Традиции свадебной обрядности белорусов: регионально-локальные особенности (на материале фольклора Гомельской области)

0
105
Традиции свадебной обрядности белорусов

Ярким примером бытования обще­этнического фольклора и его взаимоотно­шений с региональной фольклорной тра­дицией является свадьба. Объективный факт бытования регионально-локальных особенностей свадебных традиций Бела­руси дает основание утверждать, что это та натуральная форма, в которой бытует общебелорусская свадьба. Регионально-­локальные особенности касаются как в целом структуры свадебной обрядности белорусов, так и отдельных обрядовых этапов, песенного сопровождения, системы мифологических примет и поверий. Для выявления специфических черт свадебной обрядности Гомельщины необходимо де­тальное изучение отдельных обрядовых этапов в разных районах.

Свадебный комплекс Гомельщины — уникальное региональное явление, ко­торое сложилось на основе традиций общебелорусской свадебной обрядности. Фактические материалы свидетельствуют о разнообразии бытования свадебных об­рядов, их богатой местной специфике. Даже в пределах отдельных деревень, ра­йонов свадебная поэзия отличается локальными особенностями, которые характерны как отдельным обрядовым этапам, так и их песенному сопровождению. Например, во время сватовства в д. Кошелев Буда-Кошелевского района, если достигалось согла­сие на брак, то «нявеста абвязвае ручніком усіх сватоў, а жаніху завязвае хустку на шыю», причем в этой местности сватовство и запоины объединены в один обрядовый момент. В д. Михновка Брагинского ра­йона, если невеста согласна была выйти замуж, то «яна павінна была перарэзаць хлеб, які прынеслі сваты, прычым адну палавіну гэтага хлеба выносілі на вуліцу і кідалі ўверх. Хто першай з сябровак зловіць тэты хлеб, тая наступнай пойдзе замуж». Своеобразным было сватовство и в д. Савичи Брагинского района: в сва­ты ходили втроем — жених и двое хорошо знакомых мужчин. Если уже высватают невесту, то вызывали крестных. Девушки не сразу давали согласие на брак, для сме­ха цепляли к хлястику фуфайки жениха ковш с водой, чтобы тот потаскал его по дому, подчеркивая этим, что девушка не желала выходить замуж: «Прыходзілі ў сваты, прыносілі пілу, а мы — вот такенны быў коўш дзераўяны, калісь выдоўбвалі — ужэ прыгатавалі той коўш з вадой у той хаце, зачаділі павадком такім і маладому — на спіну за хлясцік на фуфайцы ці чым прычапілі, штоб пацёг па хаце. Тэта рабілі для смеху, мол, дзеўка не хацела ісці замуж» [1, с. 43].

В системе свадебной обрядности Петриковского района можно выделить такие этапы, как сватовство, каравай, венки, посад, встреча молодых, «деление» кара­вая, первый и второй дни свадьбы. Среди свадебных ритуалов Петриковского района можно назвать такие: выкуп венка дружи­ной жениха, обвязывание сватов рушника­ми, «раздевание молодой» (свекровь сни­мает венок, расплетает косу и завязывает платок), выкуп приданного невесты, обвя­зывание жениха и невесты во время «деле­ния» каравая самотканым поясом. Среди интересных свадебных мифологических примет важно отметить следующие: «няве­ста прывязвала клубок ніток к возу, каб яе падружкі скора выходзілі замуж, нявеста не мела права цэлую нядзелю прыходзіць дамой к радзіцелям, каб не вернуцца патом назад удавою» (д. Ванюжичи).

В д. Лясковичи Петриковского района родственники жениха накануне сватов­ства плели лапти, затем жених подходил к дверям сеней, открывал их и бросал лапти, приговаривая: «Шуры-буры, лапці ў хату!». Если девушка согласна выйти за­муж, то она поднимала их и приглашала гостей в дом, если не давала согласия, то выбрасывала их во двор со словами «Не шурай, не бурай — свае лапці забірай».

В д. Огородники Калинковичского ра­йона на запоинах невеста в знак согласия на брак «давала бацькам жаніха збан з жытам, якое бацькі павінны былі рассыпаць у двары, у хаце, каб добра маладым жылося, каб выгнаць нячыстую сілу». Основные свадебные ритуалы, имеющие локальное своеобразие, следующие: посы­пание родителями жениха зерном своего двора, продажа невесты ее братьям, «зави­вание» невесты, «обувание тещи в лапти». Локально своеобразным является обрядо­вый момент смотрин в д. Малые Автюки: невеста с родителями идут в дом жениха посмотреть, «как живёт жених». Среди ри­туалов первого дня свадьбы можно отме­тить такие, как связывание рук молодых, обход молодыми вокруг стола (трижды), обсыпание зерном молодых, «введение не­весты в женскую среду» (снятие венка, завязывание платка).

Интересным обрядовым моментом свадьбы на Ветковщине была «ёлочка», когда девушки собирались в доме у не­весты и украшали ветку ёлки, потом садились возле нее и исполняли песни (д. Столбун). В д. Бартоломеевка обря­довый этап «ёлка» имел свои местные особенности: «Пасля абеду прыходзяць дзеўкі да нявесты, збіраюць яе і з песнямі ідуць у лес за ёлкай. На дзявочніку ўпрыгожваюць ёлку і затым адносяць яе ў чулан да васкрэсення». Ритуал выкупа ёлки, которая символизировала целомуд­рие молодой, ее девичью красоту, превра­щался в своеобразный спектакль с элемен­тами действительной «борьбы, поединка»: девушки охраняют украшенную ёлку, под которой сидит невеста и плачет. Верхуш­ку ёлки девушки прячут и просят выкуп. Когда приезжает дружина жениха, кто-то из его свидетелей стремится схватить вер­хушку ёлки, но ее тщательно охраняют. Чтобы уберечь невесту от дурного сглаза, один из родителей невесты, прежде чем отправить ее к жениху, пытается уколоть дочку иголкой, а потом забросить ее на печь (д. Бартоломеевка Ветковского р-на).

В Чечерском районе досвадебный пе­риод был представлен двумя этапами: сватовством и «заручынами», на кото­рых имели место ритуальный диалог между родителями жениха и невесты, а также обычай «утаивания» невесты, по­каз «подставных» невест, что отражало древние представления наших предков, истоки которых были связаны с апотропеической магией. С верхушкой ёлки в д. Матнявичи происходили интересные обрядовые действия: невеста обязательно должна была сорвать эту верхушку, что символизировало ее власть над женихом, вообще — «верх над всеми в доме».

В свадебной обрядности Хойникского района можно выделить такие этапы, как сватовство, посад, каравай, свадьба в доме невесты, свадьба в доме жениха, послесвадебный период под названием «гуляць зайца». В д. Олексичи в структуре свадь­бы имел место ритуал «сведения свечей» сватьями со стороны невесты и жениха. Известен в локальной свадебной тради­ции и ритуал расчесывания косы (расче­сывают косу, снимают венок, завязывают платок).

Символом согласия на брак в д. Страдубка Лоевского района являлся такой момент, как перевязывание жениха и не­весты рушниками. В этой же деревне на «запоинах» осуществлялся ритуал «рукобития»: «білі па руках, тэта значыць, дагаварывалісь а сроках свадзьбы». Про­дуцирующей магией были проникнуты отдельные ритуалы свадебной традиции в деревнях Лоевского района. Например, «накрывалі рушніком голавы маладых, снімалі з дзяжы, у якой замешвалі цеста на каравай, крышку, сыпалі на крышку зерне і ціхонька стукалі па галавам мала­дых тры разы, прыгаворвая: “штоб жыта радзілася, штоб у хляве вадзілася, штоб у хаце багата і была дзетак поўна хата”» (и. Лоев). Среди местных свадебных ри­туалов можно отметить выкуп «приданка­ми» невесты, раскладывание приданного невесты в доме жениха, «деление» кара­вая, испеченного в доме жениха. Послесвадебный период на Лоевщине в основ­ном имел название «на бяседу».

Символом согласия на брак в д. Чирковичи Светлогорского района являлось «раз­резание пирога невестой». Сватовство в этой деревне сопровождалось песней «3-пад белага ды бярэзнічку», в которой нашли от­ражение отзвуки древних обычаев и обря­дов, когда сватовство напоминало «военный набег». Послесвадебный период в д. Чирковичи имел название «гости», через неде­лю невеста созывала к себе в гости сватов, свекра и свекровь.

Материалы по свадебной обрядности, записанные в деревнях Кормянского райо­на (Октябрево, Берестовец, Коротьки, Ворновка Богдановичи, Лебедевка, Задубье, Литвиновичи, Семеновка), дают возможность охарактеризовать структуру местной свадебной обрядности этого реги­она Гомельской области. Типичными эта­пами в структуре свадьбы Кормянщины являются «заручыны», «сборная суббота» (завивание ёлочки), каравай, первый и второй дни свадьбы, послесвадебный пе­риод — «банкеты». Во всех деревнях начи­налась свадьба со сватовства. Обязательно на этом этапе должны были присутство­вать отец жениха и крестные родители. Что касается участия жениха в церемонии сватовства, то, например, в д. Октябрево «маладыя пры гэтым не прысутнічалі», а в д. Берестовец «сам малады ў сваты хадзіў». В д. Ворновка молодые не уча­ствуют в семейном застолье во время сва­товства, а ходят по деревне и приглашают гостей на свадьбу. В деревнях Богданови­чи и Литвиновичи в церемонии сватовства участвовал и сам жених, при этом обряд сопровождался почти во всех деревнях Кормянщины ритуальным диалогом, «вы­пиванием» водки со стороны дружины жениха, если достигалась договоренность о браке. Местную специфику имеют прак­тически все этапы свадебной обрядности в Кормянском районе, например, в д. Задубье сватовство и «заручыны» совпадали по времени проведения и ритуалам.

Местная специфика свадебной тра­диции Речицкого района выявляется на акциональном, вербальном и предметном уровнях. Строго регламентированные по отдельным этапам обрядовые действия должны были обеспечить в будущем до­статок молодой семьи, укрепить брачные отношения. Сватовство в деревнях Речиц­кого района сопровождается традицион­ными ритуалами (иносказательным диа­логом, обвязыванием сватов рушниками, обсыпанием молодых зерном) и исполне­нием песен-иллюстраций. Например, во время сватовства в д. Холмечь звучала шуточная песня с элементами сатиры:

Прыехалі к нам недалёкія,
Картавыя, недарэкія.
Дзе вы, свашачкі, валачыліся,
Што па пояс памачыліся?
А мы ў саломе начавалі,
Мыты вушы паз’ядалі.
Мы cena не касілі,
Мы сена не прасілі,
А прыехалі да вас маладую браць

(д. Холмечь).

Среди интересных досвадебных обы­чаев этого района можно выделить следу­ющие: во время сватовства в д. Защебье, если молодая не согласна была выходить замуж, то «ставілі сватам на стол гарбуз», в д. Копань в этом случае «выстаўлялі гар­бузу за парог», «вешалі гарбуз на плот» (д. Ровенская Слобода), возвращали на­зад принесенный сватами хлеб (д. Леваши). Если во время сватовства было до­стигнуто согласие о браке, то менялись хлебом (д. Холмечь). Если невеста соглас­на была выйти замуж, «падыходзіць да стала, на яком стаіць бутэлька з гарэлкай, прывезеная бацькамі жаніха, развязвае красную лентачку» (д. Защебье), разреза­ет хлеб, принесенный сватами (д. Лиски).

Если замуж выходила девушка-си­рота, то руководствовались определен­ными мифологическими поверьями: ёй «распляталі левую касу, калі не было мацеры». Если же девушка была круглой сиротой, ей расплетали косы и надевали веночек из белых цветов (д. Ровенская Слобода). В д. Бронное Речицкого района в своем доме невеста разбивала горшок во время свадебного застолья, чтобы «хутчэй адвыкнуць ад сваей сямй». Особенностью свадьбы в Речицком районе была и такая деталь, как стрельба со стороны дружи­ны жениха, когда ехали забирать невесту: «Замкнулі ў хаце маладую, дык пабілі акно — лезлі к нам па маладую, едуць — страляюць» (д. Демехи). Интересно, что в д. Защебье за свадебный стол моло­дых ведет мальчик, которому «ў кружку наліваюць кампот і брасаюць туды капейкі, даюць канфеты». В этой же деревне была зафиксирована и такая примета: гостям не­весты нужно было украсть на свадьбе в доме жениха две тарелки и две ложки, а потом от­дать свекрови, чтобы невеста быстрее привы­кала жить у свекрови.

Интересным был и местный ритуал еди­нения молодых в д. Защебье: «хлопчык, які заводзіў маладых за стол, должэн быў расплесці касу нявесце. Потым бралі косы жаніха і нявесты, вынімалі з круглага хлеба дзве гарашчыя свячы і імі паджы-галі косы, каторые разам гараць, потым тушылі, а свечы браса л і на печ, пры гэтым выконвалі песні». Такой обрядовый момент, как деви­чий вечер, в структуре свадьбы Речицко­го района имел особенности в разных де­ревнях: в д. Холмечь совершался в субботу, в д. Защебье — в пятницу. Ритуал плетения венка сопровождался песнями, в которых звучали мотивы печали в связи с расстава­нием молодой с отцовским домом, мотивы предчувствия тяжелой судьбы замужней женщины. Каравайный обряд сопрово­ждался песнями, пожеланиями, отличался интересными мифологическими приметами и поверьями. Пекли каравай в деревнях Речицкого Полесья и в доме жениха, и в доме невесты. По сведениям информаторов из д. Жмуровка, ритуал раздела каравая имел такую особенность, как запись на печ­ной трубе всех подарков, которые подарили молодым. Послесвадебный период в дерев­нях Речицкого района имел различные на­звания: «драць курэй» (деревни Озерщина и Ровенская Слобода), «пярэзвы» (деревни Будка и Заходы), «куры» (д. Защебье), «на пятуха» (д. Копань).

Свадьба на территории Мозырского района начиналась с ритуалов сватовства, в которых обычно участвовали отец жениха, крёстный отец и другие близкие родствен­ники мужского пола. Главная церемония предсвадебного периода — сватовство — так­же сопровождалась иносказательным диа­логом, в процессе которого договаривались о браке. Знаком согласия невесты на брак являлись действия с рушниками, которые она «вешала сватам» (г. Мозырь). На эта­пе сватовства родители жениха и невесты договаривались, на какой день назначить свадьбу и какими будут расходы на её про­ведение. Несогласие со стороны невесты на брак выражалось в специфических сим­волических действиях с чайником: «Еслі дзевка протів, то она проходзіла мімо сва­тов з пустым чайніком» (г. Мозырь).

Символом согласия на брак во время сва­товства являлись следующие действия и свя­занные с ними приметы: «калі ўжо сваты заходзяць у хату, то кладуць на стол хлеб, булку, як толькі цёшча возьме і адрэжа ку­сок, паложа, значыць яна сагласна, а як хлеб забірае ca стала і аддае ў рукі, зна­чыць, усе сваты ідуць дамоў, не сядаўшы. Калі нявеста не згодна на шлюб, то жаніху прывязваюць чайнік, і той павінен выйсці з чайнікам, а тады ўжо хлопцы з яго смяюцца. Ну, хто што робіць. Хто з веніка матузку дає, хто чайнік, хто ступку» (д. Васильевка).

Конкретные условия бытования наполня­ют свадебную обрядность местными особен­ностями. Отличия локального характера ка­саются не только структуры того или иного обряда, последовательности его отдельных этапов, характера эпизодов и ритуалов, их деталей и названий, но и особенностей песен­ного сопровождения тех или иных обрядо­вых действий.

Литература

  1. Вяселле на Гомелынчыне : фальклорна-этнаграфічны зборнік. — Мінск: ЛМФ «Неман», 2003. — 472 с.

Автор: В. Новак
Источник: Матеріали до украінскої етнології : щорічник. Збірник наукових праць. Вип. 10 (13) / голов. ред. Г. Скрипник ; НАНУ, ІМФЕ ім. М.Т. Рильского. – К., 2011. – 388 с. – С. 370–374.