Свято-Покровская церковь в г.п. Стрешине

0
122
Свято-Покровская церковь Стрешин

На берегах Днепра люди начали селиться еще в глубокой древности. Там, где сегодня стоит Стрешин, первые поселенцы появились в железном веке (более чем 2500 лет назад). Со временем Стрешин стал укрепленным военным поселением. Как свидетельствуют археологические раскопки, уже в XII столетии здесь существовал небольшой феодальный замок, обнесенный валом шириной 10–12 метров и рвом. В тот период Стрешин входил в состав Туровской земли, где Православная Церковь являлась государственным институтом.

Во второй половине XIV столетия территория современной Жлобинщины оказывается в составе Великого княжества Литовского. Стрешин стал принадлежать Виленскому капитулу – коллегии духовных (католических) лиц при бискупе. Столь большое влияние католических духовных лиц на жизнь в Стрешине вовсе не означало, что здесь не осталось православных. По свидетельству инвентарного списка за 1628 год, в Стрешине наряду с костелом была и церковь со звонницей. Правда, мы не знаем, действовала ли она в тот год, так как в период с 1619 по 1632 годы по инициативе униатов в Беларуси действующие православные храмы были запечатаны.

В 1654 году Стрешин был захвачен украинскими казаками и сожжен. Скорее всего, тогда были разрушены и все местные храмы (как католический, так и православный).

Каменный храм

Новый этап в истории Стрешина начался после того, как этот населенный пункт вошел в состав Российской империи (1793 г.). Стрешин становится центром волости Рогачевского уезда Могилевской губернии. В скором времени (в 1807 году) здесь происходит важное событие – вместо ветхой деревянной церкви возводится новый каменный православный храм-красавец во имя Покрова Божией Матери. Строительство церкви связано с именем графа Остермана-Толстого, которому Стрешин в свое время за отличие в русско-турецкой кампании 1787–1791 годов подарила во владение императрица Екатерина II.

Новому храму суждено было пройти через многие испытания и простоять до наших дней. В годы жестоких гонений на Православную Церковь (в XX столетии) этот храм сохранился во многом благодаря тому, что был признан памятником архитектуры классицизма. К сожалению, из первоначального внутреннего убранства храма до нас ничего не дошло. В частности, не сохранилась и икона с изображением положения Христа во гроб. Этот образ когда-то передал в дар храму все тот же граф Остерман-Толстой, которому он, в свою очередь, достался в качестве подарка от самого императора Александра I (за отличие на Бородинском поле).

Святой праведный Иоанн Кормянский

В 1837 году в Стрешине в семье местного православного священника родился будущий святой отец Иоанн Кормянский (Гашкевич). Вот как описываются детские годы святого в его житии, составленом архимандритом Стефаном (Нещеретом), ныне епископом Туровским и Мозырским: «Отец праведного Иоанна, иерей Иоанн Гашкевич, служил в местечке Стрешин Рогачевского уезда в Свято-Покровской церкви. С радостью семья иерея Иоанна готовилась к рождению ребенка. Каждую службу будущая мать приобщалась Святых Христовых Таин. Однажды в храме молился юродивый. Увидев мать будущего праведника, он подошел к ней, низко поклонился и произнес пророческие слова: «Хотел бы я у него взять благословение, но не доживу». С этого времени родители знали, что у них родится сын, и что будет он служителем алтаря Господня.

В ночь 20 октября (по н.ст.) 1837 года в семье священника родился сын. В скором времени младенца окрестили и дали имя Иоанн в честь апостола любви Иоанна Богослова. Родительский дом находился рядом с храмом. С раннего детства отрок Иоанн помогал своему отцу по храму. В 4-летнем возрасте он уже был свеченосцем… После службы ему приходилось убирать алтарь, мыть полы и чистить лампады — исполнять порученное отцом послушание. Часто с отцом и братом отрок спускался в подземелье, где предавался усердной молитве».

На рубеже XIX–XX столетий

В конце ХIX столетия Стрешин являлся волостным центром. По данным на 1897 год, здесь проживало 2106 человек. Тогда в состав стрешинского Свято-Покровского прихода входили деревни Жирховка, Затон, Зломное, Косаковка, Вышняя (Верхняя) Олба, Шихов. Сам же приход относился ко 2-му Рогачевскому благочинному округу.

В одном из номеров «Могилевских епархиальных ведомостей» за 1900 год было помещено объявление об очередной вакансии псаломщика в стрешинском приходе. Из этого сообщения можно узнать, что при стрешинской церкви в то время имелось 48 десятин и 228 квадратных сажень церковной земли, а также помещение для псаломщика. Прихожан насчитывалось 3028 душ мужского пола и 2970 — женского.

После революционных событий 1917 года стрешинский храм, как и многие другие церковные сооружения, попал в разряд несовместимых с «новой жизнью». Репрессии, начавшиеся еще в 20-х годах, к началу 30-х переросли в настоящий погром. Кресты на куполах были спилены, внутреннее убранство разграблено. Как вспоминает прихожанка Мария Онуфриевна Будницкая (1922 года рождения), кресты сбрасывали директор местной школы Столяров и сторож школы Прохор Гузов. Точка в этом погроме была поставлена в 1932 году, когда церковь окончательно закрыли.

Трагически сложились судьбы и местного церковного клира. Еще в декабре 1931 года в группе с другими священниками и крестьянами были арестованы батюшки из Стрешина — отец Андрей Белюстин и отец Михаил Мигай. Отец Андрей скончался 7 марта 1940 года в БелБалтлаге, а отец Михаил в 1933 году был выслан с семьей на север сроком на три года. 

Во время Второй мировой

В конце 1941 года, когда в Стрешине немецкие оккупационные власти почувствовали себя более-менее уверенно, было дано разрешение на возобновление церковно-приходской жизни. А возглавил местный приход уроженец Екатеринбурга отец Алексий Валяев. Судьба этого человека во многом была необычайной и трагической. Алексей Валяев обладал хорошим голосом. До войны был артистом, однажды ему пришлось выступать даже перед Сталиным.

Вот что говорится в архивной справке: «Валяев Алексей Дмитриевич, протоиерей, родился 17 марта 1905 года в г. Екатеринбурге. В 1918 году окончил Екатеринбургскую псаломщическую школу. В 1941 году оказался на территории оккупированной Белоруссии. 26 декабря 1941 года рукоположен в сан диакона, а 9 января 1942 года — в сан священника». Отец Алексий Валяев хотя и служил при немцах, но сотрудничеством с оккупантами себя не запятнал. Ему грозил арест. Поэтому однажды ночью он ушел в партизаны и оставался там до прихода советских войск. После войны служил уже в других епархиях. В 1961 году отец Алексей публично отрекся от Церкви, но спустя четыре года принес покаяние. Похоронен недалеко от Стрешина — на Шиховском кладбище.

Возрождение

После войны православная община в Стрешине вновь получила официальный статус. Как свидетельствуют архивные данные, в 1949 году здесь действовало «религиозное общество». Но так как местный храм во время войны сильно пострадал и находился в полуразрушенном состоянии, то, как сказано в документах, «церковная община на него не претендовала». Богослужения совершались в молитвенном доме соседней деревни Шихов.

Вернуть к жизни стрешинский храм взялся молодой священник из Рогачева отец Василий Пилипенко (впоследствии благочинный Жлобинского округа, митрофорный протоиерей). Он родился в 1959 году, в начале 80-х в составе ограниченного контингента советских войск оказался в Афганистане. После демобилизации вернулся домой, работал в лесничестве. Под влиянием архимандрита Павла (Войтовича), который в то время служил в Рогачеве, в 1988 году принял сан священника, активно участвовал в возрождении православных приходов на Рогачевщине.

Вот как описывала те события журналист Людмила Орел: «…В годы воинствующего атеизма не осталась в стороне от этой широкой кампании и церковь в Стрешине. Ох, и досталось же ей! Какое-то время здесь, под тонко выписанными ликами святых, хранились мешки с удобрениями. Затем храм пустовал, и тут хозяйничали голуби, которые успели загадить его не меньше человека.

А потом сюда пришли реставраторы из областного центра. Не столько возродили, сколько напортили. Во время одной из «реставраций» (их церковь претерпела три) были сняты кресты, подчистую были уничтожены фрески. Из-за неумения возродить их … замазали краской. Примерно то же самое было сделано и с серебряными звездами, рассыпанными по голубому куполу. Ниши с росписями заложили кирпичом, замуровав в них бутылки с записками: «Памятник отреставрировали мастера из Гомеля в 1982 году». И фамилии. Почти как до боли знакомое: «Тут был Саша!». Вот так и стояла она долгие годы, бесславно сносила издевательства над своей уникальностью, со временем вообще оказавшись на задворках. Стрешинцы построились вокруг плотным кольцом, и рядом с ней оказались помойки, свалки, поленницы, туалеты.

А однажды через поселок случайно проезжал священник Василий Пилипенко. Издалека заметив церковные купола, заинтересовался. Увиденное до боли растревожило душу, крепко засело в памяти. Разбитые окна, исковерканные решетки, облупленная побелка. Быстро принял гражданское решение: «Если не я, то кто же …» И стал здесь не только священником, но и прорабом. Реставрация памятника стала всенародной стройкой, которая объединила людей разных возрастов, профессий и взглядов. Помощь оказывали даже неверующие. Люди отдавали на это свои скромные сбережения. Средства выделили районные власти, местный колхоз «1-е Мая», многие жлобинские предприятия. Церковь удалось возродить, пусть и не в первоначальном виде».

В числе тех, кто активно помогал отцу Василию возрождать храм, были прихожанки Мария Онуфриевна Будницкая, Ирина Ильинична Кирова, Анна Аркадьевна Забелич. Они, в частности, ходили по соседним деревням, собирали пожертвования. Одними из первых на возрождение храма перечислили деньги (500 рублей) работники отдела архитектуры райисполкома. Освящение возрожденного храма произошло 28 июля 1991 года. Стояла солнечная погода. Сотни верующих хлебом-солью и с цветами в руках встречали епископа Гомельского и Мозырского Аристарха. Этого события ждали не одно десятилетие, поэтому радость у присутствующих была большая.

В 1990-х годах в Стрешине сменилось несколько настоятелей. А в 2000 году приход возглавил 26-летний священник отец Евгений Межуев, который служит здесь и сегодня. Перед настоятелями стоят все те же задачи — окормлять свою паству и заботиться о благоустройстве храма. Последняя из задач — особо трудная. Здание церкви постоянно требует ремонта, а денег не хватает. Храм рушится буквально на глазах. Начал протекать центральный купол. Однажды во время вечернего богослужения на молящихся хлынули целые потоки воды. Пожертвования на ремонт храма поступили, но в крайне малых объемах. Удалось провести лишь текущий ремонт (в первую очередь, благодаря финансовой поддержке Белорусского металлургического завода и группы жлобинских предпринимателей, а также материальной помощи местного колхоза «1-е Мая»). Но сегодня храм по-прежнему нуждается в ремонте. Найдутся ли на этот раз спонсоры?


Автор:
Николай Шуканов
Источник: газета «Царкоўнае слова», 2007 г.