию на принуди­тельные работы большое количество молодежи. П.М. Храмченко (1916-2000), клинцовский краевед, конструктор завода имени Ка­линина, из-за болезни не смог эвакуироваться. В своих мемуарах он писал, что эвакуация проводилась спешно. Город был оставлен без боя 20 августа 1941 г. Заняв город, оккупанты потребовали, чтобы на­селение сдало радиоприемники, печатные машинки и оружие. Всем работоспособным жителям надо было выйти на свои рабочие места, а остальным гражданам в возрасте от 14 до 60 лет зарегистрировать­ся на бирже труда. Вскоре в городе работали все фабрики. Рабочий день начинался в 6 часов утра, работа в ткацких цехах велась в две смены. Для этого было изменено время комендантского часа [9, с. 387]. Жителям города, рабочим фабрик было разрешено вернуть землю в пригороде, отнятую у них в годы раскулачивания, рабочим выдавали хлебный паек — 200 граммов. В большом недостатке были продукты первой необходимости. Оккупанты заняли все крупные общественные здания. В них они разместили тыловые госпитали. Однако, несмотря на масштабное размещение немцев в г. Клинцы, дух сопротивления у местного населения против оккупантов был не сломлен. Немцы прочесывали леса, вылавливая и уничтожая партизан. Клинцовский партизанский отряд был рассеян. С весны 1942 г. в близлежащие деревни стали проникать группы партизан и уничтожать полицаев и немецких солдат. Клинцовская тюрьма была переполнена крестьянами-заложниками и подозреваемыми в связях с партизанами [9, с. 387]. На территории Клинцов, Новозыбкова, Злынки с 1942 г. немцы стали агитировать молодежь ехать на работу в Германию. В старообрядческих поселениях Стародубья расклеивались листовки с призывами к населению уезжать на работу в Германию. Облавы с последующей принудительной отправкой людей на работы в Германию начались летом 1943 г. [6, с. 186]. Из Клинцов было угнано в Германию 170 человек. О тяжелой судьбе угнанных и вернувшихся обратно свидетельствуют воспоминания уроженки г. Злынки, старообрядки Белокриницкого согласия Натальи Акимовны Тычковой, 1924 г.р. Оказавшись в Германии, она батра­чила в хозяйстве зажиточной немецкой семьи, с трудом преодолевая хроническую усталость и голод. По воспоминаниям старожилов, массовые расстрелы мирного населения происходили в селе Святск, недалеко от Новозыбкова. Среди местного населения сохранились воспоминания о том, что старообрядцы прятали еврейских детей во время облав оккупантов.

19 августа 1941 г. после массированного штурма войска вермахта захватили г. Гомель. 50-дневная борьба на Гомельском направлении, 12-дневная оборона Гомеля имели большое значение в начальный период войны. Немецкое командование задействовало на гомельском направлении 25 дивизий, тем самым ослабив насту­пательную мощь своих войск на Смоленском направлении. Гитле­ровцы потеряли 80 тыс. солдат и офицеров, более 200 танков, около 100 самолётов, много другой боевой техники. Оккупация г. Гомеля продолжалась с августа 1941 г. по ноябрь 1943 г. Гомель был включен захватчиками в «зону армейского тыла» также как Клинцы и Новозыбков группы армий «Центр». «Сражения на белорусской земле, характеризовавшиеся большим размахом, ожесточенностью, стали важной частью Великой Отечественной войны, яркой страницей ее героической и трагической истории» [5]. Немецко-фашистские войска в начале августа 1941 г. начали обход войск Юго-Западного фронта. Захватив после ожесточенных боев 19 августа Гомель, части 2-й немецкой армии вторглись в Черниговскую область (Украина). 25 августа они заняли районные центры Добрянку, Семеновку, 28 августа — Городню (старообрядческие поселения) и ряд других на­селенных пунктов области. Действовавшие здесь войска 21-й армии под командованием генерал-лейтенанта Ф.И. Кузнецова с упорными боями отходили на рубеж реки Десны в район населенных пунктов Макошино, Кладьковка. Старообрядческие поселения в Чернигов­ской области УССР были оккупированы немецкими и венгерскими войсками с 25-28 августа 1941 г. по 21 сентября 1943 г. Власть в Гомеле оказалась в руках немецкого командования 221-й дивизии, военно-полевых комендатур. Террор стал обыденным явлением на территории Западного региона. В Гомеле, также как в Новозыбкове, Клинцах, Злынке происходил массовый угон молодежи в Германии. В тылу врага осталось руководящее ядро Черниговского обкома ВКП(б) предвоенного состава, 5 августа 1941 г. завершилось формирование Черниговского областного партизанского отряда в составе 186 человек, сыгравшего большую роль в развертывании партизанского движения. Среди участников партизанского движения был старообрядческий наставник из села Попсуевка Гомельской об­ласти Кирьян Борисенко [7, с. 136].

В 1941 г. оккупанты разрешили верующим восстановить свои храмы и свободно исповедовать религию. Таким отношением к ре­лигии оккупанты пытались противопоставить себя советской власти. П.М. Храмченко упоминает в своих воспоминаниях мастера одной из ткацких фабрик — М.Г. Малеванкина, который после войны являл­ся старообрядческим священником храма Преображения Господня в г. Клинцы. Немецкий офицер В. Энгельгард писал: «В деревнях и небольших городах, вопреки террору, люди втайне придерживались старой веры. В день своего вступления в Клинцы немецкие солдаты совершали полевое богослужение в единственной пощаженной без­божной советской пропагандой скромной деревянной церкви — это произвело на жителей глубокое впечатление. Когда населению позво­лили совершать богослужения после десятилетнего большевистского запрета, измученные люди свободно вздохнули и снова водрузили в “Святой угол” тайком спрятанные иконы. Возвращенная деревянная церковь вновь нарядилась прекрасными старинными образами» [4]. В его книге приведено много фотографий, в том числе снимки бого­служений в Троицкой церкви, крестины в этом храме. Летом 1941 г. состоялись массовые крестины в г. Клинцы детей разного возраста, о чем свидетельствуют фотографии, сделанные В. Энгельгардом. Но в 1943-1944 гг. была полностью запрещена любая поддержка со стороны вермахта или германской администрации в открытии церквей, а также участие военного персонала в богослужениях в этих храмах. Оккупация города немецко-фашистскими войсками закончилась 25 сентября 1943 г.

За годы войны органы советской власти изменили свое отно­шение к религии [10, с. 199]. Храмы, открытые в годы оккупации, не были закрыты. Происходила регистрация религиозных общин, в том числе и старообрядческих. Старообрядческие общины были зарегистрированы в Клинцах, Новозыбкове, Злынке после их осво­бождения от оккупации. После освобождения Клинцов старообряд­цы стали ходатайствовать перед местной властью о восстановлении храма Преображения Господня и регистрации общины. Верующие провели добровольный сбор денег и начали ремонт и восстановле­ние храма. В 1943 г. была избрана и зарегистрирована двадцатка и учреждена община. В храме стали совершаться богослужения, но священника не было. 22 января 1945 г. М.Г. Малеванкин был ру­коположен Архиепископом Иринархом в священники и определен в храм во имя Преображения Господня и Введения Пресвятыя Бого­родицы в г. Клинцы [3, с. 27-32]. В г. Новозыбкове богослужения в старообрядческом Рождественско-Никольском храме также про­ходили в годы оккупации. Запись, сделанная на колокольне храма 29 августа 1942 г., свидетельствует, что в храме производился ремонт. Уставщиком храма в это время был Феодор Никитович Щербаков (1887-1958).

За время немецко-фашистской оккупации г. Новозыбкова все предприятия были уничтожены. В послевоенный период в первую очередь восстанавливалась промышленность города. На месте бывшей спичечной фабрики «Волна Революции», ранее принад­лежавшей старообрядцу М.М. Волкову, были выстроены корпуса станкостроительного завода. Злынковская старообрядческая община старообрядцев Белокриницкого согласия была зарегистрирована по­сле войны. Однако молитвенное общение не прекращалось в период оккупации города. Старообрядческая община беспоповцев — поморцев-федосееевцев насчитывала свыше 150 человек. Уставщиком был М.М. Чернышов. По словам информанта, Смирновой Евдокии Фроловны, 1922 г.р., старообрядческая община беспоповцев федосеевского толка (рабская) сохранялась в селе Ардонь в 1940 гг. XX в.

Итак, на территории древних центров Стародубья и Ветки старообрядческое население в период оккупации смогло не толь­ко выстоять, но и сохранить духовно-религиозную деятельность. Среди старообрядцев были участники партизанского движения. Возрождение старообрядческих общин в период войны способство­вало восстановлению храмов и нормализации общественной жизни в населенных пунктах сопредельных территорий России, Украины и Белоруссии. Изучение документов российских, украинских, бело­русских архивов, активная поисковая деятельность старообрядцев и светских исследователей, должна пролить свет на неизвестные страницы истории старообрядцев Стародубья и Ветки и показать героизм и мужество людей в годы Великой Отечественной войны.

Библиографический список

  1. Боченков В.В. Старообрядчество советской эпохи. Епископы Русской православной Старообрядческой церкви, советский период (1918-1991 гг.): библиографический словарь. М., 2019.
  2. Дзюбан В.В., Кочергина М.В. Духовная жизнь русских старооб­рядцев пограничных территорий России, Украины и Белоруссии в период Великой Отечественной войны: положение общин на оккупированной территории, служение Отечеству, сохранение веры предков // Культура: экономика, управление. 2017. № 4. С.39-40.
  3. Кочергина М.В., Дзюбан В.В. Старообрядческие общины Стародубья и Ветки в 1940 гг.: трудный путь возрождения // Вест­ник Костромского государственного университета. 2016. № 6. С.27-32.
  4. Марченков П.А. Перевод книги Вальтера Энгельгарда «Клинцы» с примечаниями. На правах рукописи. Брянск, 2012. Копия. Архив автора.
  5. Освобождение Беларуси, 1943-1944. Мн., 2014.
  6. Свистов Е.В., Улезько А.А. Новозыбков в годы Великой Отече­ственной войны: документы и материалы. Брянск, 2018.
  7. Старообрядцы на Гомельщине (1918-1991): доккменты и мате­риалы / под ред. В.П. Пичукова. Мн., 2017.
  8. Трифанков Ю.Т., Шанцева Е.Н., Дзюбан В.В. История оккупа­ции в Брянской области в годы Великой Отечественной войны: Партизанское движение и коллаборационизм (1941-1943 гг.). Брянск, 2012.
  9. Храмченко П.М., Перекрестов Р.И. Мои Клинцы. Клинцовский летописец: сборник. Клинцы, 2004. Кн. 1.
  10. Шкаровский М.В. Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве (Государственные отношения в СССР в 1939-1964 гг.). М., 2005.

Автор: М.В. Кочергина
Источник: Ради жизни на Земле: 75-летие Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.: сборник научных статей по материалам научно-практической конференции (г. Москва, 24 апреля 2020 г.) / отв. ред. В.В. Никульцева; Московский фи­нансово-юридический университет МФЮА. — М.: МФЮА, 2020. – С. 69-78.