Школа и антирелигиозная политика большевиков на Гомельщине в 1920-е — начале 1930-х годов

0
1553
Советский антирелигиозный плакат гласит
Антырэлігійны плакат часоў СССР

На рубеже 20-21 веков в новых исторических условиях изменения государственной политики в отношении церкви возрождается и её роль в сфере образования. В современной России по инициативе Патриарха Московского и всея Руси ежегодно проводятся Международные Рож­дественские образовательные чтения «Практический опыт и перспек­тивы церковно-государственного сотрудничества в области образова­ния». В работе этого Международного форума на протяжении многих лет принимают участие делегации из Беларуси, в том числе представи­тели Гомельской епархии и руководители гимназий, школ, детских са­дов Гомеля. Участники чтений проводят круглые столы, дискуссии, обмениваются опытом, посещают учреждения образования г. Москвы, в которых введён факультативный курс «Основы православной куль­туры». Цель данных мероприятий показать различные направления участия церкви в духовно-нравственном, патриотическом воспитании детей и учащейся молодёжи, в изучении и сохранении историко-культурного наследия православной церкви [1,2].

Православная церковь традиционно играла большую роль в образо­вании и просвещении населения. Так, в Беларуси к началу первой ми­ровой войны из 4 000 школ почти половину составляли церковнопри­ходские [3, с. 157]. После победы большевиков в октябре 1917 г. корен­ным образом изменилось отношение между властью и церковью. РСДРП(б) была партией атеистов и рассматривала религию как один из инструментов угнетения трудящихся. Значительная часть партийных лидеров стояла на позиции воинствующего атеизма и была настроена не на сосуществование с церковью, а на активное подавление религи­озного сознания народа. На протяжении всех лет советской власти её отношения с церковью складывались драматично.

Среди первых декретов революционной власти были приняты и специальные законодательные акты антирелигиозного характера 23 января 1918 г. СНК РСФСР принял декрет «Об отделении церкви государства и школы от церкви», а в августе этого же года Наркомюст разработал инструкцию о порядке проведения в жизнь данного документа. Соответствующий декрет, содержавший основные положения законодательного акта РСФСР, принял И января 1922 г. СНК БССР Вопросы антирелигиозной пропаганды были предметом специального обсуждения на XII съезде РКП(б) в апреле 1923 года. В резолюции «О постановке антирелигиозной агитации и пропаганды» предусмат­ривалось увеличение издания научно-популярных книг и брошюр расширение устной пропаганды, введение антирелигиозного просве­щения в систему школьного образования. К этому времени уже сложи­лись формы антирелигиозной работы, в том числе и в системе народно­го образования. В школах был взят курс не на «безрелигиозное воспита­ние, а на антирелигиозное». Ежегодно школы, уоно в отчётах о хозяй­ственной и учебно-воспитательной деятельности обязательно выделяли информацию об антирелигиозной работе. Например, в отчёте одной из школ Гомельского уезда за 1922/1923 учебный год отмечалось: «Прове­дены беседы об аде и рае, попах и их поведении, о вреде для крестьян от церкви и попов. Беседы проводились как на уроках чтения, так и отдель­ными уроками. Некоторые из учеников слушали недоверчиво и, опираясь на наставления родителей, принимали беседы за вредный обман, а неко­торые даже сами принимали активное участие в беседах. Нужно сказать, что последних мало, но всё-таки запуганные сказками о «том свете» по­колебались в прежней уверенности» [4, л. 7].

Во второй половине 1920-х годов давление на церковь со стороны государства усилилось. В начале 1929 г. на места была направлена директива, в которой подчёркивалось, что религиозные организации являются единственной легально действующей контрреволюционной силой, имеющей влияние на массы. Начиналось широкое применение административных мер в борьбе с религией. 8 марта 1929 г. ВЦИК и СНК СССР издали новое постановление о религиозных объединениях, которым запрещалось осуществлять благотворительную деятельность, обучать религии частным образом и т. д. В целях законодательного ог­раничения религиозной пропаганды в 1929 г. в Конституцию СССР была внесена поправка, которая ограничивала религиозную деятель­ность церковными стенами. В то же время право на антирелигиозную пропаганду бьшо оставлено в силе.

В округах инспекторами народного образования разрабатывались планы антирелигиозного воспитания. Среди основных направлений ра­боты выделялись следующие: учитывать антирелигиозное воспитание при разработке программного материала по каждому году обучения, особенно при изучении вопросов санитарии, сельского хозяйства, кульурного строительства; определить антирелигиозную работу в школе для учащихся 1 и 2 концентра; в семилетних школах усилить изучение эволюционной теории Дарвина о происхождении человека и животных, подчёркивая несовместимость научных знаний с религией; в процессе преподавания учителям обращать внимание на реакционную и контрреволюционную роль религии всех видов (церкви, костёла, синагоги, сект) в современных условиях, как оружия вражеских эле­ментов в борьбе с социалистическим строительством; практиковать с учащимися старших групп написание коллективных и индивидуальных письменных работ на антирелигиозные темы. Особое внимание в пла­нах обращалось на организационную работу, введение пятидневки и непрерывной недели, имевших большое значение для закрепления ан­тирелигиозных навыков. От администрации школ требовалось выписы­вать антирелигиозную литературу с целью создания библиотечек по ан­тирелигиозной пропаганде, организовывать кружки юных безбожников, широко привлекать учителей в «безбожные» организации, как в школе, так и вне её, проводить антирелигиозную работу среди населения и, в первую очередь, среди родителей учеников [5, л. 66-68; 6, л. 53-57].

Проведение работы по антирелигиозному воспитанию в школах строго контролировалось. При местных органах народного образова­ния была введена должность инспектора по антирелигиозной работе, который систематически проверял деятельность школ и разрабатывал рекомендации по устранению недостатков. В архивных документах сохранились отчёты конца 1920-х – начала 1930-х годов по обследова­нию антирелигиозной работы как в отдельных школах, так и сведе­ния по учебным заведениям различных районов Гомельщины. Так, в 1929/1930 учебном году инспектором антирелигиозной работы Го­мельского окружного инспектората народного образования была про­ведена проверка школ округа. В документах по результатам проверки отмечалось: «обследование школ показало, что освещение антирелиги­озных моментов при изучении тем, которые этих моментов касаются, не проводится. Например, по школе Коминтерна – в природоведческой теме «Развитие жизни и построение конечностей животных» не была сдела­на связь с происхождением человека по библейским сказкам; по школе Либкнехта — в обществоведческой теме «Реакция 1905-1907 годов» необходимо было показать роль церкви, подчеркнуть классовую сущ­ность религии как врага рабочего класса, роль Гапоновщины; по школе 5-й годовщины Октябрьской революции – в теме «Октябрь» не ото­бражалась контрреволюционная роль церкви и её главы патриарха Тихона; по 1-й Белорусской школе г. Речицы – в теме по физике о всемирном тяготении земли не сделана связь с библейской сказку о вознесении Христа на небо» [7, л. 175]. Инспектор подчёркивал, что некоторые учителя не считают необходимым связывать учебный материал на уроках с антирелигиозной пропагандой, другие не могли связать изучаемые темы и переходили на обычную антирелигиозную лекцию Особенно это было характерно для школы им. Горького Гомеля, в которой отсутствовала плановость и систематичность в работе учителей. В связи с этим предлагалось создавать комиссии из учителей обществоведения природоведения, физики, химии для отбора тем, в которых можно было выделить антирелигиозные проблемы. Например, «по обществоведению при изучении темы «Октябрь» необходимо показать правдивое лицо церкви, контрреволюционность Тихона, поддержку им Колчака, отно­шение духовенства к голоду в Поволжье, религия и национальная нена­висть, участие церкви в подготовке войны против СССР; по химии и физике подчёркивать антирелигиозные моменты в темах – вулканиче­ские извержения и землетрясения и библейские забобоны об уничто­жении городов с грешными людьми, сохранение веществ и создание женщины из ребра человека» и другие [8, л. 106-107]. Аналогичная си­туация отмечалась и в обследованиях по школам районов Гомельского округа: «антирелигиозная работа проводится недостаточно и не про­низывает всего комплексного материала» [9, л. 414]. Также констати­ровалось, «что учениками в значительном количестве классовая сущ­ность религии не усвоена, что учащиеся посещают церковь, а попы заманивают учеников в церковь: «Иди, помолись, и лучше сдашь зада­ние» [10, л. 106].

Кроме того, обследование школ Гомеля, Речицы, Комарина и дру­гих населённых пунктов региона выявило неподготовленность учите­лей к проведению антирелигиозной работы, как к одной из наиболее важных политических задач, стоявших перед школой. По мнению ру­ководства органов народного образования, для успешного осуществле­ния антирелигиозного воспитания «учительство должно само стать ан­тирелигиозным и не допускать никаких насмешек в антирелигиозной работе не только среди учеников, но и среди населения» [6, л. 53]. Для исправления выявленных недостатков планировалось провести сле­дующие мероприятия: практиковать постановку вопросов об антирели­гиозном воспитании на районных учительских конференциях и обще­городских собраниях, обратить внимание на методику антирелигиозной работы, учителям необходимо углублять подготовку в сфере историче­ского и диалектического материализма. В документах отмечалось, что «отрицательным моментом в антирелигиозной работе школы является то, что изучение быта и особенностей семьи школою почти не проводится», не налажено систематическое проведение лекций по антирелигиозной тематике, «антирелигиозная работа может быть хорошо поставлена только тогда, когда школа знает религиозное положение не только учёников, но и родителей. Для этого необходимо использовать всякую возможность. Например, провести анкеты (анонимные, безусловно) по вопросам: посещение церкви, костёла, синагоги, моление дома, отношение к иконам и т. д. Анкеты должны составляться учителями, пионерами и комсомольцами. Антирелигиозная работа может быть проведе­на сколько-нибудь удовлетворительно, при условии соответствующей подготовки самих учителей» [7, л. 106].

В республике проводилась большая работа по развёртыванию анти­религиозной пропаганды, особенно накануне религиозных праздников. По указанию ЦК КП(б)Б эти вопросы включались в планы работы мест­ах органов образования и политпросвещения. В фондах архива сохра­нились документы, характеризующие антирелигиозную работу органов народного образования Гомельщины накануне особо почитаемых ве­рующими религиозных и престольных праздников. Например, 2 апреля 1930 г. школьная секция Рогачёвского отдела народного образования разработала и приняла специальный план проведения антипасхальной кампании в школах и детских домах города. В соответствие с планом предлагались следующие мероприятия: «1) провести по классам 1 и 2-го концентров беседы и доклады на тему: «Крестовый поход капита­ла и церкви против СССР»; 2) начать кампанию среди детей борьбы против куличей, пасхи и мацы. Добиваться решительного перелома, что­бы дети сказали дома: «Не надо праздновать пасху»; 3) написать коллек­тивные работы в группах 1 концентра на темы «Мы не будем праздно­вать пасху», «Пасха – помещичий праздник», «Пасха – вредная сказ­ка»; 4) провести заранее учёт у кого дома готовятся отмечать пасху и обсудить этот вопрос; 5) провести до пасхи в школах родительские со­брания на тему «Пасха – оружие классового врага»; 6) выпустить на­стенные безбожные газеты как общешкольную, так и по каждой груп­пе; 7) день 20 апреля считать рабочим днём для всех учащихся, а выход­ной день, который будет выпадать на 20/IV для некоторых групп перене­сти на послепасхальные дни; 8) посещение школы в этот день обяза­тельно, а для учащихся-евреев проводить в школе вечера, после кото­рых направлять в кино на 2-й сеанс; 9) поставить перед Горсоветом во­прос о подборе на этот день соответствующих фильмов, забронировать Для учащихся целиком 2-й сеанс и пропуск детей по льготным ценам; 10) 19 апреля организовать в школе вечера с докладом и художествен­ной частью на антипасхальную тему; 11) 20 апреля школам принять уча­стие в антирелигиозной демонстрации и карнавале, заранее подготовив соответствующие лозунги и плакаты [11, л. 77-77 об.]. Несмотря на принимаемые меры, не удавалось добиться желаемых результатов. в 1930 г. в Гомельском районе на религиозные праздники 25 % учащихся не посещали школы [12, л. 400]. Неэффективность антирелигиозной работы руководство народного образования мотивировало разными обстоятельствами. В выявленных документах отмечалось: «на фронте антирелигиозного воспитания наблюдается затишье. Работа прово­дится только в связи с религиозными праздниками, а не пронизывает повседневную работу»; «бывают случаи, когда учащиеся-евреи отка­зываются писать в субботу, а учителя не ведут решительной борьбы против этого» [10, л. 106]; в Ветковском районе – более 15 % учащих­ся школ 1 ступени не посещают школы в религиозные праздники «по причине того, что родители не пускают под угрозой физического на­казания. Религиозные настрои среди детей имеются, особенно среди девочек, хотя они постепенно уменьшаются от I к IV-й группе. Наблю­даются факты посещения церкви, хождение на «исповедь», участие в религиозных обрядах семьи» [9, л. 414]. В документах партийные и советские руководители Гомельщины не отмечали или не хотели заме­чать более значимых социально-экономических, общественно-полити­ческих причин и культурно-исторических традиций, обусловивших неэффективность проводимой более десятилетия антирелигиозной дея­тельности.

Ударной силой в борьбе с церковью являлся Союз воинствующих безбожников (СВБ), созданный в СССР в 1925 году. В Беларуси такая организация начала создаваться в соответствии с постановлением сек­ретариата ЦК КП(б)Б от 30 марта 1926 года. В ряды этой организации втягивались школьники. Так, в 1929/1930 учебном году при 40 школах Гомельского района имелись ученические ячейки воинствующих без­божников [12, л. 400]. Члены ячеек выступали с докладами перед уча­щимися и проводили массовые вечера на антирелигиозные темы, выпускали настенные газеты перед религиозными праздниками, рас­пространяли антирелигиозную литературу. Проводили агитационную работу с населением: организовывали ячейки СВБ на предприятиях и в колхозах, создавали антирелигиозные уголки, осуществляли инсцени­ровки по антирелигиозной тематике [13, л. 29]. Ячейкам СВБ рекомен­довалось «выделять из своих рядов ударные бригады, которые должны были следить за тем, чтобы все ученики посещали школу во время религиозных праздников, не соблюдали постов, не ходили в церковь на исповедь и причастие; следить за тем как учителя проводят антирели­гиозную работу на уроках; организовывать социалистическое сорев­нование с другими ячейками юных безбожников на лучшую работу» [8, л.108-109]. Это вырабатывало у детей такие негативные черты, как неприятие иного мнения, доносительство, враждебность, жестокость и т.д. Пионеры и комсомольцы оказались наиболее отзывчивыми на призывы покончить с «поповским мракобесием». Они призывали к бой­коту тех учащихся, которые посещали церковь, высмеивали их в на­стенных газетах, карикатурных плакатах.

На 1 января 1930 г. в рядах СВБ БССР насчитывалось 42 200 человек и их количество постоянно возрастало [3, с. 175]. Однако эти циф­ру были завышены, так как часто нарушался принцип добровольности вступления в ячейки. Например, в Костюковской школе Гомельского района в 1930 г. учащихся поголовно записали в ячейку безбожников, «не обсудив этого на ученических собраниях и в организациях. Это привело к тому, что учащиеся после занятий пришли в канцелярию и потребовали уничтожить список, в который их записали в безбожники. Они успокоились только тогда, когда представитель ячейки СВБ на гла­зах у детей порвал тетрадь, в которую записал учащихся, и после этого школе очень трудно было организовать в школе ячейку безбожников» [12, л. 400-401]. Иногда для увеличения численности, как свидетельст­вуют документы, в ячейки СВБ записывали детей младшего школьного возраста. Однако воинственным безбожникам так и не удалось за ко­роткий период времени превратить школу в религиозную «пустыню».

 

  1. Программа XVIII Международных Рождественских образовательных чте­ний «Практический опыт и перспективы церковно-государственного сотрудни­чества в области образования». – М. : Отдел религиозного образования и кате­хизации Русской Православной Церкви, 2010. – 36 с.
  2. Дорофеев, В., протоиерей. Основы православной культуры : учебное пособие / В. Дорофеев, О. Л. Янушкявичене. – М.: ПРО-ПРЕСС, 2009. – 136 с.; Дорофеев, В., протоиерей. Основы православной культуры : методическое пособие для учителя / В. Дорофеев, О. Л. Янушкявичене. – М. : ПРО­ПРЕСС, 2009. – 84 с.
  3. Канфесіі на Беларусі (к. XVIII-XX ст.) / В. В. Грыгор’ева, У. М. Завальнюк, У. І. Навіцкі, А. М. Філатава; навук. рэд. У. І. Навіцкі. – Мн.: ВП Экаперспектыва, 1998. – 340 с.
  4. Отчёт заведующего Старо-Крупецкой школой 1 ст. Кормянской волос­ти // Государственный архив Гомельской области. – Фонд 500. – Опись 1. – Дело 389.
  5. Рэзалюцыя па дакладу інспектарыяту народнай асветы аб становішчы антырэлігійнага выхавання ў школах 1928 г. // Государственный архив Го­мельской области. – Фонд 208. – Опись 1. – Дело 560.
  6. Заўвагі да пастаноўкі і правядзення антырэлігійнага выхавання ў Школах 1929 г. // Государственный архив Гомельской области. – Фонд 208. – Опись 1. – Дело 560.
  7. Запіска інспектара антырэлігійнай працы Барташэвіча //  Государственый архив Гомельской области. – Фонд 633. – Опись 1. – Дело 200.
  8. Вынікі абследвання школы імя Горкага аб антырэлігійнай працы Государственный архив Гомельской области. – Фонд 633. – Опись i Дело 200.
  9. Выводы по обследованию школ 1 ступени Ветковского района Гомельского округа 1929 г. // Государственный архив Гомельской области Фонд 633. – Опись 1. – Дело 200.
  10. Выхаваўчая работа ў школах сацвыху 1930 г. // Государственный архив Г омельской области. – Фонд 633. – Опись 1. – Дело 307.
  11. План правядзення антыпасхальнай кампаніі ў школах і дзіцячых да. мах г. Рогачова ў 1930 г. // Государственный архив Гомельской области. ~ Фонд 208.-Опись 1, — Дело 711.
  12. Гадавая справаздача аб становішчы народнай асьветы па Гомельскаму раёну за 1929/1930 навучальны год // Государственный архив Гомельской области. – Фонд 633. – Опись 1. – Дело 200.
  13. Пратакол агульнага сходу сяброў бязбожніка пры Стрэшынскай семігодцы // Государственный архив Гомельской области. – Фонд 835. – Опись 1. – Дело 1.

 

Авторы: А.И. Зеленкова, М.П. Савинская
Источник: Православие на Гомельщине: историко-культурное наследие и современность [Текст]: сборник научных статей / Г. А. Алексейченко (ответств. ред.) [и др.]; М-во образования РБ, Гомельский госуниверситет им. Ф. Скорины. — Гомель: ГГУ им. Ф. Скорины, 2010. – С. 119-126.