Отношение советской власти к деятельности иудейского погребального братства «Хевра Кадиша» на территории Гомельщины в 1920-х гг.

0
262
Погребальное братство в СССР

В 1920-е годы значительное количество населения Гомельщины составляли евреи. По материалам переписи 1926 г., на Гомель приходилось 35,5% еврейского населе­ния, Речицу — 44,6%, Мозырь — 61,3% [1, с. 54]. Основная масса евреев исповедовала иудаизм с соответствующими религиозными обрядами и ритуалами. Так, церемония по­гребения в силу своей специфики возлагалась на особое иудейское общество «Хевра Кадиша» (в переводе с иври­та означает «святое братство»). Оно состояло из добро­вольно объединенной группы верующих иудеев при сина­гоге, хоронивших усопших евреев в соответствии с религи­озными требованиями [2, с. 744].

Цель данной публикации — проанализировать отноше­ние советской власти к деятельности «Хевра Кадиша» на Гомельщине (в ее современных административно-терри­ториальных границах). Хронологические рамки статьи ох­ватывают 1920-е гг.

Новизна исследования заключается в том, что в науч­ный оборот вводится новый фактографический материал, выявленный в фондах Государственного архива Гомельс­кой области и Государственного архива общественных объединений Гомельской области.

К началу 1920-х годов практически во многих местечках и городах Гомельщины продолжали действовать общества «Хевра Кадиша».

Взгляд большевиков на подобные религиозно-обще­ственные институты был негативным, что нашло свое от­ражение в советском законодательстве. Так, введение мет­рических книг передавалось органам местной власти (Декрет от 18 декабря 1917 г.). Кроме того, государство нацио­нализировало имущество всех конфессий, а любые рели­гиозные организации были лишены статуса юридического лица (Декрет от 23 января 1918 г.) [3, с. 10; 4, с. 373-374].

Одним из наиболее значимых законов, повлиявших на работу «Хевра Кадиша», явился Декрет СНК РСФСР от 7 декабря 1918 г. «О кладбищах и похоронах». По нему все кладбища, крематории, морги, а также проведение похо­рон переходили «в ведение местных Совдепов». Совер­шение религиозных обрядов в храме и на кладбищах было разрешено, но проводилось только по желанию родствен­ников и осуществлялось за их счет [5, с. 163-164].

В силу вышеперечисленных обстоятельств деятель­ность «Хевра Кадиша» претерпела определенные измене­ния. Теперь иудейские погребальные братства были вы­нуждены регистрироваться в районном или окружном ад­министративном отделе исполнительного комитета, после чего им бесплатно передавались, на правах пользования, изъятые здания и предметы религиозного культа. Напри­мер, в отчетных сведениях о деятельности Речицкой погребальной общины за период с 1 октября 1928 по 1 янва­ря 1929 г. сообщалось о наличии в ее хозяйственном рас­поряжении «мертвецкой» и дома для сторожа [6, л. 2, 96].

Тем не менее, возврат верующим отобранной собствен­ности нередко затягивался местной администрацией. По­этому иудеи писали петиции, прошения и подобные им бу­маги в различные инстанции. 12 января и 19 февраля 1925 г., Гомельской общиной «Адас Изроиль» были поданы заявле­ния в Губисполком и президиум ВЦИК РСФСР с просьбой передать общине еврейские кладбища города [7, л. 2,7-7об.].

Как правило, минимальное количество членов «Хевра Кадиша» по традиции составляло 10 человек, поскольку только миньян (кворум из десяти совершеннолетних иуде­ев старше 13 лет) мог прочесть погребальные молитвы (кадиш) и провести необходимую церемонию [8, с. 39]. Так, в Мозырский окружной комитет КП(б)Б были отправлены све­дения о состоянии еврейской работы по Слободскому рай­ону за период с 1 января 1926 по 1 января 1927 г. В данных материалах сообщалось о наличии в местечке Скрыгалове клерикального общества «Хевра Кадиша», насчитывавшего приблизительно 10 человек [9, л. 67].

Как уже отмечалось, советская власть видела в иудейс­ких погребальных братствах определенную опасность, по­скольку религия рассматривался большевиками как «един­ственно легальная форма внесоветской общественности». Однако в силу экономических и политических причин мес­тное партийное руководство было вынуждено мирится с их деятельностью. В материалах ЦК КП(б)Б о еврейском клерикализме за 1927 г. отмечалось: «Функция погребения мертвых в местечке не выполняется местными органами (в городах, это является функцией Комхоза), и, таким обра­зом, еврейское население вынуждено прибегать к помощи “хевре кадишо”» [10, л. 130].

Важно заметить, что оценка влияния иудейских похо­ронных обществ на жизнь евреев Гомельщины 1920-х гг. носит двойственный характер. С одной стороны, сохрани­лись свидетельства об их незначительном воздействии (Калинковичи, Петриков, Житковичи) [9, л. 61, 64, 68]. С другой стороны, указывалось на рост усиления «Хевра Кадиша» (Лельчицы, Копаткевичи) [11, л. 41; 12, л. 85].

Последний факт можно считать наиболее точно отра­жающим действительность. По причине того, что иудейс­кие погребальные братства брали небольшие деньги с малоимущих граждан. Так, исследователем Л. Смиловицким приводятся данные о взимании символической платы во время похорон в местечке Паричи [2, с. 532].

Состоять в «Хевра Кадиша» считалось большой чес­тью. Еврейская община оказывала такой почет только ис­тинно религиозным людям. Нередки были случаи, когда человек, будучи членом иудейского погребального обще­ства, являлся одновременно представителем советской общественной организации. Например, типичный эпизод обсуждался в протоколе заседания Евбюро при Гомельс­ком Окружкоме КП(б)Б за 2 марта 1927 г. Так, в местечке Поддобрянка один из активных членов общества кустарей (имя не называлось) был участником религиозного братства занимающегося погребением усопших иудеев. Свои действия он объяснял «интересами бедняков» [13, л. 18].

Однако конфессиональная политика государства в кон­це 1928 — 1929 гг. начала ужесточаться. 8 апреля 1929 г. ВЦИК и СНК РСФСР принял постановление «О религиоз­ных объединениях». Этот закон значительно ограничил рамки деятельности религиозных организаций и обществ. В частности, работа за пределами культовых зданий неиз­бежно вела к уголовной ответственности и штрафам [14, с. 169].

Таким образом, погребальные братства «Хевра Кади­ша» вплоть до конца 1920-х годов продолжали сохранять за собой определенную позицию в повседневном укладе иудеев Гомельщины. Отношение советской власти к дея­тельности иудейских погребальных братств определялось постулатом об атеистическом характере государства. Вся проводимая большевиками политика была направлена на вытеснение иудаизма из похоронной церемонии еврейско­го населения.

Литература

  1. Пичуков, В.П. Гомельщина многонациональная (20-30-е годы XX в.) [Текст]. Вып. 1 / В.П. Пичуков, М.И. Старовой­тов. — Гомель : Гомельский государственный университет им. Ф. Скорины, 1999. — 235 с.
  2. Смиловицкий, Л. Евреи в Турове: история местечка Мозырского Полесья [Текст] / Л. Смиловицкий. — Иерусалим, 2008.-848 с.
  3. Янушевич, И.И. Конфессиональная политика советского го­сударства: уроки истории (1917-1928 гг.) [Текст] / И.И. Яну­шевич. — Минск : БГУ, 2005. — 143 с.
  4. Декреты советской власти: Т. 1. (25 октября 1917-16 марта гг.) [Текст] / редкол. Г.Д. Обичкин и др. — М.: Политиз­дат, 1957. — 625 с.
  5. Декреты советской власти: Т. 4. (10 ноября 1918-31 марта гг.) [Текст] / редкол. С.Н. Валк, Ю.А. Ахапкин и др. — М.: Политиздат, 1968. — 731 с.
  6. Материалы о регистрации религиозных обществ по г. Гоме­лю и округу (5 марта 1928 — 19 ноября 1929 гг.) // Государ­ственный архив Гомельской области (ГАГО). — Фонд 161. — Оп. 1.-Д. 176.
  7. Переписка с орготделом ВЦИК и Губкоммунотделом по раз­бору жалоб религиозных общин (15 января — 1 декабря 1925 г.) // ГАГО. — Фонд 24. — Оп. 1. — Д. 561.
  8. Долг живых: еврейские традиции похорон и траура. Законы. Обычаи. Философия. Молитвы. Подробное описание похо­ронного обряда [Текст] / редкол. П. Полонский, М. Китросская. — Иерусалим-Москва: МАХАНАИМ, 1997.
  9. Протоколы Евбюро. Планы работ райкомов КП(б)Б (1926- 1927 гг.) // Государственный архив общественных объеди­нений Гомельской области (ГАООГО). — Фонд 69. — Оп. 1. — Д. 689.
  10. Протоколы, циркуляры и переписка Евбюро ЦК КП(б)Б // ГАООГО. — Фонд 69. — Оп. 1. — Д. 691.
  11. Нацыянальная праца, яўпраца, пастановы i цыркуляры (1 студзеня — 1 снежня 1927 г.) // ГАООГО. — Фонд 69. — Оп. 1.-Д.592.
  12. Выводы о состоянии работы среди еврейских масс. Резо­люция по докладу обследования состояния местечек и т. д. (1927 — 1928 гг.) // ГАООГО. — Фонд 69. — Оп. 1. — Д. 686.
  13. Протоколы подотдела нацменьшинств АПО ЦК ВКП(б) Лат- бюро и Евбюро окружкома КП(б)Б и другие материалы по работе среди нацменов (декабрь 1926 — июнь 1927 гг.) // ГАООГО. — Фонд 3.-Оп. 1,-Д. 101.
  14. Канфесіі на Беларусі (к. XVIII -XX ст.) [Тэкст] / В.В. Грыгор’ева [і інш.]; навук. рэд. У.І. Навіцкі. -Мінск: ВП “Экаперспектыва”, 1998. — 340 с.


Автор:
В.И. Барабанов
Источник: Раманаўскія чытанні 8