Памятники Х-ХІІІ вв. в окрестностях г. Лоева Гомельской области

0
108
Памятники Х-ХІІІ вв. в окрестностях г. Лоева Гомельской области

В ходе разведочных археологических работ, проведенных в 2004 г. в г. Лоеве и к северу от него по правому берегу Днепра (до д. Переделка Лоевского р-на), был обследован ряд памятников эпохи Древней Руси.

На рассматриваемом участке Лоевского р-на раскопки и разведки в разные годы проводили В.З. Завитневич, А.Д. Коваленя, Ю.В. Кухаренко, П.Н. Третьяков, О.Н. Мельниковская, Л.Д. Поболь, М.А.Ткачев, М.И. Лошенков, О.А.Макушников и др. Ими было выявлено не менее 9 средневековых памятников, в т. ч. 3 курганных могильника, одиночный курган, 4 поселения и остатки городища средневекового Лоева.

Первым исследователем региона был В.З. Завитневич, который в конце XIX в. предпринял попытку пройти сплошными разведками условный треугольник от Лоева на востоке до с. Микуличи (в нынешнем Брагинском р-не) на западе и г. Речицы на севере с целью определения восточной границы распространения дреговичских древностей. Следует отметить, что ученого интересовали почти исключительно курганы. В 1890-х гг. им были раскопа­ны 15 курганов из более чем 70-ти на могильнике в ур. Грегорово Поле у Лоева и 26 из свыше 600 на могильнике в д. Мохов (примерно в 5-7 км от Лоева). В.З. Завитневич считал возможным выделение локальных особеннос­тей в местном погребальном обряде древнерусской поры, которые в подав­ляющем большинстве случаев, по его мнению, выражаются в положении костяков на горизонте, наличии предметов вооружения, отсутствии височных колец и присутствии большого количества украшений, изготовленных на основе бронзовой спирали [1, с. 11-16]

В 2004 г. при обследовании могильника в ур. Грегорово Поле выявле­но 53 кургана. Многие из них пробиты «колодцами», некоторые раскопаны «на снос». Неповрежденными остались 32 насыпи. Данный могильник можно предварительно датировать Х-ХІ вв.

Раскопки могильника в д. Мохов, проведенные В.З. Завитневичем в конце XIX в. и О.А. Макушниковым в 2003-2004 гг., дают основание утверж­дать, что основная часть погребений была совершена на нем во второй поло­вине Х-ХІ вв.

Поселения, расположенные рядом с этими могильниками, в целом подтверждают сделанные выводы. Селище в ур. Грегорово Поле располагает­ся в 100 м к юго-востоку от курганов. Подъемный материал собран на площа­ди около 3,5 га. Размеры поселения вполне соотносятся с размерами могиль­ника. Датировка материалов селища указывает на XI в. как время особенно интенсивной жизни на данном поселении. В целом же подъемный материал относится к концу Х-ХІІ вв.

Комплекс памятников близ д. Мохов включает в себя не только курган­ный могильник, но и крупное поселение (предварительно определенная пло­щадь — до 25-30 га), располагавшееся на трех мысах второй надпойменной террасы и на прилегающей территории высокой поймы Днепра на берегу его старицы (Моховского озера). Поселение возникло еще в эпоху раннего сред­невековья, наибольшего расцвета и размеров достигло в Х-ХІ вв. и продолжа­ло функционировать, возможно, на значительно меньшей территории, в XII в.

В 1,5 км к северу-северо-западу от Моховского комплекса и в 0,5 км к северо-востоку от д. Мохов на мысу, находящемся с южной стороны ур. Шолохов Бугор, обнаружено селище со средневековой керамикой (его пло­щадь около 0,5 га). Один венчик кругового сосуда может быть отнесен к кон­цу X — началу XI вв.

Следующий комплекс средневековых памятников находится примерно в 1 км к востоку от Мохова на незначительно возвышенных участках поймы Днепра. Он состоит из поселения, располагающегося в ур. Селище, и распа­ханного курганного могильника в ур. Могильцы. Выявлены остатки 15-ти курганов, растянувшихся узкой полосой на 180 м по невысокому всхолмле­нию. Судя по топографии памятника и высоте сохранившихся насыпей (от 0,2 до 0,8 м), можно предполагать наличие там в прошлом достаточно круп­ного могильника. Размеры поселения выяснить не удалось, так как его пло­щадка хорошо задернована. Немногочисленный подъемный материал, соб­ранный на селище, не позволяет узко датировать памятник.

В г. Лоеве обследованы два объекта. На бывшем Лоевском замчище и на предполагаемой территории прилегающих посадов, кроме многочислен­ного материала XVII-XVIII вв., было обнаружено несколько фрагментов горшков ХІІ-ХІІІ вв. Установить площадь распространения культурного слоя, относящегося к средневековью, не удалось из-за достаточно мощных позднейших наслоений и разрушений, нанесенных памятнику в процессе строительства Дома культуры в середине XX в. Однако наличие там в прош­лом хорошо укрепленного городища с древнерусскими культурными остат­ками (исследования М.А. Ткачева), а также предполагаемых посадов к северу от вероятного детинца позволяет допускать существование здесь древнерус­ского города, не попавшего на страницы летописей.

На юго-западной окраине Лоева на высокой террасе с правой стороны оврага, по дну которого протекает ручей, впадающий в Днепр, располагалось поселение, датирующееся по подъемному керамическому материалу ХІ-ХІІI вв. Размер территории памятника определить невозможно, так как он нахо­дится в черте города и полностью занят частной застройкой.

Рассмотрев условия расположения памятников и их датировку, перей­дем к анализу природно-географической ситуации, в которой они локализу­ются. Во все времена люди при выборе местожительства учитывали ланд­шафтные и иные особенности местности. При умеренно-континентальном климате, характерном для Беларуси, мы имеем некоторую специфику для рассматриваемого региона. Лоевский район входит в Полесскую провинцию, в частности в ее подпровинцию — Белорусское Полесье и низину на ее восто­ке — Гомельское Полесье. Здесь господствуют смешанные леса, почвы в ос­новном дерново-подзолистые супесчаные, есть песчаные — на террасах и тор­фяно-болотные и поймовые — в низинах [2, с. 48,54,68,75]. Это обусловливает крайне низкую урожайность при пашенном земледелии. Поэтому Е.А. Шинаков объясняет приуроченность радимичских памятников к лесным дерново-подзолистым и супесчаным почвам именно доминированием подсеки, при­менение которой не давало хороших результатов на лесных темно-серых и даже черноземных почвах [3, с. 243]. Согласно современной бонитировке почв, исследуемый регион является относительно благоприятным для веде­ния сельского хозяйства (31-40 баллов). Однако современные специалисты рекомендуют заниматься здесь в большей мере животноводством и лишь вы­борочно — растениеводством с возделыванием озимой ржи [4, с. 205].

Влажностно-температурный режим в средневековье существенно не отличался от современного и количество выпадающих осадков примерно равнялось 520-645 мм в год, вегетативный период длился 193-208 суток [2, с. 83-84]. В этой связи можно сопоставлять крестьянскую систему хозяйствова­ния XIX — начала XX в. на рассматриваемой территории со средневековой.

Средневековым жителям нужно было выбирать место для размещения поселения, соответствующее нуждам ведения земледельческого хозяйства в сочетании с владением небольшим придомным стадом. Следовательно, место расположения деревни должно было охватывать территории, пригодные для пахоты, пастбища, сенокоса. Лучшими в данной ситуации являются первые и вторые надпойменные террасы, имеющие прорезающие их водотоки, ложби­ны, овраги и выходы в незалесенную пойму. Перечисленным условиям удов­летворяет топоположение 5-ти из 6-ти обследованных в Лоевском регионе поселений. Только одно селище с пока не до конца выясненной хронологией находилось на небольшом возвышении в пойме. Причину возникновения такого поселения можно искать в экономической, культурной или политиче­ской ситуации в микрорегионе. Однако говорить о ней более определенно можно будет только после проведения раскопок.

Обращает на себя внимание повышенная концентрация средневековых памятников в районе самого Лоева и на расстоянии до 8 км к северу от него. Рассмотрим их в последовательности с севера на юг. На северной оконечнос­ти д. Мохов на мысу, лежащем к югу от ур. Шолохов Бугор, находится посе­ление с керамикой конца X — начала XI вв. В 1,5 км к югу-юго-востоку от него располагается один из крупнейших в Беларуси Моховский комплекс X-XI вв. (вероятно, городище, посады, подол, курганный могильник). Примерно в 1 км к востоку от него в пойме Днепра также обнаружены селище и курганы. Далее в 1,2 км к юго-востоку от южной оконечности деревни обследовано поселение с керамикой конца Х-ХІІ вв. и курганный могильник. В 3 км юго-восточнее — селище на окраине Лоева (информация сотрудника Гомельского областного краеведческого музея А.И. Штеменко). Примерно в 1 км к югу от него находится разрушенное городище (фрагментарный керамический мате­риал ХІІ-ХІІІ вв.), немного юго-западнее — поселение с керамикой ХІ-ХІІІ вв.

Следующая группа древнерусских памятников начинается в д. Горо­док. Но она расположена уже в 6 км севернее Мохова. К юго-западу от Лоева ближайшие древнерусские памятники расположены в д. Крупейки (в 4 км юго-западнее города).

Таким образом, в результате обследования, проведенного на террито­рии примерно 36 кв. км., осмотрено 7 и впервые выявлено 2 памятника пе­риода Древней Руси. Все они располагаются на краю второй надпойменной террасы Днепра на протяжении 9 км (за исключением одного комплекса, со­стоящего из селища и курганного могильника). Важно отметить, что на 6-ти из 7-ми поселений встречены материалы XI в. Синхронное существование та­кого количества памятников на ограниченной территории нельзя объяснить благоприятными почвенно-климатическими условиями. Если топоположение абсолютного большинства объектов подчиняется общей закономерности размещения городищ, селищ и могильников, относящихся к рассматриваемо­му периоду, то бонитет почв позволяет утверждать о возможности элемен­тарной нехватки пищевых ресурсов при ведении экстенсивного производя­щего хозяйства и проживании, судя по размерам поселений, от 3 до 6 тыс. человек на ограниченной территории. Поэтому можно предполагать не толь­ко местное производство продуктов, но и наличие широкой округи, «работав­шей» на данный микрорегион. В таком случае стоит говорить не только о природно-климатическом факторе, как правило, доминирующем при выборе места размещения поселения, но и о политическом, административном, а также экономическом, так как контроль за устьем Сожа, несомненно, являлся стратегической задачей государства.

  1. Завитневич В.З. Вторая археологическая экскурсия в Прииятское Полесье // Чтения в историческом обществе Нестора Летописца — Кн.6 — Киев, 1892.
  2. Геаграфія Беларусі. Энцыклапедычны даведнік — Мн.,1992.
  3. Шинаков Е.А. О характере размещения населения на пограничье степи, лесостепи и леса в древнерусскую эпоху (по материалам левобережья Днепра) // ГАЗ. — № 8 — Мн., 1996.
  4. Ландшафты Белоруссии, — Мн., 1989.

Автор: А.Г. Тимофеенко
Источник: Славянский мир Полесья в древности и средневековье. Материалы международной научной конференции 19-20 октября 2004 г. Гомель. 2004. С. 176-180.