Исторические личности в судьбе Гомельского дворцово-паркового ансамбля в 1917-1919 годах

0
180
Исторические личности в судьбе Гомельского дворцово-паркового ансамбля в 1917-1919 годах

История человечества полна периодами бурных потрясений. В 1917-1919 гг. Россия, в составе которой находилась и Гомельская губерния, была охвачена ре­волюционной борьбой пролетариата за власть в стране. В этот период на судьбу Гомельского дворцово-паркового ансамбля значительно повлияли, кто сознательно, а кто нет, определенные исторические личности.

1 марта 1917 г. в Гомеле стало известно о Февральской революции. А уже 3 числа состоялись общегородские политические демонстрации, в которых приняли участия рабочие, солдаты и железнодорожники. На городской площади прошел многолюд­ный митинг. Рабочие и солдаты разоружили царских жандармов. Таким образом, можно сказать, что Февральская буржуазно-демократическая революция в Гомеле прошла мирно [7, с. 243]. Однако приход новой власти ознаменовал посягательства на имущество свергнутого класса. 8 мая 1917 г. Гомельский Совет рабочих и солдат­ских депутатов постановил реквизировать для своих нужд замок княгини Паскевич, а имеющиеся ценности взять под свою опеку [12]. В комнатах дворца развернули свою деятельность чрезвычайная «пятерка» по борьбе с Корниловским мятежом и Полесский комитет РСДРП(б). Таким образом, сразу после Февральской револю­ции начинаются первые поползновения на занятие дворца Паскевичей.

Октябрьская революция 1917 г. еще более ухудшила положение класса имущих. Движимое и недвижимое имущество бывших «угнетателей» подвергалось разгра­блению и уничтожению. Дома занимали различные организации, мебель шла на нужды новой советской власти, а драгоценности и ценные вещи, в лучшем случае, вывозились в Москву либо в другие города, в худшем — оседали в карманах простых обывателей.

В таком же положении оказался и дворец Ирины Паскевич в Гомеле. Он был «лакомым кусочком» для местной власти. Множество организаций хотели занять красивые, богатые и роскошные комнаты бывших хозяев, завладеть имеющимися ценностями.

С началом национализации предприятий, частных банков, почты и других учреж­дений Гомельское имение было взято под контроль земельного комитета.

Однако вскоре начался спор о владении замком (одно из наименований дворца современниками событий) между городской и земской управой и, как нам извест­но, между земельным комитетом и Советом рабочих и солдатских депутатов.

1 декабря 1917 г. управляющий сдает дворец комиссии, назначенной Советом рабочих и солдатских депутатов. Имение Паскевичей становится достоянием го­рода [4, с. 29]. С этого времени активизируется борьба местных властей за владе­ние дворцом и его ценностями.

Неизвестно, что бы стало с дворцом, если бы сразу после революции первым народным комиссаром просвещения не был назначен Анатолий Васильевич Луна­чарский. Он получил хорошее образование (Первая мужская гимназия в Киеве, Цюрихский университет), много путешествовал, имел большие познания в ис­кусствоведении, поэтому искренне переживал за архитектурные, исторические и культурные ценности. Именно он выступил первым противником разрушения большевиками в Москве Собора Василия Блаженного, Успенского Собора, Крем­ля. Благодаря ему продолжала действовать Московская консерватория. Анатолий Васильевич написал множество статей по теории искусства, литературе, музыке, являлся автором ряда драм и пьес, некоторые из них были переведены на ино­странные языки и шли в зарубежных театрах [1, с. 8].

Луначарский оказал неоценимую помощь Гомельскому дворцу. В декабре 1917 г. от него приходит телеграмма в адрес Гомельского Совета. В ней нарком просвеще­ния пишет о чрезвычайной ценности дворца Паскевичей, о том, что в нем находится множество великолепных произведений искусства, и настоятельно просит, чтобы все это сохранилось безо всякого вреда. В связи с этим Гомельский Совет постано­вил больше не занимать помещений во дворце, кроме тех, которые уже заняты, и не допускать размещения других организаций [6, л. 7].

Для того чтобы все произведения искусства уцелели и остались в сохранности, их нужно было собрать в одном месте. Поэтому, как только кайзеровские немецкие войска покидают оккупированный Гомель, Луначарский в марте 1919 г. присылает еще одну телеграмму, которая предписывала создание музея и закрепление за ним парка, дворца Паскевичей и всех ценностей, в нем находящихся. Это было важное и своевременное решение, одно из самых благоприятных влияний личности на судь­бу дворца [6, л. 12].

Однако в том же марте 1919 г. в Гомеле вспыхнул Стрекопытовский мятеж. Два полка красноармейцев, созданных в Туле, удрученные снабжением, сильным об­стрелом на фронте под Овручем, отравленные белой пропагандой, подняли мятеж. Погрузившись в эшелоны, 24 марта они прибыли в Гомель [5, л. 16]. Руководил сол­датами рядовой офицер старой царской армии, заведовавший хозяйственной частью одного из полков, Владимир Васильевич Стрекопытов [11, с. 777]. Сын купца и фа­бриканта в годы революции вступает в Красную армию. Делает это не потому, что осознал великие идеи равенства и братства, а с целью контрреволюционной аги­тации и разложения красноармейцев. Первая попытка еще в Туле была неудачная. Стрекопытова арестовала ЧК, но по ходатайству командира полка в связи со скорой отправкой на фронт он был отпущен [8].

Вторая попытка стала успешной. Под Гомелем бунтовщики требовали обеспе­чить им беспрепятственный проезд в Брянск и Тулу. Советская власть в городе по­нимала, что такой пропуск мятежников вглубь страны может нанести сильный удар по революции, т. к. Брянская и Тульская губернии еще не оправились от последствий проходивших там волнений и восстаний. А рядом — Москва. В связи со сложив­шейся ситуацией гомельские коммунары приняли решение задержать «стрекопытовскую банду» в городе. В ходе неравного боя мятежники овладели городом [9, с. 173]. Стрекопытов объявил себя Командующим Армией Русской Республики и стал из­давать свои постановления, акты и приказы [10, с. 145]. Во дворце князя Паскевича был установлен телефонный узел и расположен пункт наблюдения, а чуть позже и штаб контрреволюционеров. Это и сыграло роковую роль для дворца. Перед тем как сдаться, гомельские коммунары сообщили, что в городе мятеж. Из соседних районов на помощь Гомелю вышли красноармейские части. Первыми до города добрались почепские коммунары со стороны Новобелицы. Мятежники пытались выставить орудия около Зимнего сада и башни, но были обстреляны батареей «красных» и вы­нуждены были сняться, сделав один или два выстрела. Красноармейцам же был дан приказ стрелять непосредственно по дворцу, где находился штаб. Попадания были удачны. В центральной части дворца начался пожар, который длился на протяже­нии трех-четырех дней [5, л. 157]. Его последствия были катастрофическими: сгорел весь верхний этаж, где находились комнаты для гостей, а в них — дорогая и редкая мебель, ценные предметы искусства. Огнем был уничтожен и первый этаж дворца с его парадными комнатами, великолепными стенами, покрытыми мрамором и леп­ниной, изысканным интерьером с множеством предметов старины [13].

В это же время другой человек проявил самоотверженность и, рискуя жизнью, спас большую часть художественных ценностей графа Паскевича-Эриванского. Еще до Стрекопытовского мятежа, 17 марта 1919 г., в Гомель приехал сотрудник Музей­ного отдела Народного Комиссариата Просвещения и по совместительству помощ­ник ученого секретаря Румянцевского музея Викентий Викентьевич Пашуканис. На обеих своих должностях он занимался одним и тем же делом — сохранением исто­рико-художественных и книжных ценностей, вывозом их из национализированных усадеб в Москву, чаще всего в Румянцевский музей. Именно он спас от грабежа кол­лекции графа Радзивилла в их имении близ Бобруйска. Благодаря ему крупнейшие музеи и библиотеки Москвы пополнились богатейшими коллекциями книг, рукопи­сей, фамильных архивов, художественными собраниями [3, с. 15].

Родился Викентий Викентьевич в Москве, в семье литовца из Каунаса, который был крупным чиновником — статским советником. Окончил математический фа­культет Московского университета. Однако точным наукам предпочел хлопотную работу в издательстве «Мусагет». Тесно общался с Александром Блоком по по­воду издаваемых им произведений. Затем организовал собственное издательство, которое сотрудничало с такими известными авторами, как Андрей Белый, Игорь Северянин, Эллис, Валерий Брюсов, Зинаида Гиппиус и др. Он собрал обширную библиотеку современных русских поэтов и писателей. Умный, эрудированный, на­читанный молодой человек связал свою жизнь с искусством [3, с. 15]. Возможно, именно поэтому после закрытия в 1917 г. «Мусагета» он устроился работать в Му­зейный отдел наркомата просвещения. Очередная командировка привела эмиссара в Гомель во дворец князей Паскевичей.

Поселился Викентий Викентьевич в самом замке. Стрекопытовский мятеж застал его врасплох. Вовремя спрятанный эмиссарский мандат, возможно, спас Пашуканису жизнь, бунтовщики его не тронули. Но когда загорелся дворец, он не растерялся, а наоборот, сориентировался, собрал возле себя служащих дворца и при непрекращающемся обстреле вместе с ними стал выносить художественные и исторические ценности. Несмотря на то, что несколько человек было ранено, а у эмиссара на теле были ушибы и ожоги, спасение предметов искусства от огня не останавливалось. Под артиллерийским огнем были вынесены огромная художественная коллекция, старинная мебель, изделия из фарфора, хрусталя, бронзы, книги, рукописи, и, как было отмечено в архивных документах, «около ста пудов золота и серебра» [3, с. 15]. В последующие дни после пожара он сберег их от мародеров.

Через некоторое время Пашуканис отправляет телеграмму, в которой гово­рится о сгоревшем дворце и вывозе спасенных ценностей в Москву [3, с. 15]. Из того, что было вывезено им, ничего назад не было возвращено, и дальней­шая судьба многих ценных предметов неизвестна. Скорее всего, они были ис­пользованы новой властью как валюта за долги по платежам.

И еще одно историческое лицо, сыгравшее значимую роль в судьбе не только Гомельского дворца, но и других памятников культуры — Наталья Ивановна Седова, жена Льва Давидовича Троцкого. Она спасала «буржуйское добро» — так говорили о ней недоброжелатели. Но именно эту женщину нужно благодарить за сохранение большого историко-культурного наследия.

Родилась Наталья Ивановна в семье купца первой гильдии, что позволило ей по­лучить достойное образование и даже окончить курсы в Сорбоннском университете. Там же, во Франции, Седова познакомилась со своим будущим мужем — Львом Троц­ким, вступила в социал-демократическую партию и начала свою революционную деятельность [2].

Вскоре семья возвращается в Россию. В 1918 г. Троцкая возглавила первый со­ветский государственный орган, занимавшийся защитой и охраной памятников исторического наследия — Музейный отдел Наркомпроса. За два года работы этого отдела было взято на учет 500 старинных усадеб и дворцов, создано свыше 200 но­вых музеев, вывезено из бывших дворянских имений более 100 тысяч произведений искусства, сотни библиотек и различных архивов. Троцкой приходилось буквально бороться за памятники прошлого в обстановке Гражданской войны [2].

Именно Наталья Ивановна отправила в Гомель своего эмиссара Викентия Пашуканиса для отбора исторических ценностей. А когда местные гомельские власти пытаются выяснить между собой, кому должен подчиняться будущий музей, вы­пуская различные директивы на этот счет, Троцкая высылает телеграмму в Губисполком за подписью Калинина и Луначарского. В ней говорилось, что, согласно постановлению Совнаркома и Наркомпроса от 17 июля 1919 г., все музеи без ис­ключения находятся в непосредственном ведении Главмузея. И потому реорга­низация музея дворца Паскевичей, вывоз каких бы то ни было предметов, пере­дача помещений, а также парка другим учреждениям и ведомствам возможна лишь по постановлению Главмузея. Виновные во вмешательстве в работу музея и парка будут привлечены к ответственности, а все принятые Губисполкомом постановления должны быть немедленно отменены [6, л. 4]. Благодаря Троцкой и Луначарскому будущий музей и его ценности были защищены в этот нелегкий период от посягательств местных властей.

20 июля 1919 г. на основе множества предметов, доставляемых из различ­ных дворянских усадеб Гомельской области, был создан музей им. Н. И. Троцкой. В этом музее также находились некоторые предметы из дворца Паскевичей. Правда, просуществовал музей недолго. Положение дел на фронте подтолкнуло власти эва­куировать его в Москву и уже там организовать Гомельский губернский музей име­ни Натальи Троцкой [6, л. 21]. Позднее, 7 ноября 1919 г., стараниями сотрудников местных организаций, проделавших колоссальную работу, в галерее и дворцовой башне дворца Паскевичей был открыт музей имени Луначарского. Это же имя полу­чил и окружавший дворец парк. Открытие было приурочено ко второй годовщине Октябрьской революции. Первым директором музея и прилегающего к нему парка был назначен Исаак Аронович Маневич, человек, который понимал архитектурную и художественную значимость поступившего под его управление богатства и упор­но боролся за его целостное сохранение [6, л. 45].

А какая же была дальнейшая судьба упомянутых исторических личностей?

Луначарский Анатолий Васильевич осенью 1929 г. был смещен с поста Нар­кома просвещения и назначен председателем Ученого комитета при ЦИК СССР. В 1930-х гг. он становится директором Института литературы и языка Комакадемии. В 1933 г. назначен полномочным представителем СССР в Испании. На пути в Испанию Анатолий Васильевич скончался. Урна с его прахом установлена в Кремлевской стене на Красной площади в Москве [1, с. 140].

Стрекопытов Владимир Васильевич после бегства из Гомеля со своей бандой присоединился к войскам Украинской народной армии, где участвовал в боях про­тив красноармейцев. В мае 1919 г. он попал в плен к войскам Польской Республики и был помещен в тюрьму в Брест-Литовске. В июле 1919 г. Стрекопытов и соратни­ки были освобождены и направлены в Эстонию для создания антикоммунистиче­ских отрядов. В 1940 г. после создания Эстонской Советской Социалистической Ре­спублики был арестован войсками НКВД в Таллине и через год расстрелян [8].

Трагической оказалась судьба Викентия Викентьевича Пашуканиса. Новая совет­ская власть не увидела его заслуг. В том же 1919 г. был выписан ордер на его арест и обыск квартиры. Тройка ВЧК вынесла ему смертельный приговор. Даже теле­грамма самой Троцкой в защиту своего подчиненного и с просьбой об освобождении не возымела никакого действия. 20 января 1920 г. Викентий Викентьевич Пашуканис был расстрелян. Впоследствии реабилитирован (посмертно) [3, с. 15].

Еще более трагичной была судьба самой Натальи Ивановны Троцкой. После вы­сылки супруга из страны Наталья Ивановна вместе с сыном отправилась за ним. В 1937 г. был расстрелян ее младший сын Сергей. В 1938 г. на операционном столе при странных обстоятельствах умер старший сын Лев. В 1940 г. в Мексике убили и ее мужа Льва Троцкого. В 1960 г. она переехала во Францию, в Париж, где через два года скончалась [2]. Похоронили Наталью Ивановну рядом с мужем в Мексике.

Источники и литература

  1. Борев, Ю. Б. Луначарский. Жизнь замечательных людей / Ю. Б. Борев. — М.: Молодая гвардия, 2010. — 149 с.
  2. Из статьи Д. Смирнова «Она спасала буржуйское добро» // Аксельрод, Ю. Мой дед Лев Троцкий и его семья [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://books.google.by/books7id4JXhkAAAAQBAJ&printsec=frОпtcover&hl=m#v=Опepage&q&l=false. — Дата доступа: 24.08.2019.
  3. Кончин, Е. Пожар в Гомеле // МГДПА. — Ф. 9. Д. 9.
  4. Литвинова, Т. Ф. Перипетии Гомельского дворца в первой половине XX века / Т. Ф. Литвинова // Русская усадьба. Сборник Общества изучения русской усадьбы. Колл, авторов. Научный ред.-сост. М. В. Нащокина. — Санкт-Петербург: Коло, 2018. — Вып. 24 (40). — С. 27-40.
  5. МГДПА. — Ф. 5. Д. 5.
  6. МГДПА. — Ф. 9. Д. 9.
  7. Памяць: гісторыка-дакументальная хроніка Гомеля: у 2 кн. / рэдкал.: Г. К. Кісялёў (гал. рэд.) [і інш.]. — Мінск: БЕЛТА, 1998. — Кн. 1. — 608 с.
  8. Стрекопытов Владимир Васильевич // Русская Эстония. Энциклопедический справочник [Элек­тронный ресурс]. — Режим доступа: http://russianestОпia.eu/index.php?title=CTpeKОпbiTOB Владимир Ва­сильевич. — Дата доступа: 24.08.2019.
  9. Такоева, И. Т. Гомельская губерния. Как все начиналось. Неизвестные страницы / И. Т. Такоева. — Гомель: Редакция газеты «Гомельская праўда», 2014. — 287 с.
  10. Трудящиеся Гомелыцины в борьбе за власть Советов (1917-1920 гг.). Хроника событий / сост. С. И. Лерман, А. Д. Патыко. — Гомель: Полеспечать, 1958. — 205 с.
  11. Участники Белого движения в России / сост. С. В. Волков [Электронный ресурс]. — Режим до­ступа: http://swolkov.Org/2baza beloe dvizhenie/pdf/Uchastniki Belogo dvizhenia_v Rossii 17-S.pdf. — Дата доступа: 24.08.2019.
  12. Шода, T. Страсти вокруг дворца [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://gp.by/category/news/culture/news9664.html. — Дата доступа: 24.08.2019.
  13. Шода, Т. Стрекопытовский мятеж или шесть дней, которые потрясли дворец [Электронный ре­сурс]. — Режим доступа: http://www.palacegomel.by/index.php?newsid=109. — Дата доступа: 24.08.2019.

Автор: В.В. Бубнов
Источник: Гомельский дворцово-парковый ансамбль: от усадьбы до музейного комплекса: сбор­ник материалов международной научно-практической конференции. – Гомель: Барк, 2019. — С. 42-46.