Развитие производственной кооперации на Гомельщине в 1920-х годах

0
1701
Производственная кооперация в Гомельской области

К началу 20-х годов XX столетия в Советской России сложилась тяжёлая не только политическая, но и экономическая обстановка. Разруха и голод, вызванные Первой мировой войной, иностранной интервенцией, Гражданской войной привели Советское государство к экономическому кризису. Кооперация была призвана разрешить, улучшить сложившуюся в стране экономическую ситуацию и долж­на была сыграть важную роль в деле восстановления сельского хо­зяйства и промышленности.

В пользу кооперации говорил и тот факт, что кооперативное движение развивалось не на голой почве, гак как различные формы и виды кооперации существовали и ранее, до революции 1917 года. Первый опыт хозяйственной деятельности советской власти показал, что экономика, основанная на плановом, централизованном руковод­стве через созданную ею систему управления народным хозяйством, обанкротилась уже к 1921 году. Поэтому не случайно предложенная В.И. Лениным новая экономическая политика (НЭП) предусматривала осуществление идеи кооперирования. XIII съезд РКП(б) (1924 г.) в сво­ём решении указал, что «переход к нэпу удесятеряет значение коопера­ции» и «никакими другими путями не подведёшь к социализму, как только через коллективные формы организации, т. е. потребительскую и производственную кооперацию» [1, с. 234].

Благодаря имевшемуся опыту кооперирования прошлых лет на Гомельщине в 1920 гг. кооперативное движение приобретает широкое развитие. Кооперация внедрялась практически во все отрасли народного хозяйства. Производственная или, как её по-другому на­зывали, рабочая кооперация включала в себя ряд видов и форм коопера­тивов, занимавшихся непосредственным изготовлением продукции, необходимой для повседневной жизни человека. В городах развива­лись такие виды производственной кооперации, как промышленная, кустарно-промысловая, военная, жилищная (строительная), изда­тельская и другие формы кооперативных товариществ.

Первостепенной задачей, которую в самые быстрые сроки следо­вало решить Советскому правительству, являлась реконструкция го­сударственных предприятий. Вместе с тем X Всероссийская конфе­ренция РКП(б) ещё в мае 1921 г. указала: «Поддержка мелких и средних (частных и кооперативных) предприятий, по преимуществу не требующих снабжения из государственных запасов сырьём, топ­ливом и продовольствием. Допущение сдачи в аренду частным ли­цам, кооперативам, артелям» [2, с. 420].

Арендатор имел право пользоваться государственной собст­венностью при условии полного восстановления предприятия и воз­вращения его государству по истечении срока аренды. Эта деятель­ность была выгодна как государству, так и кооперативным хозяйст­вам. Однако в силу тяжёлого экономического положения арендато­ров и практически безнадёжного состояния большинства государст­венных предприятий выполнить эту задачу было весьма сложно. Вследствие отсутствия наличного капитала у государства оно выну­ждено было пойти на поощрение деятельности частного капитала в тех отраслях, развитие которых было крайне важным для экономики страны. Такими отраслями были добывающая и деревообрабаты­вающая промышленность, производство стройматериалов. Однако частный капитал недолго продержался в этих отраслях, уступив ме­сто кооперации.

Для того чтобы кооперативное движение развивалось быстрыми темпами, местные органы власти принимали постановления, позво­ляющие кооперации играть ведущую роль в становлении экономики региона. Так, на заседании Гомельского губернского комитета РКП(б) от 24 августа 1921 г. было принято решение «поставить на деле коо­перацию в более выгодные условия, чем частное предприниматель­ство и торговля. В частности, прекратить безвозмездные отпуски товаров по приказам разным учреждениям, выемки, реквизиции, захва­ты помещения и прочее. Наблюдать на деле правильные расчётные операции» [3, с. 12].

Большое значение придавалось структуре кооперативов, их орга­низационной деятельности. Создающиеся рабочие кооперативы на местах никоим образом не должны были себя противопоставлять ру­ководящим органам кооперации, а должны были всю свою работу проводить через эти органы управления кооперацией.

Власти проводили активную работу по объединению кустарей-частников, число которых весной 1925 г. было около 30 тысяч, в промысловые артели. С каждым годом количество кустарно-промыс­ловых кооперативов и число людей, занятых в производстве, возрас­тало. Только за 1925/26 хозяйственный год количество промысловых артелей в Гомельской губернии возросло с 37 до 92, с числом рабо­тающих в 2 675 человек [4, с. 206]. Мелкая кустарно-промысловая кооперация являлась вспомогательной отраслью крупной промыш­ленности, которая находилась в стадии развития и не могла полно­стью обеспечить потребителей необходимыми товарами. Кроме того, в промысловой кооперации было занято значительное количество рабочих рук, что имело большое значение в условиях безработицы.

Помимо кустарно-промысловой кооперации в 1920-х гг. на Го­мельщине культивировались и другие виды кооперации. Развивалась и жилищная кооперация. На значимость этой формы кооперации указывало и постановление ЦК РКП(б) от 15 июля 1925 года: «Всё внимание партийных, профессиональных и советских организаций должно быть привлечено к ликвидации жилищной нужды рабочих путём всемерного развития рабочего жилищного строительства в крупных городах и промышленных центрах» [5, с. 494]. Жилищные кооперативы создавались во всех городах Гомельской губернии, осо­бенно много жилищных кооперативов создавалось в г. Гомеле. При­влечению максимального количества пайщиков и расширению сети жилищных кооперативов придавалось важное значение. Так, на засе­дании бюро Гомельского укома РКП(б) 3 апреля 1925 года было ре­шено принять меры по максимальному удешевлению стоимости строящихся жилкооперативных домов, применяя при этом метод большего использования рабочей силы из числа самих пайщиков на работах, не требующих квалификации [6, с. 145-146]. Но развитие этой отрасли кооперирования было недостаточным. Основной при­чиной, как отмечалось на заседании бюро Гомельского укома РКП(б) от 10 апреля 1925 года, было сокращение финансирования жил ко­операции по причине урезания целевого жилищного налога [6, с. 26].

Позднее, в 1927-1930 гг. стала активнее развиваться жилищная кооперация. Вследствие вступления в её ряды бывших частных кус­тарей она укрепила свои ряды квалифицированными рабочими, что позволило ей увеличить объёмы строительных работ. Возросло ко­личество построек из кирпича и камня. Это говорит о совершенство­вании технологии в строительстве, что было выгодно как кооперати­вам, гак и заказчикам. А поскольку основным подрядчиком было го­сударство, оно получало двойную выгоду — развивалось кооператив­ное движение, которое было воплощением идей социализма, и укре­плялась строительная отрасль, улучшалось благоустройство городов Гомельщины.

Для развития и поддержки кооперации решающее значение име­ло государственное кредитование. Для этого, как указывалось на за­седании кооперативного совещания при Гомельском губкоме РКП(б) в мае 1923 г., «принимались все меры к упорядочению и планомер­ному проведению кредитования рабочей кооперации» [7, с. 262].

Наиболее интенсивно на Гомельщине развивались кустарно-­промысловые товарищества, на которые приходилось 20 % промыш­ленного баланса при 21,5 тыс. занятых промыслами кустарей [8, л. 262].

С конца 1922 года в Гомельской губернии с целью оказания по­мощи населению и осуществлению мер по борьбе с безработицей стали организовываться артели безработных. Сначала такие артели не отличались численностью и многообразием видов деятельности. Так, первая сапожная артель в г. Гомеле была организована 5 безра­ботными. В начале 1923 г. была организована мастерская по изготов­лению кульков, а затем гам же стали заниматься производством бу­мажных коробок. Такие артели из числа безработных оказались эф­фективным средством в деле их трудоустройства. С 1923 г. начина­ется значительное увеличение их численности. За 1923-1926 гг. губ- отделом труда только в г. Гомеле были организованы следующие артели: «1. Лаечный завод, насчитывающий к началу 1926 года 40 человек; 2. Посадо-хилочная — 38 человек; 3. Строителей — 18 чело­век; 4. Металистов — 65 человек; 5. Парикмахеров — 28 человек; 6. Кулысово-коробочиая — 75 человек; 7. Гвоздильная — 53 человека; 8. Прачешная — 24 человека; 9. Портяжно-дамская — 18 человек; 10. Белошвейная — 21 человек; 11. Портняжно-мужская — 48 человек; 12. Перчаточная — 15 человек; 13. Монтёров — 33 человека; 14. Машинно-переписчицкая — 35 человек; 15. Экспедиторов — 23 человека; 16. Починно-мешочная — 55 человек; 17. Мясников-бойцев — 22 челове­ка; 18. Авторемонтная мастерская — 17 человек; 19. Кондитерская — 34 человека; 20. Ларёк — 58 человек; 21. Технически-чертёжная — 17 чело­век. В 1926 году было открыто ещё 6 артелей: сапожная мастерская — 73 человека, артель сторожей — 160 человек, шапочная артель — 14 человек, артель сапожников — 15 человек, артель по эксплуатации кинотеатра и артель по обслуживанию водозаборных будок и кранов, в которой тру­дилось 25 человек» [9, с. 1].

В Гомельской губернии кроме этих существовали и другие виды кооперации (военная, кооперация инвалидов и др.). Однако результат их деятельности не был продуктивным. По этой причине на коопера­тивном совещании при Гомельском губкоме РКП(б) 11 мая 1923 г. было решено с целыо их укрепления произвести слияние мелких кооперативов в более крупные хозяйства. В документах совещания отмечалось: «Учитывая слабость военной кооперации, кооперирова­ния инвалидов и других, считать необходимым слияние их и ЦРК. Для обслуживания красноармейцев, инвалидов и других создать от­дельные лавки и отделения при ЦРК» [7, с. 262].

В 1927-1930 гг. состояние промышленной кооперации на Го­мельщине (с 1927 года — в Гомельском округе) характеризовалось её количественным и качественным ростом. Об этом свидетельствуют данные проведённого обследования промышленной кооперации Го­мельского округа. Были изучены материалы по Гомельскому промсоюзу и выборочно взятые артели и товарищества за 1930 г. в г. Го­меле (7 артелей и 1 товарищество) и в районах (4 артели и 2 товари­щества). Данные отчёта свидетельствовали о значительном росте кооперирования рабочих, которые, как и крестьяне, переходили из частных собственников в разряд трудящихся на коллективных нача­лах. Наблюдался значительный рост паевого капитала и прибыли, особенно в 1928/29 хозяйственном году, когда процент роста паевого капитала по артельному сектору составил 118,8 %, а по промысло­вым товариществам — 88,5 %. Процент роста прибыли по артельному сектору в 1928/29 хозяйственном году по сравнению с 1927/28 годом составил 216,6 % [10, 11].

Причины такого роста заключались в том, что деятельность про­мышленных кооперативов была более организованной по сравнению с другими формами кооперации. Развитие производственной коопе­рации сыграло положительную роль в промышленном развитии ре­гиона во второй половине 1920-х годов. Поддержка со стороны госу­дарства также положительно сказалась на усилении и укреплении промышленной кооперации.

Наиболее массовый характер кооперативное движение имело в деревне. Развитие кооперации на селе, как по всей стране, так и на Гомельщине, было сопряжено с рядом острых проблем как экономи­ческого, политического, так и социального характера.

С введением НЭПа у крестьян появились надежды на земельную реформу, провозглашённую Советской властью. Важным и срочным делом было землеустройство, что позволило бы создать возможность быстрейшего подъёма сельского хозяйства. Советская власть отказа­лась учесть опыт реформы начала XX ст. и пожелания хлебопашцев. Она предложила новую форму организации сельскохозяйственного производства — коллективную обработку земли. На вооружение была взята идея производственной кооперации, которая была навязана крестьянам. В документах того времени обращалось внимание на два направления социалистической перестройки деревни — коллектив­ную обработку земли в форме товариществ, артелей, коммун и соз­дание государственных предприятий (совхозов).

В соответствии с постановлением Президиума ВЦИК РСФСР от 21 декабря 1922 года, с целью содействия восстановлению сельского хозяйства и сельскохозяйственной промышленности в Гомельской губернии, Народный комиссариат земледелия, Государственный банк, Всероссийский кооперативный банк, гомельские губернский исполнительный комитет, губернский совет народного хозяйства, губернский союз рабочее-крестьянских потребительских обществ, губернский союз сельскохозяйственных и потребительских коопера­тивов, губернский сельскохозяйственный трест и губернский сель­скохозяйственный склад учредили общество сельскохозяйственного кредита под названием: «Гомельское Общество сельскохозяйствен­ного кредита» [11, с. 1-2].

Общество сельскохозяйственного кредита было призвано содей­ствовать снабжению крестьянских сельских хозяйств кредитными средствами (натуральными средствами производства или путём вы­дачи денежных средств); оказывало кредитные услуги, направленные на улучшение и расширение крестьянских хозяйств: крестьяне очень нуждались в кредитовании и пользовались услугами Общества сельскохозяйственного кредита. Кредитование на льготных условиях проходило и через сельхозбанк. Губернское отделение сельхозбанка было открыто в Гомеле в мае 1923 г. Только за 1924-1925 гг. банк выдал кредиты на сумму 500 000 рублей [12, с. 35].

Одной из основных трудностей, с которой столкнулось местное руководство при создании кооперативных хозяйств, являлась кадро­вая проблема. С развитием кооперации в управление кооперативны­ми хозяйствами вливалось всё большее количество членов партии, которые, как считалось, являлись более компетентными в вопросах управления. В 1923—1924 гг. была проведена перевыборная компания органов управления низовой сети кооперации. В результате число коммунистов в правлениях сельских обществ увеличилось с 4,8 до 28 % [12, с. 55].

В 1921-1930 гг. возникало множество кооперативов различных ви­дов и форм деятельности. Создавались кредитные сельхозтоварищества, коммуны, артели, садоводческие, машинные, кустарно-промысловые товарищества, молочно-животноводческие, пчеловодческие, семено­водческие, мелиоративные и другие кооперативные хозяйства.

Нужно отметить, что развитие сельхозкооперации на Гомельщине в 1921-1924 гг. проходило достаточно слабо в силу ряда причин. В эти годы крестьянство находилось в тяжелейшем экономическом положении и не видело в кооперативном движении выхода из своего удручающего состояния. Кроме того, крестьяне не были подготовле­ны к коренному изменению в ведении своего хозяйства и к тем нов­шествам, которые привносила кооперация. Для этого требовалось проводить широкую агитационную и пропагандистскую работу с це­лью убеждения населения в преимуществах и выгоде кооперации, её важной роли в процессе становления экономики государства. С этой целью ежегодно 7 июля проводились международные Дни коопера­ции. На заседании расширенной коллегии Губагитпропа 26 июля 1923 г. указывалось: «Задача этого дня — это пропаганда идей коопе­рации. Основным лозунгом агитации в деревне установить: роль кооперации в восстановлении сельского хозяйства. В городе же ос­новным лозунгом должно быть: о значении Международного Дня кооперации в духе статьи товарища Ленина» [13, с. 23-24].

Агитация проводилась различными методами, но наиболее эф­фективным было привлечение средств массовой информации. В ре­золюции расширенной коллегии Губагитпропа говорилось о необходимости издавать приложения к «Полесской правде» и «Новой де­ревне», посвящённые кооперации [13, с. 23-24].

Проведение активной агитации и пропаганды среди сельского на­селения сказалось па росте кооперативного движения в деревне.

Как отмечалось на XII губернской конференции РКП(б) (1924 г.), в Гомельской губернии в 1923-1924 годах количество сельхозкооперати­вов достигло 288 объединявших более 19 000 пайщиков, что составляло 6,8 % от всех крестьянских хозяйств губернии. В 1924-1925 годы в пяти уездах Гомельской губернии различными формами кооперации уже бы­ло охвачено 23 % крестьянских хозяйств. Имелся 771 кооператив, куда входили 82 028 крестьянских дворов. Распространены были следующие виды кооперации: производственные артели, коммуны, товарищества по совместной обработке земли — 66, подсобно-производственные — 450, по сбыту и переработке сельскохозяйственной продукции — 70, товари­щества без кредитных и с кредитными функциями — 110, переселенче­ские товарищества за пределы губернии — 63, по совместному пользова­нию племенными производителями — 8, союзы сельскохозяйственных кооперативов — 4 [12, с. 39].

Таким образом, за год количество кооперативов увеличилось с 288 до 771, то есть в 2,6 раза, а количество крестьянских хозяйств — в 3,4 раза. Однако следует отметить, что многие крестьяне были чле­нами нескольких кооперативов.

Активная агитационно-пропагандистская работа проводилась среди крестьян о важности наделения земельными наделами пред­ставителей этнических меньшинств (в частности, евреев), которые проживали на территории Гомельщины. Этот вопрос обсуждался на заседании бюро Гомельского укома РКП(б) 7 октября 1925 года, в решении которого указывалось: «надо провести широкую агитаци­онную работу и разъяснить крестьянству сущность наделения землёй евреев». Эти меры принимались во избежание конфликтов с бело­русским крестьянством на почве религиозных и этнических предрас­судков. А такие факты имели место. Так, в д. Грабовка Носовичской волости была разгромлена еврейская сельскохозяйственная артель. Бюро Гомельского укома РКП(б) осудило действия погромщиков и потребовало артель эту — «по политическим соображениям, нужно сохранить во что бы то ни стало, так как её ликвидация повлечёт за собой подобные разгромы в других местах» [6, 230].

На Гомельщине действовало значительное количество товариществ по мелиорации и торфоразработкам. Это было связано с осо­бенностями местного агроклиматического положения региона. Толь­ко в Ветковском районе в 1926 г. было организовано 7 мелиоратив­ных товариществ: по разработке торфа — 3 (в посёлках Ягодное, Но­вая жизнь, Середевина); по эксплуатации рыбных водоёмов — 4 (Хальчанское — «Труд» — 14 человек, Старосельское «Пролетарий» — 11 человек, Шерстинское — «Водный труд» — 7 человек, Новозакружская — «Майская ночь» — 5 человек) [14, 137].

Что касается сельскохозяйственных артелей, коммун и схожих с ними видов хозяйствования, то на Гомельщине они развивались не­сколько медленнее. Совсем слабо были развиты на Гомельщине специальные виды сельскохозяйственной кооперации — скотоводче­ские и машинные. Главной причиной этого была слабая техническая база хозяйств, для животноводческих — нехватка комбикормов, пле­менных пород скота и вообще низкое поголовье скота.

Успешным сельскохозяйственным товариществом в Речицком уезде была коммуна «Днепровская». Организована она была в фев­рале 1923 года в бывшем имении графини Барановской в деревне Сутково. В её состав входили около 40 крестьянских хозяйств. Уже в 1924 году коммуна имела 333 десятины земли, 18 лошадей, 32 коро­вы, 22 овцы, 25 свиней. Гордостью Днепровской сельскохозяйствен­ной коммуны был сад, который располагался на 40 гекгарах земли. О размахе деятельности коммунаров свидетельствует тот факт, что в Ук­раине коммуна приобрела около 40 племенных коров и лошадей, три конные сеялки, столько же конных косилок, молотилку, сноповязку и картофелесеялку. Первым главой коммуны был И.Н. Смирнов, его помощниками были Ф.Д. Ковальчук, И.И.Махонько, И.Р. Пинчук, К.Д. Пинчук, И.А. Пузик, Я.Д. Евсеенко. Все они входили в местную партийную ячейку. Позже И.Р. Пинчук, К.Д. Пинчук и Я.Д. Евсе­енко избирались председателями колхозов в Гомельском и Речицком районах [15, с. 129-130].

Наиболее известна деятельность первого сельскохозяйственного товарищества в Рогачёвском уезде — артели «Равенство», которая была создана весной 1920 г. в д. Заболотье. Главой артели избрали Григория Сергеевича Завадского, бывшего главу комбеда. Коллек­тивное хозяйство начало быстро развиваться, объединив вокруг себя всю бедноту деревни. О деятельности артели стало известно в Моск­ве, её работой заинтересовался председатель ВЦИК М.И. Калинин, Г. Завадского пригласили в Москву. А в 1927 и 1929 годах Григорий Сергеевич избирался членом ЦИК. С 1930 года колхоз носит имя Калинина [16, с. 104].

Во второй половине 1920-х годов развитие кооперации вступило в новую фазу, пройдя начальную стадию становления. Созданная база для развития сельского хозяйства и промышленности начинала приносить первые плоды, что позволяло и кооперации развиваться более интенсивно.

Однако были и сложности в её развитии. Усиливалась дифферен­циация пайщиков-обладателей земельных наделов в Гомельском ок­руге. В 1927/28 хозяйственном году 78,3 % пайщиков имели от 1 до 6 десятин земли, а количество не имеющих земельные наделы соста­вило 13,7 %. Количество пайщиков, владеющих земельными надела­ми в 6-16 десятин было 8 %, а тех, кто владел наделами свыше 16 десятин — 0,1 %. 86,7 % пайщиков имели от 1 до 3 лошадей. Подав­ляющее число хозяйств имело и коров [17, с. 387]. В кооперативы стало вступать большее количество бедняков и середняков, желаю­щих поднять своё благосостояние, работая в кооперативах. Неболь­шое количество земли (до 6 дес.) и скота (до 3) не всегда было доста­точным для большинства семей пайщиков сельхозкооперативов.

Таким образом, кооперация прошла нелёгкий путь становления в 1921-1930 гг. Задачей её было привлечение широких трудящихся масс в кооперативы. Вместе с тем часть из них вступала в них не по своей воле, а была вынуждена вступать в кооперацию, не выдержав налоговый гнёт, применяемый к частникам, и давление со стороны органов власти. Ведь частный сектор в экономике составлял серьёз­ную конкуренцию государственному сектору, что очень тревожило политическое руководство страны, боявшегося усиления «нэпма­нов», входивших в противоречие с идеей социализма. 

Список литературы

  1. КПСС в резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. Т. 3 (1922-1925). — М.: Политиздат, 1984.-494 с.
  2. Там же. Т. 2 (1917-1922).-М.: Политиздат, 1983.-606 с.
  3. Государственный архив общественных объединений Гомельской об­ласти (ГАООГО). — Ф. 2. — ОП. 1. — Д. 201.
  4. Мурашко, М. Н. Промышленность Гомельской губернии в 1921-1926 гг. : проблемы управления и развития / М. Н. Мурашко, Ю.А. Ерохина // Социально-экономические приоритеты рыночных преобразований в Рес­публике Беларусь : сб. ст. — Гомель, 2000. — Вып. 1.
  5. Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967 гг.). В 5 т. — М.: Политиздат, 1967.-Т. 1.-783 с.
  6. ГАООГО. — Ф. 2.-ОП. 1. — Д. 551.
  7. ГАООГО. — Ф. 1. — ОП. 1. — Д. 1341.
  8. ГАООГО. — Ф. 2. — ОП. 1. — Д. 811.
  9. Государственный архив Гомельской области (ГАГО). — Ф. 904. — ОП. 1.- Д. 139.
  10. ГАГО. — Ф. 328. — ОП. 1. — Д. 254.
  11. ГАГО. — Ф. 111. — ОП. 1. — Д. 341.
  12. Трудящиеся Гомельской губернии в борьбе за восстановление на­родного хозяйства (1921-1925 гг.) / И. Б. Кудрявицкий [и др.]. — Мн., 1961. — 80 с.
  13. ГАООГО. — Ф. 2. — ОП. 1. — Д. 487.
  14. Памяць : Гіст.-дакум. хроніка Веткаускага раёна — Мн. : БелТА, 1998. — 608 с.
  15. Память : Гіст.-дакум. хроніка Рэчыцкага раёна. У 2 кн. Кн 1. — Мн.: Беларусь, 1988.
  16. Памяць : Гіст.-дакум. хроніка Рагачоўскага раёна. У 2 т. Т. 1. — Мн. : БелЭн, 1994. — 608 с.
  17. ГАГО. — Ф. 269. — ОП. 1. — Д. 77.

Авторы: М.К. Мурашко, С.В. Туркенич
Источник: Гомельщина в событиях 1917–1945 гг.: материалы науч. практ. конф. / ред. кол. : А.А. Коваленя [и др.]. – Гомель, 2007. Ст. 218-228.