Политика насильственной белорусизации в старообрядческих поселениях Ветки в 1920-е гг. и стойкое сопротивление старообрядцев обучению детей в школах на белорусском языке

0
369
Политика насильственной белорусизации в старообрядческих поселениях Ветки в 1920-е гг. и стойкое сопротивление старообрядцев обучению детей в школах на белорусском языке

Источниками для написания данного исследования по­служили опубликованные архивные документы из Государ­ственного архива Гомельской области (Республика Беларусь), Государственного архива Брянской области (Российская Фе­дерация [10, 4]. В них содержится важная информация о раз­витии старообрядческих поселений Стародубья и Ветки в 1920 гг. Автором исследования частично уже была опублико­вана информация по данной теме [5]. Однако мы предполага­ем возможность расширения информации в связи с введением в научный оборот новых документов.

Древние центры русского старообрядчества Стародубье и Ветка, находившиеся до революции на территории Чернигов­ской и Могилевской губерний, в советский период продолжили свое существование и, несмотря на жесткие меры преследова­ния со стороны органов советской власти, сохраняли молит­венное общение и уникальные памятники старообрядческой культуры — иконы, рукописи, книги кириллической печати, произведения медной художественной пластики. На террито­рии Ветки были храмы, на территории Стародубья — монасты­ри, скиты, храмы, которые сохранялись до начала 1930 гг.

В период проведения новой экономической политики (1924-1929 гг.) Коммунистическая партия Белоруссии при­ступила к проведению белорусизации. Хотя государственны­ми языками были объявлены четыре — русский, белорусский, польский и еврейский, однако в 1928 г. начался перевод обуче­ния детей в школах на белорусский язык. Одновременно про­исходил перевод системы делопроизводства и средств массо­вой информации также на белорусский язык. Но эта политика КПБ носила форсированный характер; имела административ­ные методы осуществления; полный контроль и идеологиче­ский диктат со стороны партийных органов. Старообрядцы считали это дальнейшим наступлением советской власти на духовную жизнь и культуру старообрядчества.

Введение системы обучения на белорусском языке в ста­рообрядческих поселениях Ветки привело к полному неприя­тию этого членами старообрядческих общин. Русскому насе­лению, которое считало себя «великороссами», сохранившему уникальное культурное наследие — древние рукописи XV в., книги кириллической печати XVI-XVIII вв., большое количе­ство икон с назидательными текстами на церковнославянском языке, других раритетов, не разрешали учить детей на родном русском языке.

Белорусизация проходила одновременно с расширением территории Белорусской Советской Социалистической Ре­спублики (БССР). В 1924 г. ей были возвращены территории современных Могилевской и Витебской областей, а в 1926 г. — Гомельский и Речицкий округа, была создана Гомельская гу­берния. Именно на территории Гомельщины размещались старообрядческие поселения Ветки: слободы Нивка, Грабовка, Папсуевка, Спасовка, Тарасовка, Дубовый Лог, Марьина, Романова, Мильча, Косицкая, Леонтьева, город Ветка, др. Кроме них, старообрядцы проживали в населенных пунктах — деревнях со смешенным составом населения, но этноконфессионального смешения не допускали. Ранее часть исконных названий старообрядческих поселений — слободы Леонтьева, Романова — были заменены на революционные. Так, слобода Романова получила название Борьба, слобода Леонтьева — по­селок (село) Калинина.

С 1927-28 учебного года школы Гомельской губернии долж­ны были начать обучение на белорусском языке. Документы Го­сударственного архива Гомельской области свидетельствуют об этом. Так в «Протоколе общего собрания граждан деревни Сивенка Ветковского района от 8 мая 1927 г. о переводе обучения в школе на белорусский язык» отмечается, что «наша дер[евня ] окружена деревнями с великорусским населением, а также в на­шей деревне есть часть великорусского населения, поэтому про­сим все отделы нар[одного] образования ввести в на[шей] дер. Сивенка только великорусский язык. В случае же в будущем году в нашей школе будет введен белорусский язык, то дети в школу гражданами не будут посланы» [6; 50].

Перевод системы школьного обучения на белорусский язык вызвал стойкий протест старообрядческого населения, о чем свидетельствует «Служебное письмо председателя Новожизненского сельсовета Лазоренко и секретаря Соколова за­ведующему Добрушским районным отделом образования от 6 сентября 1927 г. о негативном отношении населения и сель­совета к обучению детей на белорусском языке» от 6 сентября 1927 г. [9;50]. В нем говорится: «В поселке нашем большинство населения старообрядцы, а школа наша в этом году предназна­чена записаться на белорусском языке, что вызывает протесты и волнения среди населения. Граждане относятся пассивно к устройству новой школы. На основании чего Новожизненский сельсовет просит районо возбудить ходатайство перед окроно о разрешении нашей школы записаться всем ученикам на рус­ском языке. Ибо многие граждане не желают посылать учеников в школу обучаться белорусскому языку, твердо надеясь на сов[етскую] власть, что принуждения со стороны власти не будет».

В «Информации председателя Ветковского райисполкома в Гомельский окружной отдел народного образования о насе­ленных пунктах района с преобладающим русским населением 19 ноября 1927 г.» [3; 51] отмечено, что в населенных пунктах Борьба (бывшая старообрядческая слобода Романова), Папсуевка, Косицкая, Калинина (бывшая старообрядческая слобода Леонтьева), Тарасовка, Дубовый Лог преобладает русское на­селение, где необходимо основать русские школы. При этом национальный состав в г. Ветки приблизительно составляет: евреев — 40%, белорусов — 32%, русских — 28%. Информацию подписали глава Районного военного комиссариата (РВК) Загарщиков, районный инспектор народного образования Ко­вальчук, секретарь Перевужин». Следовательно, органы ис­полнительной власти должны были осознавать необходимость сохранения обучения на русском языке в старообрядческих поселениях Ветки. Однако наблюдались случаи механического отбора учащихся при формировании групп с обучением на бе­лорусском языке, о чем свидетельствует «Протокол заседания школьного совета Ветковской семилетней школы им. Плехано­ва о формировании белорусской группы учащихся» от 30 декабря 1927 г. Он гласил: «Отбор бел[орусской] группы проводился так: всех старообрядцев отобрали в одну группу, остальные же были оставлены в белорусской» [7;51]. Интересы представителей дру­гих национальностей не учитывались.

Старообрядческое население Ветки и окружающих ее старообрядческих поселений сопротивлялось насильственной ломке традиционного культурно-бытового уклада. Но на селе создавались отделы, руководящие культурно-просветительной работой, культурными связями города и деревни. Они назы­вались «культсмычкой». С 1925 г. к годовщинам Октябрьской революции эти отделы должны были проводить мероприятия по постановке агитационных пьес, создавать революцион­но-праздничное настроение среди трудящихся масс города и деревни, пропагандировать достижения партии большевиков и советской власти в области внешней и внутренней полити­ки. В «Протоколе № 5 заседания агитационно-пропагандист­ского отдела комиссии ячейки КП(б) Б фабрики «Герой труда» о работе культсмычки» от 10 февраля 1928 г. отмечалось: «Вся работа проводится с большими трудностями. Население Ма­рьино состоит из старообрядцев. Работа среди них почти не­возможна. Они еще крепки в своих обычаях…» [8;51].

Вместе с тем открытого противостояния органам совет­ской власти старообрядцы Ветки не проявляли. Так, в «Декла­рации старообрядцев Леонтьевской общины Ветковского рай­она о лояльном отношении к советской власти» от 29 апреля 1929 г. отмечалось: «Мы ниже подписавшиеся, [члены] общи­ны верующих беспоповцев Леонтьевского общества в числе 497 человек обязуемся подчиняться всем распоряжениям цен­тральной и местной власти и беспрекословно выполнять все воинские и государственные повинности наравне с другими гражданами СССР, в чем и подписываемся» [1;67]. В названии документа и тексте есть разночтения в наименовании обще­ства, но имеется в виду одно общество — старообрядческой сло­боды Леонтьевой. По нашему мнению, данная «Декларация.» была написана под давлением местных органов власти, но дей­ствительно открытого противостояния между органами власти на местах и старообрядческими общинами не было.

Подобные «декларации» органы исполнительной власти, видимо, заставляли подписывать старообрядцев и из других поселений, так как аналогичный документ был написан старо­обрядцами Косицкой общины Ветковского района о лояльном отношении к советской власти. В «Декларации старообряд­ческой общины Ветковского района о лояльном отношении к советской власти» от 29 апреля 1929 г. говорилось, что «ве­рующие сл. Косицкой, общины старообрядцев-христиан в ко­личестве 434 человек, настоящим сообщаем, что отношение наше к советской власти [нормальное] и к общественным повин­ностям относимся, как и все граждане советской страны. Отбы­вание воинской повинности несем с оружием в руках для защиты от врагов советской власти, в чем и подписываемся» [2; 65].

Старообрядцам удалось отстоять право обучения своих детей на родном русском языке. В 1929 г. началось сверты­вание политики белорусизации. Но традиционная народная религиозность сохранялась в старообрядческих общинах.

Возрождение духовной активности старообрядческих общин произошло в период Великой Отечественной войны.

Итак, в ходе проведенного нами исследования опублико­ванных архивных документов из Государственного архива Го­мельской области, Государственного архива Брянской области мы пришли к следующим выводам:

  1. В 1920-х гг. сохранялись большие по численному со­ставу старообрядческие общины в ветковских слободах, как поповские, так и беспоповские. Члены этих общин сохраняли традиционные религиозные верования, этноконфессиональное общение на родном языке, документально декларирова­ли лояльное отношение, как к центральным органам, так и местным органам советской власти, то есть открытого проти­востояния власти не высказывали, не отвергали выполнение воинской повинности. Но настоятельно требовали сохранения обучения детей в школах на родном «великорусском языке».
  2. 1924-1929 гг. на территории советской части Бело­руссии начала внедряться в жизнь политика белорусизации. В 1928 г. начался перевод детей на обучение в школах на белорусском языке, перевод системы делопроизводства на белорусский язык, постепенный переход средств массовой информации на белорусский язык, создание национальной бе­лорусской культуры.
  3. Она имела форсированный характер; административные методы осуществления; полный контроль и идеологический диктат со стороны Комуннистической партии Белоруссии.
  4. Старообрядцы считали эту политику дальнейшим на­ступлением советской власти на духовную жизнь и культуру старообрядчества. Они находились в условиях иного этниче­ского, конфессионального окружения. Сохранение родного языка было для них сохранением веры и традиций предков.
  5. Старообрядцы Ветки понимали, что, несмотря на на­личие идеологического преследования со стороны советской власти, им необходимо сохранить уникальное наследие Древ­ней Руси — книги и иконы, другие предметы религиозного культа для передачи его последующим поколениям, поэтому твердо отстаивали право обучения детей в русских школах на русском языке.
  6. Органы местной власти требовали безукоризненно­го подчинения членов старообрядческих общин советскому законодательству, заставляли подписывать декларации о ло­яльном отношении к советской власти всех членов общин. Это приводило к тому, что народная религиозность старооб­рядцев еще больше уходила в «подполье» и ярко проявилась в период военного лихолетья и немецко-фашистской окку­пации 1941-1943 гг.

Библиографические ссылки

  1. «Декларации старообрядцев Леонтьевской общины Ветковского района о лояльном отношении к советской власти» от 29 апре­ля 1929 г. Документ 51 // Старообрядцы на Гомельщине (1918­1991): док. и материалы / сост. З.А. Александрович [и др.]; под ред. В.П. Пичукова; редкол.: А.Д. Лебедев [и др.]. Минск, 2017. 412 с.: ил.
  2. «Декларации старообрядческой Косицкой общины Ветковского района о лояльном отношении к советской власти» от 29 апреля 1929 г. Документ 47 // Старообрядцы на Гомельщине (1918-1991): док. и материалы…
  3. Информации председателя Ветковского райисполкома в Гомель­ский окружной отдел народного образования о населенных пун­ктах района с преобладающим русским населением 19 ноября 1927 г.» Старообрядцы на Гомельщине (1918-1991): док. и мате­риалы…
  4. История индустриализации Западного района. Брянск, 1972. — 614 с.
  5. Кочергина М.В. Стародубье и Ветка в истории русского старообрядчества (1760-1920 гг.): демографическое развитие старооб­рядческих общин, предпринимательство, духовная жизнь, куль­тура. Брянск, 2011. 451 с., 15 ил.
  6. «Протокол общего собрания граждан деревни Сивенка Ветковского района от 8 мая 1927 г. о переводе обучения в школе на белорусский язык». Документ 31 / Старообрядцы на Гомельщине (1918-1991).
  7. «Протокол заседания школьного совета Ветковской семилетней школы им. Плеханова о формировании белорусской группы уча­щихся» от 30 декабря 1927. Документ 34 // Старообрядцы на Гомельщине (1918-1991). Док. и материалы…
  8. «Протокол № 5 заседания агитационно-пропагандистского от­дела комиссии ячейки КП (б) Б фабрики “Герой труда” о работе культсмычки» от 10 февраля 1928 г. Документ 35 // Старообряд­цы на Гомельщине (1918-1991): док. и материалы.
  9. «Служебное письмо председателя Новожизненского сельсовета Лазоренко и секретаря Соколова заведующему Добрушским рай­онным отделом образования от 6 сентября 1927 г. о негативном отношении населения и сельсовета к обучению детей на белорус­ском языке» от 6 сентября 1927 г. Документ 32 // Старообрядцы на Гомельщине (1918-1991): док. и материалы.
  10. Старообрядцы на Гомельщине (1918-1991): док. и материалы / Сост. З.А. Александрович [и др.]; под ред. В.П. Пичукова; редкол.: А.Д. Лебедев [и др.]. Минск, 2017. 412 с.: ил.

Автор: Марина Викторовна Кочергина
Источник: Язык, книга и традиционная культура позднего русского Средневековья в науке, музейной и библиотечной работе Труды IV Междунар. науч. конф.: Сб. науч. ст. 2019. Красногорск. С. 527-534.