Из истории становления музейного дела в Гомеле в начале 1920-х гг.

0
127
Интерьеры гомельского дворца Гомель музей
Интерьеры гомельского дворца Румянцевых-Паскевичей

События 1917 г. привели к крушению прежних норм и институтов, создали вероятность утраты огромного массива историко-культурных ценностей. Осознание новой властью этой угрозы предопределило в первые послереволюционные годы стратегию развития музейного дела, одним из направлений которого явилось спасение указанных ценностей от гибели и расхищения с их последующей национализацией. Согласно декрета СНК РСФСР от 6 октября 1918 г. «О регистрации, приема на учет и охране памятников искусства и старины, находящихся во владении частных лиц обществ и учреждений» и принятых позднее правительством постановлений и распоряжений о национализации культурных ценностей и Советской России все произведения искусства и памятники старины стали достоянием народа и перешли в ведение Народного комиссариата по просвещению. Постановлением НКП при всех губернских отделах народного образования были образованы подотделы по делам музеев и охране памятников искусства и старины. В сферу деятельности подотделов входило: 1) принятие на местах всех мер по охране произведений искусства и памятников старины; 2) регистрации их и принятие на учет; 3) реорганизация старых музеев и музейных фондов и создание новых [1, с. 897-898].

Первоначально при бывшем Могилевском губоно 1 января 1919 г. была образована секция по делам музеев, архивов и охраны памятников искусства и старины, которая в феврале месяце была преобразована в подотдел. Секция состояла из заведующего и делопроизводителя, а в феврале подотдел пополнился еще двумя сотрудниками. С самого начала работу секции возглавил Исаакий Авраамович Сербов, педагог, археолог и этнограф, работавший ранее учителем начальной школы, а затем заведующим высшим начальным училищем.

Все культурное имущество, собираемое подотделом, поступало на учет в особняк Кальнина по ул. Малая Садовая в г. Могилеве, где в начале марта 1919 г. был открыт Центральный музейный фонд с выставкой при нем [2, л. 1,4, 25,27].

В конце апреля 1919 г. губернский центр был перенесен из Могилева в Гомель, соответственно и все губернские учреждения переместились в Гомель. Губернский подотдел по делам музеев направил огромные усилия на то, чтобы наладить в губернии работу по выявлению и сохранению памятников. С этой целью на места высылались декреты и правительственные распоряжения, а также анкеты и подробные инструкции о том, как выявлять и брать на учет культурные ценности, сохранившиеся в барских усадьбах, имениях и государственных учреждения. Однако для проведения всего объема работ не хватало специалистов. Пополнить личный состав подотдела не было никакой возможности, так как «специалистов по музееведению на местной бирже труда не имеется».

Для реализации поставленной задачи в масштабах страны привлекались старые кадры музейных специалистов, уцелевших представителей научной и художественной интеллигенции. Возможно, их участие было обусловлено не столько лояльностью к советской власти, сколько жизненной необходимостью, а также профессиональным интересом, продиктованным появившееся возможностью детально осмотреть любую усадьбу.

В уезды и волости Гомельской губернии выезжали в командировку для сбора экспонатов сотрудники отдела губнаробраза: Сербов И. А., Штерн В. Я., Будников И. Ф., Баборыкин И. X., Понемецкий и др. Гомельщина вместе с присоединенными к ней уездами Минской и Черниговской губерний представляла для сотрудников подотдела широкое поле деятельности. Здесь в барских домах и помещичьих усадьбах уцелело после погромов много культурных ценностей: «богатых библиотек, старинных рукописей, картин, бронзы, фарфора, стекла, скультуры, стильной мебели и пр».

Кроме того, в самом Гомеле, «на складах различных транспортных обществ, среди ворохов бесхозяйственного имущества обнаружено много предметов музейного характера». Большинство этих сокровищ в свое время было вывезено в Гомель «русской аристократией и буржуазией и до последнего момента хранились здесь, в бывшем пограничном пункте между Советской Россией, Украиной и Белоруссией» [3, л. 5-6].

Так, во дворе бывшего Русско-Азиатского банка комиссией губнаробраза и банка был вскрыт амбар № 3, в котором находились «художественно-исторические вещи, принадлежащие Адаму Браницкому». Все эти вещи: 77 ящиков, 6 сундуков, 2 чемодана и 1 пустой ящик были вывезены в подотдел по делам музеев. На все предметы имелось удостоверение от 29 января 1918 г. выданное «Отделом попечения над предметами искусства и культуры при Центр(альном) обывательском комит(ете) Царства Польского в Минске». Амбары банка не пострадали во время Стрекопытовского мятежа. При вскрытии в ящиках оказалось: 179 картин, 173 бутылки различных вин, белье, богослужебные предметы, ковры, старинные сабли, кинжалы, ножи, шлемы, кольчуги, щит, перстни — печати — 6, печати — 9, миниатюры на стекле — 5, миниатюры на кости — 1, барельеф на кости «Ядвига Браницкая», барельеф на кости «Иисус Христос». Среди упакованных вещей оказались золотые и серебряные предметы 28 наименований, в том числе часы серебряные с черной и золотой монограммами, кольцо обручальное золотое с монограммами «А. М. 1824 г. «, а также 271 единица семейной хроники и архив в папках, свертках, книгах; книги в 26 ящиках. Кстати, все книги в 1919-1920 гг. были переданы в библиотечный фонд [4, л. 41-44].

О равнодушии местных властей к памятникам истории сообщает сотрудник губоно Понемецкий, который в декабре 1919 г. находился в совхозе «Глинище» Юровичской волости Речицкого уезда, где зав. совхозом Карл Миллер сообщил ему «что много ценных книг и других вещей раздавали и сжигали в печах красноармейцы стоящие на квартире в совхозе». Понемецким были взяты на учет: рояль, две стильные кровати, три письменных стола, десять мягких кресел, три дивана, один комод, один буфет, один карточный столик. Из Глинищ Понемецкий увез 25 книг на польском языке, 10 экземпляров нот, затем он побывал в совхозе «Борисовщина», где был открыт Народный дом, в котором на полу валялось порядка 3 тыс. книг на русском, польском и других языках. Hа его обращение к зав. совхозом Галдецкому о необходимости упорядочить книги, последовал отказ. Из совхоза ему удалось вывезти 200 книг французских и немецких классиков.

Не менее интересны находки инструктора Боборыкина обнаруженные им во время поездки в Мозырский уезд и доставленные в Гомель. Это были материалы из имения Юрия Толстого, который в 70-е годы XIX в. «был товарищем обер-прокурора Синода». Как указывал Боборыкин, среди материалов имелись: 1) «пять писем (манускриптов) поэта В. А. Жуковского — кажется неизданных 2) тетрадь стихотворений графини Е. Растопчиной; 3) стихотворение неизвестного автора, 1847 г., с революционной тенденцией; 4) приказ Екатерининского генерал- губернатора Трубецкого; 5) какой-то документ весьма старого письма на бумаге папирусной формы и многое другое».

Летом 1919 г. в музейный фонд была приобретена коллекция бабочек и жуков в 30 специальных ящиках и 11 коробках, насчитывавшая 20 тыс. экземпляров и состоящая из двух разделов: фауна и флора. Данная коллекция собиралась на территории Российской империи в течении 14 лет Леонидом Николаевичем Глазовым, членом Российского энтомологического общества, проживавшим в г. Гомеле. Причем коллекция, которая в мирное время оценивалась в 12 тысяч рублей, была продана за 50 тысяч, из которых Глазову было выплачено только 10 тысяч [5, л. 5].

Все это культурное богатство, по мере выявления его на местах, поступало на учет в подотдел и подвергалось научно-художественной экспертизе и обработке.

Для сбора и хранения культурных ценностей в Гомеле был основан Центральный музейный фонд под который был отведен каменный двухэтажный дом по ул. Замковой, 37. Здесь в научно-художественной лаборатории подотдела с мая по декабрь 1919 г. была проведена огромная работа. Сотрудники разобрали и описали свыше 80 тыс. томов книг, брошюр, журналов и рукописей разного содержания и на разных языках, Самые редкие издания и рукописи, а также богатая коллекция по нумизматике и геральдике, были отправлены в Москву и сданы на хранение в Румянцевский музей. Были найдены семейные архивы и хроники родовитой западно-русской аристократии, которые также были вывезены в Москву и сданы на хранение в Главархив. В Гомеле, в Центральном музейном фонде, была собрана богатая картинная галерея, собрано до 100 предметов старинной художественной ткани, среди которой имелись западно-русские, украинские, польские ковры, слуцкие пояса и древние шелка, которые также были вывезены в Москву и сданы на хранение в государственный музейный фонд.

Кроме этого, в музейном фонде имелась коллекция старинного оружия и предметов вооружения, а именно: шлемы, кольчуги, щиты, секиры, нищали и пр; собрано свыше 100 предметов скульптуры и статуарного искусства, среди которых особого внимания заслуживали «две мраморные статуи: Венеры Милосской и Медицийской работы первоклассных мастеров»; составлена богатейшая коллекция художественного стекла и хрусталя, фарфора и фаянса, майолка и глины, коллекция штампа и чеканки по металлу, резьбы и выжигания по дереву и кости; было собрано до 150 предметов из бронзы: статуи, барельефы, медальоны, часы, канделябры; около 100 предметов стильной мебели и домашней обстановки из карельской березы, черного дуба и красного дерева, большей частью мозаичной или резной работы; много предметов по художественной керамике, преимущественно местного производства [6, л. 1-10].

30 июня 1919 г. состоялось объединенное совещание коллегии Гомельского губоно, на котором ставилась задача «достойно провести день, советской пропаганды». Подотделу по делам музеев было велено «напрячь все силы для открытия музея». Перед музеями ставились задачи: выполнять идеологические, научно-просветительские функции, являться источниковой базой для науки и организации самостоятельных исследований в области краеведческой работы, изучать историю Октябрьской революции и гражданской войны, разрабатывать и внедрять новые подходы в теорию музейного строительства и в создание музейных экспозиций.

При Гомельском Центральном музейном фонде был организован художественно-исторический музей им. Троцкой, торжественное открытие которого состоялось 20 июля 1919 г., в день советской пропаганды. Экспонаты музея вызвали у местного населения настолько огромный интерес к произведениям искусства и памятникам старины, что в день открытия его посетило около 8000 человек. После такого потока посетителей коллегия губоно поручает И. А. Сербову подыскать заместителя по заведыванию музеем им. Троцкой, составить путеводитель по музею, подыскать помещение под общежитие на 150 мест для экскурсантов, прибывающих из уездов, организовать склады для хранения экспонатов. При музее был создан административный совет в количестве 7 человек и утвержден следующий штат: зав. музеем, хранитель музея (хранителем являлась жена И. А. Сербова — Сербова Матрена Прокофьевна, впоследствии зав. музеем), 7 человек сотрудников, швейцар, горничная, 2 сторожа.

Следует отметить, что много экспонатов поступало в Центральный музейный фонд во время «выселения Гомельской буржуазии». 10 июня 1919 г. в Гомеле была создана комиссия по выселению и по учету вещей выселенной буржуазии» из 95 человек (особый взвод губчека — 10 чел., милиция — 10 чел., члены профсоюзов — 25 чел., губвоенкомат — 25 чел., госконтроль — 10 чел., городская организация РКП — 25 чел.). При учете имущества выселенных составлялся акт и передавался в ЧК, которая занималась распределением имущества [7, л. 12-13].

К сожалению, тревожное положение на фронте, а также неоднократные командировки И. А. Сербова в Москву для консультаций с Н. Троцкой, привели к частичной эвакуации экспонатов художественно-исторического музея им. Н. Троцкой в Москву. Хотя, если судить ПО документам, то вывоз планировался заранее. Встречается ряд актов за июль-август 1919 г. с «подробным перечислением в прилагаемой описи серебряных и золотых предметов», которые передавались на хранение их музейного фонда в губфинотдел «принятые ценности подлежат хранению, впредь до отсылки в Москву, в несгораемом сундуке губфинотдела.  Сундук этот опечатан печатями госконтроля и губфинотдела, а ключ хранится у заместителя заведующего губфинотдела т. Вольфа». В связи с вывозом экспонатов в Москву в конце 1919 г. музей был временно закрыт. Его планировалось организовать и открыть на новых началах в 1920 г. однако художественно-исторический музей им. Троцкой так и не был открыт. 20 октября 1920 г. согласно решению губоно произошла «реквизиция музея». Все собранное в Центральном музейном фонде со временем было распределено по организациям. Судя по описям и спискам предметов, вещи из музея им. Троцкой на протяжении 1919-1920 гг. постепенно «растаскивались для различных нужд». Имеется много прошений с просьбами выслать те или иные вещи из музея. Книги, например, из музея забирали в фондовый склад, а в центральную библиотеку им. Герцена было передано 3088 единиц. В одном из документов за январь 1920 г. говорится: «Подотдел за вторую половину отчетного года пропустил через свой приходно-расходные ведомости десятки тысяч предметов по снаряжению и оборудованию разных культурно-просветительских учреждений». Это были детские сады и дома, школы и курсы, мастерские и студии, 168 тыловой этап, 8 стрелковый батальон, пароход «Коммунист», а также клубы: детский, подростков, коммунистов, профсоюзов местного гарнизона, работников просвещения, работников искусства, работников общественного питания, фабрики «Везувий», партии «Бунда»; Дом трудового крестьянина, дом им. Свердлова, театр им. Калинина, губнаробраз, губком, губздрав и др. Например, для Гомельской народной консерватории были выделены следующие музыкальные инструменты: рояли — 3, пианино — 2, фисгармония — 1, гобой с футляром, скрипка — 1, альт — 1, виолончели — 3, цитры — 2 и 34 предмета различной мебели. Командиру военного парохода «Горностайполь», который обратился с письмом в губнаторобраз 5 декабря 1919 г., «обращаюсь к Вам с просьбой отпустить граммофон для команды вверенного мне парохода, ввиду того, что мы замерзли в 60 верстах от Гомеля на открытой реке, т. е. почти совсем отрезаны от просвещения и не имеем никаких разумных и полезных развлечений» из музейного фонда был выдан граммофон и 40 пластинок, а командиру парохода «Коммунист» — 60 книг. Весьма оригинально обращение заведующего хореографической студией в музейный фонд «прошу предоставить из склада шкуры какого — нибудь зверя из имеющихся запасов. Желательно: шкура леопарда, барсука, волка на временное пользование для участника постановки «Революционный экстаз» в день съезда Советов» [8, л. 5-8].

Следует отметить, что 1919 год был довольно «урожайным» в плане сбоpa предметов старины. Во всех 16 уездах Гомельской губернии были созданы музейные фонды, а в городах: Гомель, Горки, Климовичи, Могилев, Мозырь, Орша, Речица, Рогачев, Стародуб, Чериков — открыты художественно-исторические музеи. В них находились на хранении большой ценности отдельные произведения искусства и целые коллекции. При этом на содержание подотдела со всеми его учреждениями и на охрану произведений искусства и памятников старины Наркомпрос выделил лишь 135 тысяч рублей, а расходы за год составили 345 949 рублей. Деньги выделялись из местного бюджета, причем 84 тыс. было потрачено на содержание подотдела, 100 тыс. на содержание музеев и 161 949 руб. на вывоз и охрану памятников старины [9, л. 20].

Список литературы

  1. Собрание узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства. 1918. № 73. ст. 794.
  2. Государственный архив Гомельской области (далее ГАГО). Фонд 60. — On 1. — Д. 1255 .
  3. ГАГО. — Фонд 60. — Oп 1 4. ГАГО. — Фонд 60. — Oп 1 5. ГАГО. — Фонд 60. — Oп 1 6. ГАГО. — Фонд 60. — Oп 1 7. ГАГО. — Фонд 60. — Oп 1 8. ГАГО. — Фонд 60. — Oп 1 9. ГАГО. — Фонд 60. — Oп 1 -Д. 1261 — Д. 1262 — Д. 1258 — Д. 1259 — Д. 1263 — Д. 1254 — Д.9

Автор: М.А. Алейникова
Источник: Гомель: старонкі гісторыі (да 870-годдзя першай згадкі ў летапісе) [Тэкст] : зб. навук. арт. / рэдкал.: В. А. Міхедзька (адказны рэд.) [і інш.], М-ва адукацыі РБ, Гомельскі дзярж. ун-т імя Ф. Скарыны. — Гомель : ГДУ імя Ф. Скарыны, 2012. — 188 с. Ст. 65-71