Под пером летописца и лопатой археолога

0
366
Раскопки в Гомеле, археология Гомель

В середине XII столетия земля радимичей уже была окончательно разделена между двумя соседями: север вместе с Кречютом (современным Кричевом) и Прупоем находился под властью смоленских князей, юг (гомельское течение Сожа) входил в черниговские владения. Поход Ростислава Мстиславича 1142 года не преследовал цель изменить сложившуюся карту границ. Главная задача была иной: создать Чернигову угрозу с севера и отвлечь внимание коалиции Ольговичей и Давидовичей от киево-переяславльского направления боевых действий. Поэтому, ограбив гомийские сёла и, вероятно, так и не овладев Гомием, смоляне убрались восвояси.

По скупым письменным сообщениям о Гомии середины XII столетия, которые содержатся в летописных памятниках, трудно угадать, почувствовать размеренный пульс полнокровной жизни большого раннефеодального города. И здесь на помощь историку приходят материалы археологических исследований1.

Вторая половина XII – начало XIII веков – это время экономического и культурного расцвета Гомия. Если бы можно было на время перенестись в ту далёкую эпоху, то внимание наблюдателя привлекли бы видные с любой точки города грозные башни и стены детинца, ярусы хоромного дворца, купола монументального собора и церквей. У подножия крепости, у самого Сожа размещалась городская пристань, куда из селений волости, Чернигова, Киева, Любеча, Смоленска и дальних земель прибывали корабли и лодки с товаром. На торговой площади (предположительно размещалась к северу от детинца) можно было встретить и «заморских гостей», и местных купцов. Из столицы Киевской Руси везли богатую стеклянную посуду, браслеты и перстни из цветного металла, стекла, предметы христианского культа. Из далёких византийских городов Северного Причерноморья прибывали сюда большие красноглиняные амфоры с южным вином и оливковым маслом, дорогие ткани. Местные торговцы предлагали мех, шерсть, кожи, воск, пищевые продукты, скот, изделия гомийских мастеров – глиняную и деревянную посуду, металлические украшения, инструменты для ювелирного и кузнечного дел, хозяйственный инвентарь. Денежным эквивалентом товара служили не монеты, а серебряные слитки-гривны. На гомийском рынке обращались гривны киевские (весом 163–165 г) и новгородские (весом 200 г).

В окольном граде кипела трудовая жизнь. К узким улицам, стрелами расходившимся от цитадели к воротным башням городских укреплений, примыкали усадьбы. Здесь жили люди, в той или иной мере связанные с обслуживанием княжеского хозяйства. Работали мастерские по огранке янтаря и производству янтарных украшений, по приготовлению стеклянной глазури для покрытия гончарной посуды, литью украшений из меди, серебра и сплавов. Близ Сожа размещался «южный» посад, который тянулся вдоль реки до нынешнего Ильинского спуска. Здесь работали косторезы, кожевенники, металлурги, гончары и хлебопашцы. У границ городской территории они имели огороды и поля, а также сеножати. Второй посад – «северный» – располагался над Сожем между Киевским и Боярским спусками.

Ещё несколько лет тому назад учёные могли только догадываться, что населению летописного Гомия была известна грамота и письменность. Последние находки археологов делают это предположение достоверным научным фактом и говорят, что письменность начала распространяться в городе ещё в XI–XII веках. Речь идёт о специальных орудиях письма – писалах (стилях). Это небольшие железные или бронзовые заостренные стержни, снабжённые лопаточками. Буквы наносились острой частью инструмента на берёзовую кору – бересту или навощённые дощечки. Такой способ письма практиковался в Древней Руси с X столетия. Среди археологических находок есть и обломок железного серпа с выбитой на нём буквой кириллического алфавита…

тяжеловооруженные воины, Древняя РусьТяжеловооружённые гомийские воины XII–XIII веков
Рисунок-реконструкция Ю.М. Лупиненко

Несмотря на периодически вспыхивавшие княжеские распри и усобицы, ложившиеся дополнительным бременем на городскую экономику и плечи трудового люда, Гомий растёт и богатеет. К началу XIII столетия его площадь достигает 45–50 га, что по меркам восточнославянского средневековья равно территории значительного городского центра с многотысячным населением. Именно Гомий в середине XII века сыграл роль спасительного убежища для одного из беспокойных князей.

Князь Изяслав Давидович, сменивший родного брата Владимира, сел на черниговское княжение в 1151 году. Его главным честолюбивым замыслом было овладение киевским столом. Поэтому, когда в 1154 году умирает великий князь Изяслав Мстиславич, его черниговский тёзка стремительно (опережая других претендентов – Ростислава Мстиславича и знаменитого Юрия Долгорукого) подходит с войсками под стены Киева. Однако столичное боярство – опора любой власти – отказывает Изяславу Давидовичу и он ни с чем возвращается в Чернигов. Приглашение на стол получает Ростислав смоленский, который тут же идёт походом на сына Долгорукого Глеба, правившего в Переяславле, и побеждает последнего. С Давидом же справиться не удаётся: пойдя к Чернигову, Ростислав явно не рассчитал своих сил и был разгромлен черниговским князем в двухдневной битве.

Спасаясь бегством, посрамлённый Ростислав удаляется в Смоленск. Изяслав Давидович въезжает в стольный град и садится на великое княжение, временно (1154–1155 годы) оставив Чернигов двоюродному брату Святославу Ольговичу.

Триумф Изяслава продолжался недолго. Недооценил он силу и влияние другого соискателя киевского стола – Юрия Долгорукого. Соперник грозно потребовал Киева и добился своего, не прибегая к оружию. Изяслав Давидович возвращается на черниговское правление (1155–1157 годы), где начинает собирать антикиевскую коалицию, в которую вошли галицкий изгой Иван Берладник, волынский князь Мстислав Изяславич и вчерашний недруг Изяслава Ростислав Мстиславич смоленский. Неприятели Юрия уже двинули свои войска на Киев, но пришло известие о внезапной кончине Долгорукого (1157 год).

Изяслав Давидович второй раз становится великим князем киевским2, пытаясь оставить в Чернигове своего племянника – вщижского князя Святослава Владимировича. Однако этим планам воспротивились Ольговичи. Черниговским князем в 1157 году вновь становится двоюродный брат Изяслава Святослав Ольгович (правил до 1164 года). Этот князь рассчитывал, что Изяслав, перешедший в Киев, отдаст ему по праву все черниговские земли. Но не тут-то было: большую часть княжества князь оставил за собой и своим племянником. Среди последних, «не исправленных» Святославу владений был и Гомий. В 1158 году Святослав Ольгович жалуется, что Изяслав дал ему только «Чернигов с 7-ю город пустых… а всю волость черниговскую собою держить и с своим сыновцем»3. В составе этой волости были не только гомийские, но и чичерские, а также вщижские земли4.

В 1158 году Изяслав Давидович терпит поражение во вновь разгоревшейся борьбе за Киев от Мстислава Изяславича. Изяслав, изгнанный из столицы, бежит именно в Гомий, куда направляется через Вышгород. К гомиянам он прибыл вместе со Святославом Владимировичем и срочно послал гонцов за супругой в Киев. Ей удалось бежать с помощью зятя – сына Юрия Долгорукого, переяславльского князя Глеба. Преодолев несколько дней пути, она на радость мужу прибыла в Гомий5.

Изяслав укрылся в Гомии отнюдь не случайно: этот затерявшийся на северных окраинах Черниговской земли город имел надёжные на случай осады фортификации и располагал достаточными материальными и людскими ресурсами, чтобы изгнанник мог продолжать борьбу за восстановление утраченной власти. Изяслав Давидович собирает в Гомии верных ему дружинников и осуществляет поход в вятичские владения своего недруга Святослава Всеволодовича, где захватывает город Облов. В 1160 году Изяславу даже удаётся на короткое время восстановить свою власть в Киеве.

После смерти Изяслава (1161 год) Гомий переходит к князю Святославу Ольговичу. Смерть Святослава в 1164 году привела к тому, что по праву наследования черниговский стол занял его племянник по старшему брату Святослав Всеволодович. Однако сын усопшего Олег Святославич также претендовал на Чернигов и прочие города черниговские. Едва услышав о кончине Святослава Ольговича, Всеволодович незамедлительно отправил во все города своих посадников, а в Гомий – сына6. Отправку в город представителя княжеского рода следует рассматривать как возможность появления в нём автономного, удельного княжеского правления7. Летописная запись 1164 года подчёркивает заметные отличия Гомия от других черниговских городов XII столетия. Археологические материалы проясняют смысл многозначительных строк летописи: Гомий действительно был в ряду крупнейших и богатейших центров княжества.

печать, Гомель, печаткаПечать черниговского князя Святослава Всеволодовича.
Гомель, XII век. Раскопки автора 1995 г.

60–70-е годы XII века прошли в Чернигово-Северской земле под знаком непрекращающейся борьбы за черниговский стол между князьями из «племени» Ольговичей.
Особенно острой была междоусобица в годы правления Святослава Всеволодовича. Новгород-северский князь Олег Святославич несколько раз вторгался в собственно черниговские пределы, сжёг города Моровийск и Лутаву, ограбил сёла и замки в окрестностях Стародуба. Ответ черниговского Святослава был аналогичен: князь направлял вооруженные экспедиции в новгород-северские владения.

В 1176 году враждовавшие на Руси княжеские ветви Ростиславичей и Ольговичей, не желавшие уступать друг другу первенства в великокняжеских киевских делах, пришли к компромиссу и посадили на киевский стол сразу двух князей из противоборствующих лагерей: Рюрика Ростиславича и Святослава Всеволодовича черниговского. Такой «дуумвират» способствовал примирению честолюбивых князей и нёс спокойствие земле Русской.

Тем временем черниговский стол и власть над Гомием переходят в руки младшего брата Святослава – Ярослава Всеволодовича (правил до 1198 года). «Замирение» князей позволило вновь объединить силы в борьбе с половецкой степной стихией и совместными усилиями целой коалиции многих князей нанести южному соседу крупные поражения. Активное участие в походах на половцев принимали и чернигово-гомийские полки Ярослава Всеволодовича.

Новгород-северский князь Игорь Святославич с завистью смотрел на победы своих соседей – Святослава и Ярослава Всеволодовичей. Не рассчитав собственных сил, он решается на отчаянный шаг – самостоятельный поход вглубь Великой Степи (1185 год), который обернулся настоящей катастрофой для Южной Руси. Полный разгром полков Игоря Святославича половцами на берегах Каялы привёл к тому, что степняки хлынули не только на Новгород-Северщину, но и на соседние собственно черниговские земли. «И бысть скорбь и туга люта, якоже николи же не бывала во всем Посемьи, и в Новегороде Северьском, и по всеи волости Черниговьскои, князи изымани и дружина изымана, избита»8. Возможно, и в окрестностях Гомия какое-то время хозяйничали половцы, жгли и грабили посожские сёла. Только к концу 80-х – началу 90-х годов южнорусским князьям удалось очистить территории Киевщины, Чернигово-Северщины и Переяславльщины от половецких орд.

В 1198–1202 годах печально знаменитый Игорь Святославич сидит на черниговском столе. Следовательно, одно время и Гомий принадлежал герою «Слова о полку Игореве». После Игоря на столе последовательно сменяются его племянник Олег Святославич, будущий киевский князь Всеволод Святославич Чермный, Рюрик Ростиславич, младший брат Чермного Глеб Святославич. Большинство этих князей правило всего по несколько лет и не оставило значительного следа в гомийской истории.

В 1214 году черниговский стол занял Мстислав Святославич, младший брат Глеба Святославича. Судьба его была славной и трагической. От своих предшественников Мстислав отличался тем, что не предъявлял никаких претензий на великокняжеский стол и уважал старшинство сидевшего в Киеве Мстислава Романовича. Последний год правления Мстислава Святославича (1223) совпал с нашествием на земли Северного Причерноморья (непосредственно граничившие с Русью) монголо-татарских орд Чингисхана.

Разбитые в 1222 году монголами половцы обратились за помощью к великому князю Мстиславу Романовичу. Мстислав внимательно отнёсся к просьбе вчерашних врагов, ибо понимал: следующей жертвой великих и свирепых завоевателей может стать Русь. С редким единодушием откликнулись на призыв Мстислава выступить против монголо-татар древнерусские князья. Огромное войско составили дружины киевского, смоленского, галицкого, владимиро-суздаль­ского, курского, новгород-северского правителей. Привёл свои полки и черниговский князь Мстислав Святославич. Надо полагать, что в этих рядах были и гомийские, и чичерские, и рогачёвские, и речицкие ратники. Восточнославянская армия («невиданьная» доселе рать) объединилась с половцами и двинулась в Великую Степь.

орнамент, ГомельОрнамент на деревянном сосуде. Гомель, первая половина XIII века. Раскопки автора 1987 г.

Русско-половецкая и монголо-татарская силы сошлись на решающую битву у реки Калки. Монголы оказались сильнее: воспользовавшись несогласованными действиями русичей и половцев, они наголову разгромили своего противника. После жестокого сражения на Русь вернулась едва ли десятая часть выступивших в поход воинов. В этой битве сложил свою буйну голову и князь Мстислав Святославич…

Но «сеча лютая» на Калке не была напрасной: обескровленные завоеватели так и не решились ни в 1223 году, ни в последующем десятилетии на вторжение в восточнославянские земли.

А тем временем внутриполитическая ситуация на Руси всё более и более обостряется. Южнорусские князья борются за власть и мало задумываются о том, что у границ восточнославянских княжеств уже готовится к решительному броску общий враг, очень сильный и свирепый. Черниговских правителей куда больше беспокоит быстрое усиление новых претендентов на первенство в общерусских делах – князей Владимирской земли, а также активность соседей-смолян. По-видимому, в прямой связи с ростом междоусобных столкновений в Гомии в первой половине XIII столетия предпринимаются масштабные фортификационные работы, совершенствуются укрепления детинца.

И всё же Русь не была готова к новым грозным потрясениям и шла навстречу будущей катастрофе. Последними гомийскими правителями «домонгольского» периода были черниговские князья Михаил Всеволодович и Мстислав Глебович…

1. Материалы археологических раскопок М.А. Ткачёва и автора.

2. ПСРЛ. Т.II. СПб., 1908. Стб. 498.

3. Там же. Стб. 500.

4. Зайцев А.К. Черниговское княжество // Древнерусские княжества X-XIII вв. М., 1975. С.104.

5. ПСРЛ. Т.II. Стб. 502.

6. Там же. Стб. 523.

7. Зайцев А.К. Указ. соч. С. 104.

8. ПСРЛ. Т.II. Стб. 645.
Автор: О.А. Макушников