Тайны гомельских подземелий: сокровища Паскевича, бункер Рокоссовского и подземный ход под рекой

0
2004
Подземный ход в Гомеле возможно находиться в парке

Недавно возле Боярского спуска были раскопаны некие подземные сооружения. Сразу же о находке распространились самые разные слухи. Но вскоре выяснилось — обнаружены хозяйственные постройки XX века. Что известно о настоящем подземном ходе в Гомеле?

Подпольные тюрьмы для домашних рабов

Легенды о подземном мире Гомеля ходят давно. Говорят, например, о существовании подземного хода под рекой Сож. По одной версии, он идет из дворца в заречную зону. По другой — выходит туда же из здания бывшего духовного училища. Еще рассказывают о том, что весь гомельский парк стоит на подземных лабиринтах, имеющих выходы на Киевском спуске.

Достоверные знания о подземном Гомеле должны быть у археологов. Доктор исторических наук Олег Макушников пишет, что уже в средневековом Гомеле жилые дома были углублены в грунт — до полутора метров. Но вот почему ранние славяне так любили жить наполовину в земле — остается загадкой. Опыт жизни в землянках и полуземлянках в послевоенном Гомеле показывает — холод и сырость вовсе не делали жизнь в них комфортной и здоровой. Тогда, может быть, углубленные в землю постройки использовали как хозяйственные подвалы? При этом археологические раскопки свидетельствуют, что печи ставились в верхней, наземной части дома — как раз над подземельем. Иногда печки ставили и под землей. Значит, такие частично отапливаемые подвалы были скорее не холодным погребом, а чьим-то жилищем.

Кого же тогда прятали под землей в средневековом Гомеле? Как версия — с учетом того, что в Древней Руси процветало рабовладение, — подпольные ярусы домов могли служить жилищем для рабов-холопов из числа военнопленных, должников и провинившихся. Или же тут могли ютиться ремесленные работники, «гастарбайтеры» XII века из окрестных сел. Такое своего рода «социальное жилье» эпохи феодализма. Хорошо известно, что в Древнем Риме рабов держали в крытых ямах и подземных казармах-эргастулах.

Также глубокие подполья и подземные ходы можно найти в некоторых деревянных домах в районе Забега или на Монастырьке, например. В прошлом по ним могли бегать от царских властей, например, гомельские старообрядцы, в настоящем — представители преступного мира.

Подземный ход в Гомеле с трубамиКак Паскевичи под Сожем на карете ездили

Гомельский старожил Владимир Михайлов рассказывает, что незадолго до войны был обнаружен подземный ход, ведущий из здания бывшей Троицкой церкви на улице Крестьянской, в то время — Гомельский аэроклуб, на другую сторону Советской. В подземелье будто бы нашли старинное оружие и другие предметы древности.

В 2000-х годах несколько кирпичных сооружений были отрыты при проведении земляных работ неподалеку от центрального входа в парк. Автор, в то время — старший научный сотрудник Гомельского областного краеведческого музея, спустился в них. Полазив под кирпичными сводами некоторое время — и ничего не обнаружив, выбрался на поверхность. Скорее всего, это тоже были некие хозяйственные помещения конца XIX — начала XX века. Но тут ко мне подошел пожилой мужчина: «Пойдемте, я покажу вам место настоящего подземного хода…».

Мужчина привел нас на крутую береговую террасу Сожа примерно напротив дворцовой башни. По его словам, где то в 40−50-х годах он с друзьями обнаружил здесь подземный ход. Через провал в грунте на прибрежном склоне они забрались в земляную галерею, уходящую вниз к реке. Ход был шириной и высотой около трех метров. Его земляные своды были покрыты мхом, а через несколько десятков метров дорогу преграждал обвал. Раскопки на этом месте пока не проводились.

В то же время эта информация согласуется со свидетельствами летописи, утверждающими, что в деревянном Гомельском замке времен Речи Посполитой был подземный ход, ведущий к реке. Во время осады замка украинскими казаками и белорусскими повстанцами в середине XVII века именно с помощью этого хода гарнизон получал воду. После того как запорожские казаки «вычислили» и взорвали первый подземный гомельский «водопровод», литовский гарнизон вынужден был сдаться.

На месте замка Речи Посполитой новые российские владельцы Румянцевы построили свой жилой дворец. Воинственный князь Варшавский Иван Паскевич пристроил к нему трехъярусную башню. Но не все знают, что у этой башни есть еще два этажа — подземных, куда ведет винтовая лестница. Почву же для фантазий про подземный ход из княжеского дворца через Сож подпитывает и тот факт, что башню сооружал Адам Идзковский — польский архитектор, художник и романтик, а по совместительству — автор проекта туннеля под Ла-Маншем. Что же, в случае крестьянского бунта владельцам дворца очень удобно было бы «вынырнуть» на другом берегу Сожа. Ведь гомельские крепостные крестьяне своих владельцев Паскевичей не очень жаловали и в 1840-х годах, например, действительно бунтовали.

Еще молва утверждала, что ход был такой широкий, что князь Паскевич будто бы ездил под речкой на карете.

Сегодня в Гомельском дворцово-парковом ансамбле со всей решительностью отрицают существование подземных ходов под парком. А все похожие на них сооружения без обиняков причисляют к хозяйственным. Выходы на Киевском спуске — это ливневая канализация, подземные коммуникации в районе часовни-усыпальницы и башни обозрения — соответственно остатки системы отопления и подвалы бывшего сахарного завода. Но у гомельских сталкеров по этому поводу существует альтернативное мнение…

Подземный ход в Гомеле под дворцомПодземный Гомель глазами сталкеров

Гомельчанин Дмитрий Козловский искал в парке таинственные подземелья еще в 90-е. Он говорит, что тогда в него вело множество входов на Киевском спуске и со склонов прибрежной террасы за дворцом. Сегодня на Киевском спуске два входа из трех полностью замурованы. Лазы на береговой круче вообще сровняли с землей. Но нам все же удается отыскать один — скользя по мокрой листве, мы спускаемся по прибрежному откосу к кирпичной сводчатой арке примерно напротив башни обозрения. Вглубь склона ведет полузасыпанная галерея. Дмитрий говорит, что он с друзьями в 90-е годы пробирался по ней в подвал оранжереи. А вот попытки проползти по ходу со стороны Киевского спуска закончились неудачей — чем дальше, тем уже становился проход.

Подземный ход в Гомеле и трубыНам удалось разыскать также сталкера с еще большим стажем… После войны ходили упорные слухи о том, что коллекции Паскевичей из Гомельского исторического музея вовсе не вывезли во время эвакуации. Дескать, три работника обкома и НКВД замуровали их в одной из подземных галерей, а сами — погибли. В 1978 году трое старшеклассников решили организовать экспедицию за княжескими сокровищами. Запаслись комбинезонами, ручными фонариками и с большим трудом добытой геодезической картой парка. Глубокой ночью молодые кладоискатели спустились в вентиляционную шахту возле ворот в бывшую каретную, что выходят к Лебяжьему пруду. Внизу действительно оказался подземный ход! Правда, в сторону пруда он был заглушен, и сталкеры-комсомольцы пошли по нему в другом направлении. Ход делал сначала плавный поворот, а затем — поворачивал под углом 90 градусов. Затем пытливых юношей встретила окованная железом старинная дверь. Но советские школьники смогли преодолеть и эту преграду, и следующий дверной проем — не зря журнал «Техника — молодежи» был среди них так популярен. И в результате оказались в подвале дворцовой башни, где тогда располагался Гомельский областной краеведческий музей. Княжеского золота энтузиасты не нашли, но попили кофе и послушали музыку на бобинном магнитофоне. Уходя на рассвете, включили магнитофон с таким расчетом, чтобы он мог встретить веселыми мелодиями первых явившихся на работу сотрудников. Наверное, так появляются на свет легенды о призраке Ирины Паскевич или сурового князя Федора…

Советские энтузиасты в ГомелеСвидетельства этого подземно-ночного приключения юные романтики засняли на одну из первых советских «мыльниц» — «Вилия».

Участник того похода гомельчанин Юрий сегодня утверждает, что скрытые под парком лабиринты — вовсе не ливневая канализация. Точнее, под сток дождевых и прочих вод они были приспособлены уже в наше время. Изначально это были универсальные подземные сооружения, которые могли использоваться как для хозяйственных нужд, так и для других целей — укрытия, скрытого перемещения, обороны дворца. Раньше в парке на поверхность выходило много старинных металлических труб — по мнению Юрия, это была вентиляция подземелий. Еще Юрий говорит, что из верхнего яруса подземных галерей имеются ходы, уводящие вниз — на второй и даже третий ярус. О них рассказывал ему его старший брат Вячеслав. Но спуститься в них ему не удалось — они были затоплены водой. Еще брат будто бы видел бронзовую старинную пушку, замурованную в кирпичную стену одной из подземных галерей.

Жительница Гомеля Валентина Попова говорит, что по словам ее прабабушки, все ходы были устроены так, что Паскевичи могли пройти к разным зданиям в своих владениях под землей. Например, из графского дворца в собор якобы тоже вела подземная галерея. А что до скрытого хода из дворца к Лебяжьему пруду, то по нему княгиня Паскевич будто бы ходила купаться…

В ходе реставрации 2007 года дверь в стене нижнего подвального этажа башни Гомельского дворца была замурована.

«Бункер Рокоссовского»

Воспоминания очевидцев — это одно. Но нам все же удалось увидеть настоящий подземный ход своими глазами…

Работая некогда на Гомельской телефонной станции, автор слышал от рабочих, что в районе мастерских Гомельского государственного университета находился подземный «бункер Рокоссовского». Явившись туда сейчас, мы узнали от одного из преподавателей физмата, что в детстве он действительно спускался здесь в некое подземелье, на стенах которого висели полуистлевшие плакаты о борьбе с Гитлером. Однако при первых же попытках его отыскать мы сталкиваемся с пожилым, но очень решительным охранником. Но он все же — страж академического учреждения и попутно выдает нам целую историческую справку. По словам бдительного охранника, в этом районе есть настоящий подземный ход.

В руководящих вузовских инстанциях, куда мы обращаемся, о таковом ничего не слышали — но журналистские поиски нам санкционируют. Первоначально нам удается попасть в бомбоубежище под левым крылом корпуса № 2 на Кирова. Бомбоубежище внушительное — около десятка помещений отделены друг от друга мощными и наглухо закрывающимися стальными дверями. Сегодня эти помещения официально числятся в системе гражданской обороны Гомеля как ПРУ — «противорадиационное убежище». Но это — не «бункер Рокоссовского». Да и на все наши вопросы о подземном ходе здесь только пожимают плечами…

Продолжаем поиски… Неподалеку от пустующего деревянного общежития лесного техникума 1928 года постройки мы еще ранее заметили ступеньки, спускающиеся к двери на замке. Сверху — современная складская пристройка. Но она «маскирует» более старый фундамент… Наконец нам открывают загадочные двери — и мы попадаем в «бункер Рокоссовского»! Это — подземное сооружение с бетонными перекрытиями в метр толщиной. Но сегодня тут все — в аварийном состоянии, и в темноте по шатким полам приходится передвигаться с большой осторожностью. Луч фонаря выхватывает нависающие сверху куски разрушившегося бетона и арматуры. После первого подземного яруса мы спускаемся по лестнице еще глубже — на второй уровень. Вероятно, здесь был предусмотрен и командный пункт, и узел связи, и спальня, и столовая. В одной из комнат — фрагменты установки по принудительной подаче воздуха.

Сотрудники говорят, что это бомбоубежище (возможно, командно-штабной пункт) якобы соединяется подземными переходами с университетскими корпусами № 2 и № 3. В одной из стен находим узкий лаз, передвигаться по которому можно только ползком или на корточках. Заваленный мусором ход имеет три наглухо задраивающиеся стальные двери, а в конце его видна стенка — то ли колодца, то ли поворота.

Стена в гомельском подземелье вся ржаваяПодземный ход для Пантелеймона Пономаренко

В поисках скрытого выхода из «бункера Рокоссовского» в ГГУ Скорины вновь спускаемся в один из подвалов корпуса № 2. Рабочие сообщают, что там тоже есть какой-то ход. И действительно — кирпичная кладка, ранее преграждавшая путь в некое подземное сооружение, частично разобрана. Автор перелез через нее и оказался в темной подземной галерее. Но пробравшись через первые мусорные завалы, обнаруживаю, что по ней можно идти в полный рост. Двигаюсь вперед. Ход делает плавный поворот, за ним второй, третий… Воздух становится все более тяжелым. Пройдя метров 70−100 с маломощным фонариком-брелком в руках, я возвращаюсь назад. Подземный ход уходит в кромешную темноту в направлении центра города…

По словам рабочих, подземный ход выходит на поверхность где-то в районе железнодорожного вокзала.

Стенки галереи выложены из кирпича, верхнее перекрытие — из железобетонных балок. Вероятно, это довоенная конструкция — ведь массовое производство крупнопанельных бетонных плит было развернуто в Гомеле только в 50−60-е годы. Сегодня в этом туннеле проходят несколько водопроводных труб небольшого диаметра, уложенных двумя «связками» под изоляцией, и телефонный кабель ТПП на два-три десятка пар. И скорее всего, эта галерея изначально была сооружена как подземный переход оперативного назначения — и лишь вторично стала использоваться для технических нужд. В пользу этой версии говорит следующее: 1. Прокладка телефонной канализации и водопроводных коллекторов не предполагает сооружение подземных коридоров в рост человека. 2. Наш ход, похоже, не имеет люков-колодцев для технического обслуживания. 3. Технологические коммуникации прокладываются, как правило, по прямым трассам. Наш же ход имеет плавные повороты — логичные при возможных ситуациях преследования, огневого столкновения, обороны.

Учебный корпус № 2 ГГУ им. Ф. Скорины был построен в 1937 году в стиле «сталинского» историзма. Этот корпус пединститута имени Чкалова, наряду с Домом имени Парижской Коммуны, являлся тогда одним из немногих четырехэтажных зданий в Гомеле. И его проектировщики наверняка предусматривали, что с началом войны оно будет использоваться для размещения армейского или гражданского руководства обороной города. Поэтому и могли спланировать подземный ход — для немедленной эвакуации. Подтолкнуть их к такому решению могла и печальная участь гомельских коммунаров, в марте 1919 года оказавшихся в кольце стрекопытовских мятежников и из окружения так и не вышедших… А был ли «бункер Рокоссовского»? После освобождения Гомеля в ноябре 1943 года командующий фронтом Константин Рокоссовский и оперативная группа его штаба размещались в скромном домике на улице Одесской (ныне — Рокоссовского). А вот остальная часть штаба, согласно официальным данным, — где-то на окраине Гомеля. Впрочем, если и не работники штаба, то другие подразделения и службы Белорусского фронта могли использовать сооружения старейшего гомельского вуза… Например, в начале 1944 года в уцелевшей части учебного корпуса находился эвакгоспиталь № 257. В общежитии рядом с «бункером Рокоссовского» размещалась воинская часть.

А вот в учебном корпусе Гомельского пединститута имени Чкалова летом 1944 года, как сообщают историки Михаил Старовойтов и Георгий Евдокименко, располагался ЦК Компартии Беларуси (большевиков). В аудитории 2−1, например, сидел сам партийный лидер БССР Пантелеймон Пономаренко.

Автор: Юрий Глушаков