Образы Святого Николы Чудотворца Отвратного в старообрядческой живописи Стародубья и Ветки: художественные особенности и специфика иконографии

0
179
Образы Святого Николы Чудотворца Отвратного в старообрядческой живописи Стародубья и Ветки

Образ Святого Николы Чудотвор­ца особо почитаем в старообряд­ческой живописи. Существует боль­шое количество икон, связанных с ним. Это житийные иконы, образы Святого Николы Чудотворца Можай­ского, Святого Николы Чудотворца Зарайского, Святого Николы Чудот­ворца Отвратного. Именно послед­ний представляет особый интерес.

Актуальность темы исследова­ния связана с тем, что в старообряд­ческой живописи древних духовных центров Стародубья и Ветки иконы Святого Николы Чудотворца зани­мают большое место. Коллекции икон из этих исторических центров старообрядчества находятся в старо­обрядческих храмах, семейных со­браниях в российских и зарубежных музейных коллекциях: Государ­ственной Третьяковской галерее, Музее древнерусской культуры и ис­кусства имени Андрея Рублева, в Брянском областном музейно-выста­вочном центре (г. Брянск, Россий­ская Федерация), «Ветковском музее старообрядчества и белорусских тра­диций», (г. Ветка Гомельской обла­сти, Республика Беларусь), в ита­льянском Музее Русской иконы в Печолли (Италия, провинция Пиза, Тоскана), региональных музеях со­предельных территорий Российской Федерации и Республики Беларусь. Следовательно, образы Святого Ни­колы Чудотворца Отвратного имеют­ся на территории СНГ (Российская Федерация, Республика Беларусь) и дальнего зарубежья (Италия). Эти иконы изучают как российские [1], так и белорусские ученые [2; 3]. Но в связи с появлением этих икон в со­браниях дальнего зарубежья, их изу­чают местные исследователи. На­пример, искусствовед и реставратор старообрядческой живописи, работа­ющая в Италии с 2003 г., Дарья Мальцева опубликовала статью об этих образах “Ladevozione e liconografia di San Nicola Taumaturgo in Rus­sia” («Образ и иконография Святого Николы Чудотворца в России» в сбор­нике “Tutti i santi Icone di San Nicola Taumaturgo Museo di Icon Russo ’F.Bigazzi’ — Pecciolli” («Все иконы святого Николы Чудотворца в Музее Русской иконы Ф. Бигацци — Печолли»)) [4]. Следовательно, изучение икон Святого Николы Чудотворца представляет научный интерес, как для российских, так и зарубежных исследователей. Это связано не толь­ко с широким распространением икон Святого Николы Чудотворца в старообрядческой живописи, но и со спецификой иконографических сю­жетов и художественными особенно­стями икон. Вместе с тем, в настоя­щее время есть определенные лаку­ны в этом вопросе: это истоки воз­никновения иконографического сю­жета Святой Никола Чудотворец Отвратный; время появления его в России и причины распространения преимущественно в старообрядче­ской среде; наличие большого числа икон Святого Николы Чудотворца Отвратного, происходящих из древ­них духовных центров Стародубья и Ветки в отечественных и зарубеж­ных собраниях. Следовательно, це­лью исследования является выявле­ние художественных особенностей и специфики иконографии Святого Николы Чудотворца Отвратного в старообрядческой живописи Стародубья и Ветки. При этом авторы рас­крывают проблемы истоков возник­новения данного иконографического сюжета, время появления его в среде старообрядцев-поповцев, широкого распространения этих икон, нали­чия их как в частных коллекциях, так и государственных музейных собраниях.

Для написания статьи использо­ваны следующие методы исследова­ния: сравнительно-исторический ана­лиз; метод сравнения икон из раз­личных музейных коллекций, исто­рико-типологический метод — ана­лиз, направленный на выявление общего и различий в иконографии; анализ художественных особенно­стей различных икон, происходящих из этих центров; метод выявления новых икон из частных собраний и введения их в научный оборот, поиск новых имен иконописцев из Стародубья и Ветки в архивных докумен­тах, этнографических источниках первой трети XX века и введение их в научный оборот.

Высокий уровень значимости рус­ских икон не вызывает сомнения. Он имеет мировое художественное зна­чение. Сакральный смысл позволяет сравнивать их с древними византий­скими образами. Действительно, пер­выми изографами в Древней Руси и учителями русских художников были византийские мастера, которые позна­комили их с иконографией, символи­кой света и цвета, технологией изго­товления. Тесные контакты и связи византийских и русских мастеров су­ществовали на протяжении X—XV ве­ков. Киевский иконописец Алимпий или Алипий учился у византийских мастеров, работавших в Киеве в XIII веке. Иконописец-византиец Феофан Грек прибыл в 1370 г. в Великий Нов­город, а в 1390 гг. вместе с Андреем Рублевым и Прохором с Городца рас­писывал храмы Московского Крем­ля — Успенский, Благовещенский. В Архангельском соборе Московского Кремля Феофан Грек выполнял фрес­ковые росписи самостоятельно.

В известном старообрядческом ис­точнике «Поморские ответы» — «От­веты пустынножителей на вопросы иеромонаха Неофита», созданном в 1723 г., духовными лидерами Выговской старообрядческой пустыни был собран и проанализирован обшир­ный иконографический материал. Это было одно из первых в России сравнительных иконографических ис­следований, которое использовали старообрядческие иконописцы при создании икон. Старообрядцы свято хранили заветы византийских и древнерусских мастеров. При этом старообрядческие иконописцы высо­ко ценили искусство иконописи пред­шествующих периодов, особенно творчество Андрея Рублева, о чем свидетельствует «Клинцовский ико­нописный подлинник» [5]. О его су­ществовании писали в XIX веке вы­дающиеся исследователи Федор Ива­нович Буслаев, Дмитрий Алексан­дрович Ровинский. Он был составлен в XVIII веке, но стал широко известен в XIX веке1. В настоящее время Клин­цовский иконописный подлинник на­ходится в собрании Библиотеки Ака­демии наук в г. Санкт-Петербурге. Иконописный подлинник получил наименование «Клинцовский» по на­званию старообрядческого посада в Стародубье — Клинцы из-за владель­ческой записи, которую приводили ранее исследователи: «Сергея Иван… Малороссийской Черниговской губер­нии Суражского повета Клинцовского посада мещанина.» [1, с. 316-317]. Однако внимательное прочтение ру­кописи позволило исследователю М.В. Кочергиной уточнить имя вла­дельца: «Сей подлинник мастером письменным Исаем Платоначам Казминым… сопственной его 1830 года месяца сентября 11 числа написася» [там же]. Следовательно, мастер письменный — иконописец Исай (Исайя) Платонович Казьмин из ста­рообрядческого посада Клинцы был владельцем этого иконописного под­линника, содержащего большое ко­личество прорисей и описаний иконо­графических изводов. Как свидетель­ствуют дореволюционные статистические источники, в посаде работало до­статочно много иконописцев. В 1865 г. живописцев-мастеров было 7, при них наемных рабочих — 10, из семей хозяев учеников и рабочих — 10. На­емные рабочие получали жалованье от 96 до 120 рублей в год. Это позво­ляет сделать вывод о том, что икон­ный промысел давал возможность стабильного заработка» [там же, с. 318] и был востребован в старооб­рядческом посаде Клинцы.

В 90-х гг. XX века исследовате­лем Т.Е. Гребенюк был введен тер­мин «ветковская иконописная шко­ла» [6, с. 274-291]. С этого времени иконы, написанные мастерами из Стародубья и Ветки, исследователи называют ветковскими. В ней соеди­нились традиции ярославской, мо­сковской школ и царских писем с бо­лее поздней техникой золотопро­бельного письма. Белорусские иссле­дователи все памятники старообряд­ческого культа как из Ветки, так и из Стародубья объединяют понятием «ветковские», что не соответствует истине. Потому, что иконы создава­лись как в Ветке, так и в старообряд­ческих слободах вокруг нее, а также в Стародубье. Старообрядцы-поповцы относят иконы их этих центров к местной иконописной традиции, не выделяя понятие «ветковские». По мнению авторов данной статьи, не­обходимо более тщательное выявле­ние первоначального местонахожде­ния икон из Ветки или Стародубья и их правильная атрибуция. Поэтому термин «ветковская иконописная школа» является достаточно условным, не отражающим широкий ха­рактер распространения иконопис­ных мастерских как в Ветке, так и в Стародубье. Это мнение разделяет и исследователь А.В. Чепурной. В ра­боте «Старообрядческие иконы в Рос­сии» он отмечает, что «иконы стародубско-ветковского региона условно называются ветковскими, хотя веду­щая роль несомненно принадлежала Стародубью — слободам Злынке, Зыб­кой (Новозыбкову), Клинцам, Митьковке. Древние изобразительные ка­ноны, бережно хранимые бежавши­ми в польские земли староверами, соединились в иконографии ветковских мастеров с некоторыми местны­ми художественными особенностями. Охраняя древнюю технологию икон­ного письма местные мастера стре­мились передать в нем более позд­ний опыт. В результате стиль ветковской иконы отливался в самобыт­ные художественные формы, приоб­ретал под кистью старообрядческих иконописцев свой новый неповтори­мый облик» [7, с. 364-367].

Иконография Святого Николы Чудотворца сложилась в Византии в X веке. Уже на ранних иконах ви­зантийского письма можно видеть взгляд Святого Николы Чудотворца, направленный в сторону (икона 2-й половины X века из монастыря Свя­той Екатерины, Синай, Египет; ико­на святителя Николая из ГТГ новго­родская школа, начало XIII века) [8, с. 78-79]. Постепенно в Древней Руси сформировалась своя обширная ико­нография этого образа: Святой Нико­ла Чудотворец Можайский, Святой Никола Чудотворец Зарайский, Свя­той Никола Чудотворец Великорецкий. Необычный ракурс, связанный с направленным в сторону взглядом, нашел отражение в образе Святого Николы Чудотворца Отвратного, соз­данного уже русскими старообрядца­ми в XVIII веке. Предание, сохра­нившееся в старообрядческой среде, относит возникновение иконографии Святого Николы Чудотворца Отврат­ного к иконе Святой Никола Чудот­ворец новгородского письма начала XIII века. Итак, иконография Свято­го Николы Чудотворца сложилась в Византии, на Руси известна с нача­ла XIII века. Старообрядческие обра­зы Святого Николы Чудотворца От­вратного ведут свое начало от визан­тийского первообраза.

В чем же особенности иконогра­фии Святого Николы Чудотворца От­вратного?

Этот образ представляет собой редкий и малоизученный иконогра­фический тип. По мнению самих ста­рообрядцев, они являли вновь про­славленный чудотворный образ по­сле раскола XVII века. Возникнове­ние этого образа старообрядцы тра­диционно связывают с крупными духовными центрами Стародубьем и Веткой, где находились как общерос­сийские, так местно значимые мона­стыри, скиты, пустыни и обители. Это были центры старообрядческой полемики, монахи находились в ду­ховной переписке с насельниками Выговской пустыни — крупного ста­рообрядческого духовного центра на севере страны. В 1735, 1764 гг. из-за карательных экспедиций правитель­ства значительная часть старообряд­ческого населения переселяется в Стародубье, где жители старообряд­ческих слобод и посадов предостав­ляли свои земли для размещения духовных центров. Так возникли об­щероссийские духовные центры ста­рообрядцев-поповцев — Покровский Климовский мужской, Казанский Климовский девичий, Красноборковский Предтечиев, Новоопокровский Свяцковский и др. и духовные цен­тры местного значения. В 1850-гг. правительство и официальная цер­ковь проводят политику полного уничтожения старообрядческих ду­ховных центров в Ветке, но стародубские духовные центры, расположен­ные близ посада Клинцы сохраняют­ся до 1930 гг. и играют большую роль в сохранении духовных и художе­ственных традиций русского старо­обрядчества. При монастырях име­лись обширные библиотеки — старо­обрядческие книжницы, скриптории, иконописные мастерские, в женских монастырях и обителях — мастерские по изготовлению религиозного шитья и вышивки [9, с. 213-218]. Следовательно, возникновение ико­нографии Святого Николы Чудот­ворца Отвратного могло быть воз­можным в духовных центрах Стародубья и Ветки.

Для того чтобы выявить художе­ственные особенности и специфику иконографии, сравним иконы Свято­го Николы Чудотворца Отвратного из коллекции «Ветковского музея старообрядчества и белорусских тра­диций» и из коллекции Брянского областного музейно-выставочного центра. Эти иконы появились в со­браниях благодаря собирательской деятельности музеев на территории традиционных старообрядческих по­селений. В коллекции Ветковского музея икона «Святого Николы Чу­дотворца Отвратного» (XVIII век, Де­рево, левкас, темпера, сусальное зо­лото, 59,6^72,4×3 см; № 332) тракту­ется как «Никола отвратный иже отврат в Москве». Сотрудникам «Ветковского музея старообрядчества и белорусских традиций» удалось про­следить историю (легенду) экспона­та, в результате изучения которой становится ясно, что, так же как ико­на из Брянского музейно-выставоч­ного центра, икона из «Ветковского музея старообрядчества и белорус­ских традиций» происходит из Стародубья, по-видимому, из старооб­рядческого посада Свяцк. Хотя со­трудники музея выявили ее в быв­шей старообрядческой слободе Косицкой на территории Ветки, исто­рия экспоната свидетельствует, что изначально ее владельцами были жители Стародубья — Ковалева Фе­одора Васильевна (1908-1971 гг.) и ее предки. Этой иконой родители благословили ее на брак. По словам историка и краеведа О.Г. Каменец­кого, старообрядцы-старожилы поса­да Свяцк долго помнили эту женщи­ну, так как больше женщин—старообрядок с таким именем в посаде не было. Ранее эта икона принадлежа­ла ее матери. Обе являлись житель­ницами Свяцка. Из Свяцка икона попала в Белоруссию, в Новоивановку (Голодное). Затем семья перееха­ла в г. Гомель и икона была переда­на родственникам в село Папсуевка, где была куплена коллекционером Ф.Г. Шкляровым, затем выкуплена «Ветковским музеем старообрядче­ства и белорусских традиций». На иконе Святой Никола Чудотворец представлен оплечно, с повернутой вправо головой, сильно укрупненны­ми глазами и отведенными влево зрачками. Образ Святого Николы Чудотворца Отвратного передает особую психологическую напряжен­ность и динамичен в своей композиции. По нашему мнению, эта икона могла быть связана с Новопокровским Свяцковским монастырем, на­следовавшим традиции Покровского ветковского монастыря. При ликви­дации монастыря в 1850 г. его иму­щество рассеивалось, многие пред­меты культа оказались у населения посада Свяцк. Так икона могла по­пасть к предкам Ковалевой Феодоры Васильевны.

Что касается иконографии, то в старообрядческой живописи данный иконографический сюжет трактуется двояко — как происходящий от врат в Москве и как «Отвращающий все беды и напасти от обращающегося к нему с молитвой». Старообрядцы трактуют этот образ как «отвращаю­щий все беды и напасти». Д.Е. Маль­цева приводит в своей публикации две версии трактовки данного иконо­графического сюжета [4, p. 23-25]. Однако приводим его традиционную трактовку — как «отвращающего все беды и напасти от обращающегося к нему с молитвой» [10, с. 35-40]. Под­тверждением этому мнению являет­ся трактовка образа известным ис­следователем М.М. Красилиным: «Святой Никола мог быть на иконах добрым и живым, простодушным и грозным, защитником униженных — “отвратным” и философом, но всегда оставался близким, родным каждо­му» [11, с. 140].

В коллекции Брянского област­ного музейно-выставочного центра находится икона «Святой Никола Чудотворец (Отвратный)» (XIX век, доска липовая, без ковчега, паволо­ка, левкас, темпера, позолота, разме­ры 26 х 21,5, инв. № ж—332 БОХМ). Икона происходит из стародубского старообрядческого посада Климов. Изображение святителя предстает оплечным, взгляд его направлен в сторону. Он пронзительно смотрит, как бы пронизывая пространство и «отвращая все беды и напасти» от об­ращающегося к нему с молитвой. Правая рука с двуперстным сложе­нием передана в благословляющем жесте, в левой руке — закрытое Евангелие. Фелонь святителя узор­чатая. В верхнем поле иконы над­пись: «ОБРА(З) СВ(ЯТОГО) НИКО­ЛЫ ЧУ(ДОТВОРЦА)». На этой ико­не могучий образ Святого Николы Чудотворца (Отвратного) выражает силу и мощь старообрядческих обра­зов ветковской иконописи. В иссле­дуемом районе встречается повсе­местно. Существует предположение, что подобная иконография почерп­нута из клейм житийных изводов «Изгнание беса из кладезя».

Стародубье и Ветка — это древ­ние старообрядческие духовные и ху­дожественные центры, находившие­ся на пограничных территориях Черниговской и Могилевской губер­ний Российской империи, в которых сложилась уникальная иконописная традиция. Истоки связаны с Веткой (XVIII век), а широкое распростране­ние в XIX — начале XX века связано уже с другим центром — Стародубьем. В настоящее время уточнено общее количество имен иконописцев из Стародубья — 67, на территории Ветки — 27, которые работали в пе­риод XVIII—XX веков. Среди них — представители посада Свяцк, и поса­да Климов (территория бывших Суражского и Новозыбковского уездов Черниговской губернии). Иконы, ко­торые мы анализировали, предполо­жительно созданы в XIX веке. В это же время происходит расцвет иконописания в Стародубье. Иконы Свято­го Николы Чудотрорца являлись осо­бо чтимыми. Иконописец Андрей Родионцев был автором иконы Свя­того Николы Чудотворца, которую он благословил сыну Василию, чтобы склонить его к занятию иконописа­нием. Иконописные произведения, как следует из мемуаров иконописца Василия Родионцева (1868-1920), широко расходились по всему старо­обрядческому миру. Повторение этих образов можно встретить в Молдове, Румынии, где проживали представи­тели старообрядческих общин. Васи­лий Родионцев и его отец Андрей имели иконописную мастерскую в Новозыбкове и иконную лавку в Хер­соне (Украина) [10, с. 35-40]. Этот пример доказывает, что действи­тельно широкий характер распро­странения икон из старообрядческих мастерских Стародубья имел место в дореволюционный период.

Традиция иконописания в Старо­дубье и Ветке продолжалась и в XX веке. Тщательное изучение архив­ных документов, этнографических источников, материалы экспедици­онных поездок в старообрядческие поселения дают возможность расши­рить список иконописцев и расска­зать об их деятельности в Стародубье и Ветке в XX веке. В 1929 г. этно­граф М.И. Саломыкин выявил ико­нописцев братьев Беспаликовых в селе Борьба — бывшей старообряд­ческой Леонтьевой слободе на терри­тории Ветковского округа. Он описал их приемы работы, отметил, что их учителем был отец, учившийся в у иконописца Федора Рогаткина из Ветки. Исследователь Саломыкин также отмечал, что в это время (1929 г.) в Ветке занимался иконопи­санием сын Федора Рогаткина [12, с. 68-70]. Следовательно, в Ветке, так же, как и в Стародубье, сложи­лись свои династии иконописцев, ра­ботавших в первой трети XX века. Более того, изучение архивных доку­ментов и опросы старообрядцев-прихожан Рождественско-Никольского храма в г. Новозыбкове позволили показать, что один из братьев Беспаликовых — Кир — являлся священ­ником в Стародубье и Ветке в 40­50 гг. XX века [13, с. 27-31]. Многие старообрядческие священники из Стародубья были и иконописцами — Михаил Масляев в посаде Воронок, репрессированный в 1937 г., братья Усовы из посада Свяцк. Иван впо­следствии стал епископом Иннокен­тием Нижегородским, Василий — приходским священником в г. Есентуки. Оба очень сильно пострадали от репрессий — Иван вынужден был скрываться в Румынии в 1920­1940 гг., Василий в Советской Рос­сии трижды находился в заключе­нии. Иконописец из г. Новозыбкова Семен Харчевников умер в 1972 г., работая до момента смерти.

Для российских и зарубежных исследователей всегда актуальным является вопрос о причинах появле­ния икон Святого Николы Чудотвор — ца Отвратного в зарубежных иконо­писных собраниях. Позволим себе предположить, что иконы в совет­ский период попали в дальнее зару­бежье в связи с массовыми хищения­ми из старообрядческих храмов, в том числе из Стародубья и Ветки и налаженной системой сбыта анти­квариата на черном рынке СССР че­рез Польшу в Германию и Италию. Легального внутреннего рынка икон в СССР не существовало. Основны­ми центрами европейской торговли иконами в то время стали Германия, Голландия и Италия. Интерес к рус­ской иконе был и у коллекционеров из США. Иконы из Стародубья вы­возили, в том числе, поляки, рабо­тавшие в 1970 гг. на прокладке ча­сти нефтепровода «Дружба» из СССР в ПНР и жившие в г. Новозыбкове.

В начале XXI века в Италии от­крылся музей русской иконы в горо­де Печчоли (провинция Пиза, Тоска­на). Его создание стало возможным благодаря помощи и научной кон­сультации специалистов Государ­ственного Русского музея (г. Санкт-Петербург, Россия). В постоянную экспозицию этого зарубежного музея включено 60 икон русского письма XVIII—XIX веков из собрания ита­льянского журналиста и коллекцио­нера Франческо Бигацци. Украше­нием музея стали знаменитые ико­ны с образами Богоматери Одигитрия и Святителя Николы Чудотвор — ца, а сам музейный комплекс возник по инициативе главного редактора итальянского журнала «Религия и общество» Арнальдо Нести, впослед­ствии первого директора этого музея. Мэрия средневекового тосканского городка Печчоли предоставила для русских икон старинный дворец «Па­лаццо Преторио». При музее основа­на международная школа-мастер­ская реставрации. По мнению про­фессора Мачеллони, мэра города Печчоли, создание этого уникально­го музея способствует лучшему пони­манию в Италии великого духовного наследия России [14]. С 2003 г. в этом музее реставратором темперной живописи работает Дарья Евгеньев­на Мальцева, искусствовед и рестав­ратор икон. Более 30 лет она прора­ботала искусствоведом-реставратором в Государственном Русском му­зее. Она принимала участие в созда­нии постоянной экспозиции икон в старообрядческом музее на Рогож­ском кладбище — резиденции Ми­трополита Корнилия Русской Право­славной Старообрядческой Церкви в Москве. В 2015—2016 гг. еще работа­ла над проектами по реставрации древнерусской станковой живописи из старообрядческих соборов и хра­мов Москвы и Санкт-Петербурга. Под ее руководством группа специ­алистов провела большую работу по реставрации древних икон в храме-колокольне на Рогожском кладбище во имя Воскресения Христова (г. Мо­сква). Д.Е. Мальцева участвовала в нескольких музейно-выставочных проектах Митрополии РПСЦ, а так­же в научных конференциях по ста­рообрядчеству. Заслуга этого иссле­дователя в том, что она смогла от­реставрировать, описать и ввести в научный оборот большое количество икон Святого Николы Чудотворца Отвратного, находящихся в зару­бежных собраниях. Она настаивает на комплексном подходе к изуче­нию старообрядческих икон. Это подтверждает наше мнение, что без изучения архивных документов, эт­нографических источников, дорево­люционной историографии, выявле­ния происхождения (легенды) ико­нописного произведения, особенно­стей иконографических сюжетов, выявления имен иконописцев-авторов, в том числе икон, происходя­щих из Стародубья и Ветки, невоз­можно представить то богатое худо­жественное наследие, которое оста­вили для потомков старообрядцы этого региона.

Высокая духовность, редкие ико­нографические сюжеты и художе­ственные достоинства этих произве­дений способствуют их высокой оцен­ке со стороны отечественных и зару­бежных исследователей. Сами же старообрядцы почитают их как свои духовные святыни. Нахождение этих икон в зарубежных собраниях свиде­тельствует об их высокой духовной и художественной значимости.

Итак, в результате проведенного исследования приходим к следую­щим выводам:

  • Истоки возникновения иконо­графии Святого Николы Чудотворца происходят из Византии. Время воз­никновения данной иконографии — X век.
  • Появление иконографии Святого Николы Чудотворца в Древней Руси относится к XIII веку. Постепенно в Древней Руси сформировалась своя иконография этого образа: Святой Ни­кола Чудотворец Можайский, Святой Никола Чудотворец Зарайский, Святой Никола Чудотворец Великорецкий.
  • Время возникновения образа Святого Николы Чудотворца Отврат­ного в старообрядческой живопи­си — конец XVIII века. По мнению самих старообрядцев, он являл вновь прославленный чудотворный образ после раскола XVII века.
  • Старообрядческие иконы Свято­го Николы Чудотворца Отвратного представляют редкий иконографиче­ский сюжет, которого нет в традицион­ной православной иконе. Изображе­ние святителя предстает оплечным, взгляд его направлен в сторону, «от­вращая все беды и напасти» от обра­щающегося к нему с молитвой.
  • Иконы Святого Николы Чудот­ворца Отвратного, в том числе из Стародубья и Ветки, находятся как в российских, так и зарубежных музей­ных собраниях (Российская Федера­ция, Республика Беларусь, Итальян­ская республика, др.). Этот образ осо­бенно почитаем в старообрядческих общинах Стародубья и Ветки.
  • Ведущая роль в иконописании Стародубья и Ветки принадлежит Стародубью, что подтверждается большим количеством иконописных мастерских и иконописцев.
  • Иконописная традиция сохра­няется на протяжении первой поло­вины XX века в Ветке, а в Стародубье до 1970-х гг. XX века.

[1] Клинцовский иконописный подлинник представляет собой рукопись XVIII века, написанную полууставом в несколько почерков. 343+1 Л. При брошюровке книги порядок листов был перепутан, начало рукописи на л. 53-181; продолжение на Л. 29-52; окончание на Л. 182-289; Л. 3-290 имеют нумерацию тетрадей.

Список источников и литературы

  1. Кочергина, М.В. Стародубье и Ветка в истории русского старообрядчества (1760-1920 гг.): демографическое разви­тие старообрядческих общин, предприни­мательство, духовная жизнь, культура. Монография [Текст] / М.В. Колчерина. — Брянск: ООО «Ладомир, 2011. — 451 с.
  2. Вера. Ветка.^№1^ Fath [Текст] / сост. Г.Г. Нечаева, О.Д. Баженова; авт. текста Г.Г. Нечаева; пер. на англ. язык А.В. Вдовичев. — Минск: Беларус. Энцыкл. імя Броукі, 2012. — 472 с.
  3. Нечаева, Г.Г. Голоса ушедших деревень [Текст] / Г.Г. Нечаева, ГИ. Лопатин, С.И. Леонтьева, А.И. Дробушевский. — Минск: Белорусская наука, 2008. — 342 с.
  4. Malzeva Daria. Ladevozione e l iconogiafia di San Nicola Taumatuigo in Russia [ТеХ] // Tutti i Santy. Icon di San Nicola Taumaturgo. — Muzeo di Icon Russe «F. Bigazzi», 2010. — 64 p.
  5. Клинцовский иконописный подлинник. Рукопись XVIII в. Полуустав в несколько почерков. 343+1 Л. // Отдел рукописей Библиотеки Академии наук, собрание Строганова. — № 66, инв. 2828.
  6. Гребенюк, Т.Е. Ветковская икона [Текст] / Т.Е. Гребенюк // Старообрядчество в Рос­сии (XVII-XX вв.): Сб. науч. трудов. Вып. 3. Гос. Исторический музей; отв. ред. и сост. Е.М. Юхименко. — М.: Языки славянской культуры, 2004. — 568 с.
  7. Чепурной, А.В. Старообрядческая икона в России [Текст] / А.В. Чепурной // Икона: Атлас православной иконы / ред. Г.С. Колпакова, И.К. Языкова. — М.: ООО Феория, 2013. — 496 с.
  8. Икона: Атлас православной иконы [Текст] / Г.С. Колпакова, И.К. Языкова. — М.: ООО Феория, 2013. — 496 с.
  9. Кочергина, М.В. Живопись «иглой» в среде донских казачек из Казанского де­вичьего монастыря Черниговской губер­нии как образец высокохудожественного религиозного шитья и вышивки (вторая половина XVIII-XIX вв.) [Текст] / М.В. Колчерина // Церковь и казачество: соработничество на благо Отечества: Ма­териалы Седьмой Международной науч­но-практической конференции. Часть 2. Москва: Р-мастер, 2018. — 232 с.
  10. Кочергина, М.В. Редкие иконографиче­ские сюжеты в старообрядческой живо­писи Стародубья и Ветки (вторая полови­на XVIII — XX в.) [Текст] / М.В. Колчерина // Ученые записки. Электронный на­учный журнал Курского государственного университета. — 2017. — № 3 (43).
  11. Красилин, М.М. Русская икона в XVIII — начале XX века [Текст] / М.М. Красилин // Красилин М.М., Рахманова М.П. Духов­ная среда России. Певческие книги и ико­ны XVII — начала XX в. — М.: Вереск,1996. — 176 с.
  12. Саломыкин, М.И. Из дорожных записок «Наш край об исследовании Ветковского района Гомельского округа г. Гомель, 17 сентября 1929 г. [Текст] / М.И. Саломы­кин // Старообрядцы на Гомельщине (1917-1991): документы и материалы / сост. З.А. Александрович; под ред. В.П. Пинчукова. — Минск: А.Н. Янушке­вич, 2017. — 412 с.
  13. Дзюбан, В.В. Старообрядческие общины Стародубья и Ветки в 1940 гг.: трудный путь возрождения [Текст] / В.В. Дзюбан, М.В. Кочергина // Вестник Костромского государственного университета. — 2016. Т. 22. — № 6.
  14. Русские за границей [Электронный ре­сурс]. — URL: http://www.chelpress.ru/newspapers/ucourier/archive/12-07-2002/3/ shorty1.html (дата обращения: 27.05.2018).
  15. Архив выставок и событий. Лекция о вос­становлении старообрядческих святынь [Электронный ресурс]. — URL: http: muse um/exhibitions_events_news/old_believers_ shrines.aspx (Дата обращения: 27.05.2018).
  16. Лилеев, М.И. Из истории раскола на Вет­ке и в Стародубье XVII-XVIII вв. [Текст] / М.И. Лилеев. — Киев: типография Корчаг-Новицкого, 1895. — 596 с.

Авторы: М.В. Кочергина, В.В. Дзюбан
Источник: Преподаватель XXI век. 2018. №3 (2). С.247-258.