Правоохранительные органы Гомельщины в первые послевоенные годы

0
555
Правоохранительные органы и советская милиция на Гомельщине

В годы Великой Отечественной войны работники правоохранительных органов Беларуси активно участвовали в создании истребительных батальо­нов, защите населённых пунктов, организации партизанского движения и антифашистского подполья.

На заключительном этапе войны на освобождаемую от фашистских за­хватчиков территорию БССР вместе с частями Советской Армии вступали и работники милиции. Сложные социальные условия, чрезвычайно низкий жизненный уровень населения, нехватка продуктов, товаров, медикаментов, эпидемии тифа и других болезней приводили к росту уровня преступности в освобождённых районах. На оперативную обстановку влияла и массовая ми­грация населения после войны. Для ликвидации в короткие сроки последст­вий войны на правоохранительные органы возлагалась задача по обеспече­нию надлежащего общественного порядка. Обострившаяся обстановка с рас­тущей преступностью требовала срочных мер и жестких решений.

Охрана общественного порядка возлагалась, в первую очередь, на На­родный комиссариат внутренних дел (с 1946 г. — МВД). С возобновлением его деятельности в сентябре 1943 г. работа правоохранительных органов начала принимать организованный, скоординированный характер. Уже 28 декабря 1943 г. руководство НКВД переезжает в освобожденный от гитле­ровских оккупантов г. Гомель (ул. Пушкина). Одной из основных задач бы­ло восстановление деятельности органов милиции на местах. Быстрыми темпами шло комплектование областных управлений НКВД, городских и районных отделов милиции. Организационная структура областных управ­лений включала городские и районные отделения милиции с отделениями угрозыска, по борьбе с хищениями социалистической собственности, по боевой подготовке и оперативной деятельности.

В ходе практической деятельности организационная структура право­охранительных органов постоянно совершенствовалась. Были упразднены административные отделения и группы МВД республики. Их штаты пере­давались в паспортные отделы, что позволило высвободить большое коли­чество квалифицированных специалистов для укрепления других милицей­ских подразделений. В районах работали военно-учетные столы, а также адресные бюро. Отделы уголовного розыска были преобразованы в управ­ления уголовного розыска, что свидетельствовало о возраставшей роли дан­ной службы милиции в борьбе с преступностью. Для борьбы с хищениями государственной и колхозной собственности, спекуляцией, взяточничест­вом, хулиганством, с посягательством на личное имущество в БХСС Управ­ления милиции МВД республики было образовано 2 новых отделения по борьбе с хищениями государственного и общественного имущества (1-е восточное — Витебская, Гомельская, Могилевская, Бобруйская, Полесская, Полоцкая, Минская области и г. Минск; 2-е западное — Пинская, Брестская, Гродненская, Барановичская и Молодечненская области).

В первые месяцы после изгнания оккупантов обстановка в Гомеле и области была напряженной. Гомельщина являлась прифронтовой террито­рией. Продолжали греметь взрывы и выстрелы. Правоохранительные орга­ны вели работу по очищению советского тыла от шпионов и диверсантов, бандитских формирований, боролись с жуликами и спекулянтами, оказыва­ли содействие в восстановлении разрушенного хозяйства. На основании решения ЦК КП(б)Б от 19 июня 1944 г. во всех районах БССР, освобождён­ных от фашистских захватчиков, по линии НКВД создавались истребитель­ные батальоны без отрыва от производства из лиц непризывного возраста (младших и старших возрастов), лиц не пригодных к службе в Красной Ар­мии, имевших отсрочку от призыва и бронь на производстве. Основной за­дачей истребительных батальонов являлась «борьба с отдельными парашутистами противника, парашютными десантами, шпионами, диверсантами и всякими пособниками врага, охрана района». Указывалось, что местные партийные организации были обязаны оказывать органам НКВД помощь в отборе людей для истребительных батальонов, обеспечении помещениями дежурных групп и для хранения оружия. Вторые или третьи секретари рай­комов и горкомов КП(б)Б назначались заместителями командиров батальо­нов по политчасти. Предприятия, учреждения, колхозы оплачивали дея­тельность бойцов истребительных батальонов, привлекаемых на выполне­ние оперативно-боевых заданий из расчёта их среднесуточного заработка. На вооружение личного состава истребительных батальонов передавалось трофейное оружие и оружие, сданное партизанскими отрядами. На 1 августа 1944 г. по Гомельской области действовало 18 истребительных батальонов с общей численностью 1820 человек, из них 1465 мужчин и 355 женщин. Также на Гомельщине были организованы 453 группы содействия истреби­тельным батальонам общей численностью 4447 человек. Как свидетельст­вуют архивные документы, «оперативно-служебная деятельность истре­бительных батальонов УНКВД Гомельской области и групп содействия бы­ла нацелена на усиление наблюдения за воздухом и на борьбу с вражескими диверсантами на железнодорожном транспорте, на очистку районов от бан­дитов и их сторонников, дезертиров Красной Армии и трудового фронта, уголовников». Так, в результате оперативно-служебной деятельности по различным видам служебных нарядов (посты воздушного наблюдения, от­ряды заграждения, разведывательно-поисковые группы, секреты и засады, патрулирование, облавы в населённых пунктах, прочёска лесов, операции по заданию органов НКВД, конвоирование, охрана объектов) только за июль 1944 г. истребительными батальонами и группами содействия было произведено 1035 задержаний из них: ставленников немецких захватчиков и пособников врага — 47; дезертиров из Красной Армии и уклонявшихся от военного переучёта — 438; дезертиров трудового фронта -122; нарушителей режима военного времени (нарушение светомаскировки, хождение без про­пусков в ночное время) — 33, уголовного элемента — 6, спекулянтов и ме­шочников — 12, без документов и подозрительных — 327. За этот же месяц было собрано много оружия иностранного и отечественного производства (264 винтовки, 87 автоматов, 19 ручных пулемётов, 105 гранат и др.) [1, с. 13-16, 19, 29].

Одним из важных направлений деятельности милиции в послевоенное время была борьба с вооруженным бандитизмом, особенно в прифронтовых районах. 17 сентября 1943 года в соответствии с постановлением ІДК КПБ(б) была создана Гомельская областная оперативная группа. При УНКВД был организован специальный отдел по борьбе с бандитизмом, а в штатах райотделов введены оперуполномоченные по борьбе с бандитизмом. Они вели оперативную работу по выявлению банд и их связей, ликвидации воровских притонов. В составе бандитских групп, действовавших в Гомель­ской области, были бывшие полицейские, дезертиры из Красной Армии. Например, весной — летом 1945 г. работникам уголовного розыска област­ной милиции удалось ликвидировать несколько крупных бандитско-грабительских групп, действовавших в Гомельском регионе: бандитскую группировку бывших полицейских Д. и Ю., которые были репатриированы из Германии к месту жительства и действовали в д. Петрополье Светиловичского р-на, воровские притоны по ул. Карповича, 81, ул. Интернацио­нальной, 2, ул. Речицкой, 26, в Новобелице и Монастырьке [4, с. 1-2, 31]. Как свидетельствуют документы, среди тех, кто совершал преступления, были военнослужащие Красной Армии, инвалиды Великой Отечественной войны [Примечание — Авторы не называют имена руководителей и участников бандитско-воровских групп, выявленные в архивных документах\.

В трудные послевоенные годы в Гомельской области, как и в целом по стране, были распространены экономические преступления. Большинство из них совершалось по причине крайней нужды и необходимости прокор­мить детей и стариков, но имели место преступления и ради наживы. На отдельных предприятиях города, в торговых организациях и учреждениях имели место случаи массовых хищений собственности. Анализ оператив­ных сводок по экономическим преступлениям показывает, что главным предметом хищений был хлеб. Так, в марте 1944 г. отделом БХСС У НКВД Гомельской области была арестована и привлечена к уголовной ответствен­ности группа из шести человек, занимавшаяся хищением хлеба из пекарни № 1 г. Гомеля. Ежедневно похищалось от 60 до 100 кг хлеба. Всего со дня организации пекарни (15.12.1943 г.) было расхищено около четырёх тонн хлеба [5, 2, 2об]. Также было выявлено, что рабочие хлебопекарни №2 ОРСа железной дороги систематически занимались хищением хлеба и соли, которые продавали на базаре по спекулятивным ценам. Экономические пре­ступления совершались и в результате использования служебного положе­ния. Весной 1944 г. население города и области собирало денежные средст­ва на постройку танковой колонны. Часть этих денег была похищена долж­ностными лицами. Так, председатель Поколюбичского сельского совета «собрал 17 тыс. рублей и с таковыми скрылся, захватив с собой печать с/с»; главный бухгалтер фанерно-спичечного комбината Ново-Белицы, получив­ший «7 786 рублей, собранных на постройку танковой колонны для сдачи в Госбанк, две недели пьянствовал и пропил 1600 рублей» [5, с. 4, 7]. В целях предупреждения проявлений преступности в системе торговли, промкоопе­рации и заготовительных организаций правоохранительными органами про­водилась повседневная проверка ответственно-материальных лиц и сторо­жевой охраны.

В исследуемый период постоянно увеличивалось число уголовных дел по ст. 149 УК «За самогонокурение». Преимущественно по данным делам проходили женщины из сельской местности, мужья и сыновья которых на­ходились в рядах Красной Армии. Как свидетельствуют специальные доне­сения народного суда, районных отделов НКВД, прокуратуры, несмотря на строгие наказания за самогонокурение (лишение свободы до двух лет, при­нудительные работы по месту жительства на один год, штрафы до 500 руб­лей в пользу государства), преступность среди населения по данному виду преступления не снижалось. Например, по Гомельскому району в январе 1944 г. было возбуждено одно уголовное дело по самогонокурению, в фев­рале — 15, а в марте того же года — 21 дело. Партийные и правоохранитель­ные органы обсуждали вопрос об ужесточении мер по данному преступле­нию, так как это было тесно связано с расхищением сельскохозяйственной продукции, и, в первую очередь, зерна [6, 5, 5 об.].

Комплектование пожарной охраны и надзор за противопожарным со­стоянием хозяйственных объектов области также входило в обязанности милиции. Комплектация пожарных команд техникой проходила за счет сборки автомашин из годных частей и деталей трофейного транспорта лич­ным составом пожарной охраны. Поскольку Гомельская область по количе­ству пожаров являлась одним из наиболее неблагополучных регионов в республике, представителями УПО МВД БССР и аппаратом областного ОПО УМВД в мае 1947 г. была проведена проверка противопожарного со­стояния районов Гомельской области. Было установлено, что во многих колхозах, совхозах, МТС, промышленных объектах противопожарная безо­пасность руководителями не обеспечивается, что являлось причинами час­тых пожаров. С целью улучшения противопожарного состояния районов Гомельской области предусматривалось проведение следующих мероприя­тий: организация добровольных пожарных дружин, охрана населённых пунктов в ночное время, обеспечение районных пожарных инспекторов средствами передвижения и другие [2, с. 7].

За годы войны многие дети потеряли своих родителей, остались без жи­лья и средств к существованию. Одним из важных направлений деятельности правоохранительных органов являлась работа по ликвидации детской беспри­зорности и безнадзорности. В начале декабря 1943 г. при областном управле­нии НКВД был организован отдел по борьбе с детской беспризорностью во главе с лейтенантом Готовкиным и старшим инспектором Архиповым. К концу 1943 г. было выявлено 2 414 детей, оставшихся без родителей. Для ока­зания помощи беспризорным детям в феврале 1944 г. были открыты Гомель­ский (ул. Ауэрбаха, 9) и Речицкий детские приёмники на 50 человек каждый. Правоохранительные органы проводили регистрацию детей, оставшихся без родителей, и направляли их в детские дома, передавали на усыновление, под опеку и патронат, направляли на учёбу в школы ФЗО и трудоустраивали. В годы послевоенной разрухи и нищеты резко увеличилось число правонару­шений среди беспризорных детей. С целью улучшения работы по ликвидации детской беспризорности и безнадзорности 7 марта 1944 г. на заседании Го­мельского горисполкома было принято решение об открытии в городе дет­ской комнаты милиции. В соответствии с утверждённой сметой для её орга­низации требовалось 72 тыс. рублей [3, с. 39]. Однако до конца 1940-х гг. так и не был решён вопрос об открытии в Гомеле детской комнаты милиции, что не позволяло инспекторам милиции проводить профилактическую работу по предупреждению детской беспризорности и безнадзорности.

В обязанности органов милиции входила работа по предупреждению и ликвидации нищенства в области. С этой целью проводилось систематиче­ское «изъятие» нищих с улиц г. Гомеля и других городов области. Им ока­зывалась помощь по трудоустройству через областные органы социального обеспечения. Не желавших работать и продолжавших попрошайничать дос­тавляли в отделения милиции, где с ними и их родственниками (при нали­чии) проводились разъяснительные беседы.

В связи с массовыми случаями заболевания тифом в городе и области правоохранительные органы активно сотрудничали с медицинскими учреж­дениями. Участковые милиционеры были обязаны проводить подворное обследование населения с целью выявления очагов инфекции. В некоторых случаях им приходилось проводить принудительную госпитализацию выяв­ленных больных, рискуя собственной жизнью.

В первые послевоенные годы в работе правоохранительных органов были значительные трудности. Прежде всего не хватало квалифицирован­ных оперативных работников, сотрудников загсов и паспортистов. В рай­онах на одного штатного сотрудника милиции приходилось по три-четыре и более сельсоветов. Правоохранительные органы не были обеспечены доста­точным количеством автотранспортных средств. Например, в распоряжении сотрудников Гомельского УВД было только около 80 лошадей (от 2 до 8 на каждый районный отдел милиции). В годы войны в областном центре и районах были разрушены здания учреждений внутренних дел. В связи с этим они были вынуждены размещаться во временно бесхозных жилых до­мах, в которых отсутствовала даже телефонная связь. На деятельность пра­воохранительных органов, особенно в сельской местности, негативно влия­ли и тяжёлые материально-бытовые условия. С целью улучшения условий жизни сельской милиции в декабре 1946 г. бюро Гомельского обкома КП(б)Б провело проверку выполнения местными руководящими партийны­ми и советскими органами соответствующего постановления Совета Мини­стров и ЦК КП(б)Б. Обком КП(б)Б срочно «потребовал создать нормальные материально-бытовые условия сельской милиции и особенно участковых уполномоченных, обеспечить всех работников и членов их семей хлебными карточками, возвратить незаконно изъятых у них коров, выданных из числа трофейного скота, обеспечить нуждающихся жилплощадью и нацелить приусадебными земельными участками» [2, с. 12].

На завершающем этапе Великой Отечественной войны и в первые по­слевоенные годы правоохранительные органы Гомельской области, несмот­ря на значительные трудности и серьезные недостатки в работе, обеспечи­вали правопорядок в регионе.

Список литературы

  1. Государственный архив общественных объединений Гомельской об­ласти (ГАООГО). Ф. 144. Оп. 19. Д. 74.
  2. ГАООГО. Ф. 205. Оп. 2. Д. 3.
  3. ГАООГО. Ф. 296. Оп. 1. Д. 462.
  4. ГАООГО. Ф. 265. Оп. 1. Д. 35.
  5. ГАООГО. Ф. 265. Оп. 1. Д. 7.
  6. ГАООГО. Ф. 205. Оп. 1. Д. 10.


Авторы:
А.И. Зеленкова, М.П. Сабинская
Источник: Страницы военной истории Гомельщины: материалы науч.-практ. конф. / ред. кол.: А.А. Коваленя и др. – Гомель, 2008. – 236 с. Ст. 137-142.