Символико-аллегорический компонент в свадебных песнях Гомельщины

0
123
Символико-аллегорический компонент в свадебных песнях Гомельщины

Народно-песенное творчество, отражая объективную действительность в словесно-­образной форме, обладает высоким эмоционально-оценочным и изобразительно­-выразительным потенциалом. Особой образностью, выразительностью и эмоциональностью отличаются свадебные песни, приуроченные к наиболее волнующему событию в жизни человека — его вступлению в брак.

Основой создания словесной образности народно-поэтической речи считается ани­мистическое миросозерцание первобытного человека, наблюдавшего за окружающей его действительностью и переносившего на природу свое самоощущение жизни, вы­ражавшееся в движении, силе, энергии. Сопоставление человеком себя с окружающей природой, как утверждает А.Н. Веселовский, приводит к параллелизму. Объектами со­поставления являлись прежде всего животные, растения, небесные тела и другие явле­ния [1: 101]. Когда параллели становились устойчивыми, прочно входили в вербальное оформление обряда, они превращались в символ, приобретая нарицательность. [1: 116].

В поэтике символ определяется как многозначный предметный или словесный об­раз, который объединяет в себе различные планы изображенной художником действи­тельности на основе их чувственной общности [2].

Под символом в научной литературе понимается “многозначный предметный образ, объединяющий (связующий) собой разные планы воспроизводимой художником дей­ствительности на основе их существенной общности, родственности” [3: 263]. Исследо­ватели подчеркивают иносказательный характер символа, рассматривают его как услов­ное обозначение сущности какого-либо явления, понятия определенным предметом или словообразным знаком [4: c. 51].

Как отмечает А.Н. Веселовский, “ближайшим источником символов были короткие одночленные формулы” [1: 116]. В свадебно-песенной традиции Гомельщины довольно редко встречаются такие одночленные формулы параллелизма: Ці не заляцела наша чырачка ўчора к вам ? [ВнГ: 180], чырачка — ‘невеста’ ; Не бій, орлічка, дзевачка, Прымі да сябе ў госці яго [ВТГ: 72], орлічак — ‘жених’.

В исключительном большинстве в песнях употребляется двучленный параллелизм, когда действия персонажей свадебной обрядности, их отношения, чувства, переживания, сопоставляемые со свойствами предметов, взятых из природного мира или социально­бытовой сферы. Такая народно-поэтическая формула параллелизма квалифицируется как символическая ситуация [5: 306].

Художественная поэтика свадебно-обрядовой песни Гомельщины, образуя при характеристике главных действующих персонажей брачной церемонии, их действий, используемых предметов своеобразное символическое поле, включает символы, взятые из объективной действительности. Чаще всего в свадебных песнях встречаются флористические символы. В их числе многочисленные женские символы, используемые при характеристике невесты — образы калины, яблони, вишни, березы, руты-мяты, розы, чернобривцев, конопельки и др., единичные мужские — дуб, явор, барвинок. В числе фаунистических по происхождению символов преобладают образы птиц, описывающих невесту — ласточка, голубка, чирочка, соколка, уточка, редко — других животных — рыбка, щука, пчелка; жениха — сокол, орел, горностай, соловей.

Женские символы помогают охарактеризовать внешность невесты, ее чувства, переживания, поведение. Получая дополнительную коннотацию, они описывают молодость невесты: Ой, ты, ёлачка, ты, сасоначка, Зелена, зелена .. А ты, Ніначка, ты, малодзенька, Молада, молада [ВТГ: 462]; ее зрелость: А ў садочку ружа расьцвітала, А маладая Волька хлопца покахала [ВнГ: 343]; Чырвона каліначка Блізка к саду стаяла, Там дзевачка расу брала,..Да шлюбу сабіралася [ВнГ: 15]; настроение: Елачка зіму, лецячка зялёна, Наша Юлечка ў чацвер была вясёла [ВнГ: 101]; тревожное ожидание перемен: А каля новага двара Ці не пчолачка гула? А там дзевачка плакала, Ад вянца прыехаўшы [ВнГ: 11]; прощание с девичьей вольницей: Гарэла сасна, пылала. Пад ёй дзяўчына стаяла, .. Гарэла сасна, як траска, Цяпер я ваша нявестка [ВнГ: 452]; Скакала сарока па страсе, Плакала Ніначка й па касе [ВнГ: 275]; тоску по родному дому: Закукавала зязюлечка, Ой, борам лятучы. Заплакала Верачка, Ой, ад маткі ідучы [ВнГ: 126].

Мужские символы в свадебных песнях встречаются значительно реже, они выполняют в основном номинативную функцию: Да й зялёны барвіночку Па дарозе паслаўся. Да малады Васілька ў дарожку сабраўся [ВнГ: 228]; Прыляцеў салавей пад аконца, Сеў-паў на аконца, шчабеча: — Адчыні, дзевачка, акенца [ВнГ: 7].

Природный мир явился также источником таких символов, как вода, речка, море, выражающих различные чувства и явления: любовные переживания: Я касіла ля пруда, Не дае касіць вада, Хусткай беленькай махала, Падзі, мілёначак, сюда! [В.: 251]; быстротечность бытия: Там сіняе мора іграла, Там дзевачка ваду брала [ВнГ: 454]; разлуку с милым: Часты дожджык палівае, Мяне мілы ўспамінае [ВнГ: 143]. У природы заимствованы также поэтические образы крутые берега, высокие (каменные, крутые) горы, тёмный бор, тёмный лес, тёмная туча, тёмная ночь, символизирующие неприветливую, чужую сторону: Прыедзе Васечка, яе ўкрадзе, За ціхі Дунай завязе, .. За тыя рэчачкі быстрыя, .. За тыя берагі крутыя, За тыя мужыкі ліхія [ВТГ: 471]; А з горкі, горкі крутыя, Беглі конікі вараныя [ВнГ: 464]; Ай, вязуць міне барамі, А , як цёмны бор, цёмны бор,, Каб не відзела таткін двор [ВнГ: 322]; Ой, цёмна-цёмна асенняя ноч. Збіраецца да Надзячка ад татачкі ўпроч [ВнГ: 52]; Каля цесцевага двара, .. Там каменная гара, Да й шчэ цёмная хмара [ВнГ: 55].

Космогонические символы месяц, солнце, зорька в свадебных песнях усиливают идеализацию главных образов — жениха и невесты: Ці ясен месяц на зары, Ці харошы Алёша на кане [ВнГ: 84]; Бо я к свету да дамоў прыеду І з светавою зарою Да і з молодою жаною [ВнГ: 239]; Да каціса, соўнейко, . .Да па небу нізенько, Да кланейса, Мар’ечко .. Свойму бацьку нізенько [ВнГ: 296]. Христианская символика Бог, Спас, Пречистая, Христос, ангелы, пророки, Троица подчеркивают важность и значение свадебного обряда в жизни молодых: Сам Бог коровай месіць, а Прэчыстая свеціць. Ангелы воду носяць, а пророкі Бога просяць. Хрыстос подлівае, хусткою накрывае [ВТГ: 201]; Тройца па цэркві хадзіла, Спасу за ручку вадзіла, Спася, мой Спася, Дай жа нам, Божа, долю, А маладым добрую гадзіну [ВТГ: 461].

Социально-бытовая символика свадебной песни связана с вещественным кодом брачной церемонии, ее составляют названия предметов, используемых в свадебном обряде: венок (символ девственности невесты), свеча (символически освещает будущую жизнь молодых), кольцо (символ единения молодых), лента, полотенце (символизируют дальнейщий жизненный путь), белый платок (символ приветствия), мост (символ перехода в новую жизнь): Не доўга вяночку на ступне вісець, Не доўга Галінке ў дзеўках сядзець [ВТГ: 107]; Выдзь-ка, мамачка, з свячамі, Мы тваю дочаньку вянчалі [ВнГ: 109]; Сядзьма, матка, павячэрайма, .. Павячэраўшы, падзелімся, .. Табе, матка, ніт і бердзечка, А мне, мамка, палаценейка [ВнГ: 30]; Хусткай беленькай махала, Падзі, мілёначак, сюда! [ВнГ: 143]; Цераз сіняе мора ляжыць кладачка ялова .. Цераз тую кладачку ніхто не праходзіў, .. Перайшоў, перайшоў малады Лявончык, Перавёў, перавёў Настусю за ручку [ВТГ: 75].

Как отмечают многие исследователи, символ, в отличие от аллегории, может иметь несколько значений, так как “он с равным основанием может быть приложен к различ­ным аспектам бытия» [3: 263].

В свадебных песнях Гомельщины встречаются следующие многозначные симво­лы: зеленый ‘молодой, цветущий’: Ой, ты, ёлачка, ты, сасоначка, Зелена, зелена .. А ты, Ніначка, ты, малодзенька, Молада, молада [ВТГ: 462]; ‘жизнерадостный’: Елачка зіму, лецячка зялёна, Наша Юлечка ў чацвер была вясёла [ВнГ: 101]; ‘несвоевременный’: Татачка пайшоў, весь лес сышоў, Без каліначкі прыйшоў: — Стаіць, донячка, каліна Зялёна, недазрэла [ВнГ: 53].

Калина во многих песнях символизирует невесту: ‘ Чырвона, чырвона да каліна ў лузе, А Алесечкаў бацькі найпрыгажэйшая [ВнГ: 151]; в отдельных случаях обозначает дружину: Стаяла каліна радамі, Прыехаў Васечка з братамі [ВнГ: 284]; а иногда — переход в иной семейный статус: Да пайшоў Васечка ў цёмны лес, Наламаў каліны, колькі змог, Да прынёс Манечцы на прыпол — Гэта табе каліна з расою — Разлука, Манечка, з касою. Гэта табе каліна з кветкамі — Разлука, Манечка, з дзеўкамі [ВнГ: 17].

Неоднозначный в свадебных песнях и образ кукушки. В одних песнях она — символ известия о чем-то: Да прыляцела шэрая зязюля з ялаўца, Да прыехала маладая Ганначка з-пад вянца [ВнГ: 228]; в других — выражает тоску, печаль: Закукала зязюлечка, Ой, борам летучы, Заплакала Верачка, Ой, ад мамкі ідучы [В.: 275] или дает недобрый знак: То там салаўі гнёзды вілі, Серыя зязюлі кукавалі, Да мне долечку праклялі [ВнГ: 151], а также осуществляет связь с потусторонним миром: Пашлю сокала На Украіначку, На сваю радзіначку, А зязюлечку, а зязюлечку, На той свет па мамачку [В.: 237].

Иносказательных характер описания в свадебно-песенной традиции дополняет аллегорическое словоупотребление. Аллегория — одна из форм иносказания, заключа­ющаяся в передаче отвлеченного понятия или мысли через конкретный образ. В отли­чие от символа, аллегория однозначна. Однозначность аллегории объясняется тем, что соотношение понятия с конкретным образом по каким-то сопоставимым качествам или функциям закрепляется традицией, что придает ему “узнаваемость” [5: 7].

Во многих свадебных песнях Гомельщины приводится аллегорическое действие за­ламывания верхушки деревца невестой при отъезде из родного дома как знак изменения ее семейного статуса и прощания с девичьей жизнью: Мар’ечка на возік седала, Вершок вішэнькі зломала [ВнГ: 299]; З’язджала дзевачка са двара, Верьху бярёзы адламала, Стой, мая бярёза, без верьху, Жыві, мая мамачка, без міне [ВнГ: 147].

Аллегорическими являются также следующие действия в свадебных песнях: Жыта ў полі людзі засявалі. Ну, а маці з сваім сынам Ціха размаўлялі [ВнГ: 261] (засяваць жыта — ‘выбирать невесту, готовиться к свадьбе’); Жыта ў полі, жыта ў полі, Жыта ўсе пажалі, А ў нашым у сяле Вяселле гулялі [ВТГ: 216] — (пажаць жыта — ‘завершить свадьбу’); Сейся, авёс ранні, Прыбывай, родзе слаўны [ВнГ: 88] (сяўба аўсу — увеличение семьи, продолжение рода’); Наш хлеб — ваша вадзіца, Наш хлопец — ваша дзявіца [ВнГ: 265] (хлеб ды вада — ‘союз, соединение’).

Аллегория как “выражение отвлеченного понятия или идеи в конкретном художе­ственном образе” [6: 38] используется в песне, где хвалят мать невесты: Ой, спасіба, мамачка, за тваю чэсць, Што ты насіла сваю дачку ў хвартучку, Нікому не дала, свайму Мішачку саблюла [ВнГ: 117] (насіць дачку ў хвартучку — ‘сберечь девственность дочери’).

В свадебных песнях, посвященных невесте-сироте, присутствует аллегорический образ могилы ее родителей: Дубовы доскі сціснулі ножкі, .. Маць сыра зямля дзверы Затварыла, Вакенцы засланіла [ВнГ: 149]; Зямліца сырая, сырая, За што маю мамачку забрала? [ВТГ: 25].

Таким образом, символы и аллегория, широко используемые в свадебных песнях Гомельщины, усиливают характеристику образов, способствуют большей конкретности и наглядности изображения главных действующих лиц брачной церемонии, более полному отражению их внутреннего состояния, чувств и переживаний.

Аллегорическое описание, как и песенная символика, активно сопровождается образным параллелизмом, который подчеркивает, а в некоторых случаях и объясняет иносказательный смысл описываемых действий или состояний, усиливая изобразительно­выразительные возможности символов и аллегории в свадебно-песенном дискурсе.

Список использованных источников

  1. Веселовский, А.Н. Историческая поэтика / А.Н. Веселовский. — М.: Высшая школа, 1989. — 406 с.
  2. [Электронный ресурс] — Режим доступаhttp://orbook.ru/index-5922.htm%20-%20%D0%94%D0%B0%D1%82%D0%B0%20%D0%B4%D0%BE%C2%AC%D1%81%D1%82%D1%83%D0%BF%D0%B0%2008.04.2016.
  3. Квятковский, А.П. Поэтический словарь / А.П. Квятковский. — М.: Сов. энцикл., 1966. — 375 с.
  4. Рагойша В. П. Паэтычны слоўнік / Вячаслаў Рагойша. — — Мн.: Выш. школа, 1979. — 320 с.
  5. Восточнославянский фольклор: Словарь научной и народной терминологии / Ред-кол.: К.П. Кабашников [отв. ред.] и др. — Минск: Навука і тэхніка, 1993. — 478 с.
  6. Ахманова, О.С. Словарь лингвистических терминов. Изд. 2-е, стереотип. / О.С. Ах­манова. — М.: Сов.энцикл., 1969 — 508 с.

Условные сокращения

ВнГ — Вяселле на Гомельшчыне: фальклорна-этнаграфічны зборнік / уклад. І.Ф. Штэйнер, В.С. Новак — Мінск: ЛМФ “Нёман”, 2003. — 472 с.

В — Вечнае: Фальклорна-этнаграфічная спадчына Веткаўскага раёна / аўт. уклад.: І.Ф. Штэйнер, В.С. Новак. — Гомель: УА “ГДУ імя Ф. Скарыны”, 2003. — 362 с.

ВТГ — Вясельная традыцыя Гомельшчыны: фальклорна-этнаграфічны зборнік / Укладанне В.С. Новак. — Мінск: Права і эканоміка. 2011. — 485 с.

Автор: А. Станкевич
Источник: Мова і культура. — 2015. — Вип. 18, т. 4. — С. 283-288.