“Иконография” Румянцевых, или портреты Румянцевых

0
499
портреты Румянцевых

Зримый образ полнокровнее иных воскрешает прошлое в нашем уме и сердце. Попытаемся представить себе и мысленно собрать воедино распыленную по разным городам и музеям бывшей империи галерею портретов рода Румянцевых — репрезентативных, полных горделивого достоинства, и интимных, камерных; портретов прижизненных, вобравших подлинный дух эпохи, и тех, что дошли до нас в позднейшем воспроизведении оригиналов, и, наконец, портретов, известных лишь по воспоминаниям.

XVIII век внес в галерею портретов Румянцевых имена, составившие славу русского портретного искусства: Д.Г. Левицкого, Ф.С. Рокотова, В.Л. Боровиковского.

В Гомельском областном краеведческом музее хранится небольшой, с дублированным холстом, портрет работы не­известного мастера XIX века, представляющий соратника Пет­ра I — Александра Ивановича Румянцева, с личностью которо­го связано возвышение бедного дворянского рода Румянцевых в начале XVIII столетия. Гомельский портрет списан с более раннего изображения, выполненного в 1811 г. В.Л. Боровиков­ским по заказу Н.П. Румянцева, предпринявшего в это время ряд начинаний, дабы увековечить заслуги своего рода перед Отечеством. Неизвестно, каким прижизненным портретом A. Румянцев пользовался В.Л. Боровиковский, но можно пред­положить, исходя из сходства изображений, что он использо­вал тот же оригинал XVIII в., который одновременно с B.Л. Боровиковским использовал и Я.И. Аргунов, создавая ри­сунок для гравюры, выполненной Алексеем Грачевым и по­явившейся в 1812 г. в книге Н.Н. Бантыш-Каменского “Дея­ния знаменитых полководцев и министров в царствование Петра I”. Эта гравюра хранится в отделе изоизданий Россий­ской государственной библиотеки в Москве. В этой же биб­лиотеке, в отделе рукописей находится подлинный портрет А.И. Румянцева работы В.Л. Боровиковского (х., м. 233×154). Изображение выполнено в суховатой манере, характерной для позднего творчества художника, имеет все атрибуты парадного портрета, подчеркивающего значимость представленной персо­ны.

Супруга А.И. Румянцева, урожденная Матвеева, дочь изве­стного дипломата, крестница Петра Великого, предстает перед нами в портретах двух художников. В Государственном Рус­ском музее Санкт-Петербурга хранится портрет М.А. Румянцевой 1764 г., выполненный известным художником середины XVIII в. А.П. Антроповым и считающийся одним из лучших в его творчестве. Облик европейски образованной и в то же вре­мя ощутимо русской по складу души барыни создан объек­тивно и материально (х., м. 62,5×48). Копия с портрета нахо­дится в Государственном Историческом музее.

В “Путеводителе по Государственному Румянцевскому му­зею” 1923 г. (ныне это Российская государственная библиоте­ка) упоминается находившийся в “Румянцевском зале” портрет М.А. Румянцевой работы Бенуа Шарля Митуара, вы­полненный не ранее 1830-х гг. Сейчас местонахождение портрета неизвестно, однако судить о нем можно по репродук­ции, помещенной в издании “Русские портреты XVIII-XIX столетий”, которое было выпущено в 1905-1909 гг. по инициативе великого князя Николая Михайловича.

29 августа 1770 г. известный коллекционер гравюр, чье собрание впоследствии стало одним из крупнейших приобре­тений Эрмитажа, Фридрих-Вильгельм Берхгольц пишет акаде­мику Я. Штелину: “Если Ваше Высокоблагородие будет иметь случай видеть мою многолетнюю высокочтимейшую покрови­тельницу овдовевшую генеральшу графиню Марию Андреевну Румянцеву, то я прошу вместе с передачей моего нижайшего почтения от моего имени покорнейше попросить её как мать нашего нынешнего великого героя, который приобрел такие заслуги перед своим Отечеством, по примеру многих досто­почтенных дам решиться заказать искусному господину Радигу гравировать себя на память потомству, как и для радости ее верных слуг в это благословенное время и пожаловать экземпляр для украшения моего значительного собрания гравюр”. Таким образом, мы можем предположить, что просьба Берхгольца была удовлетворена, и существовал или существует графический портрет М.А. Румянцевой, выполнен­ный не ранее 1770 г. французским гравёром Антуаном Радигом (1721-1809), работавшим в Петербурге с 1764 г.

Наибольшее число изображений связано с именем прославленного сына М.А. Румянцевой — П.А. Румянцева-Задунайского. К наиболее значимым произведениям, безусловно, следует отнести работы Д.Г. Левицкого, Ф.И. Шубина, Ф.Ф. Щедрина.

Портрет П. Румянцева кисти Д.Г. Левицкого не сохранился, тем не менее, он сыграл чрезвычайно важную роль как прижизненный оригинал, к которому обращались художники после смерти Петра Румянцева, выполняя живописные и графические портреты фельдмаршала. Вероятно, наиболее близок к этому оригиналу приводимый Н.М. Гершензон-Чегодаевой в монографии “Д.Г. Левицкий” (М., 1964) “портрет графа П.А. Румянцева-Задунайского, копия (реплика?) неизвестного мастера с оригинала Левицкого, 71×60”, хранящийся в музее А.В. Суворова в Петербурге. Портрет не датирован. Н.М. Гершензон-Чегодаева отмечает, что на портрете П. Румянцев представлен в мундире без лат, что единственно отличает это изображение от гравюры Дж. Уокера, выполненной с картины Д.Г. Левицкого в 1798 г. Гравюра Дж. Уокера вошла в “Подробный словарь русских гравированных портретов” Д.А. Ровинского (Спб., 1886-89). Н.М. Гершензон-Чегодаева в разделе “Неизвестные годы” называет еще одну копию с портрета П. Румянцева, известного по гравюре Дж. Уокера, которая находилась в частном собрании П.П. Дурново в Петербурге и экспонировалась в Таврическом дворце на знаменитой выставке портетов 1905 г. В собрании западно-европейской живописи Эрмитажа находится парадный портрет П. Румянцева (х., м. 360×219), выполненный в 1833 г. Франсуа Ф. Риссом (1804-1886?) для Фельдмаршальского зала Зимнего дворца, где он находился с 1838 г. до 1926. В.Н. Березина, автор-составитель Эрмитажного каталога “Французская живопись, начало и середина XIX века” (Л., 1983) указывает, что “лицо модели написано Риссом по гравюре Дж. Уокера 1798 г. с картины Д.Г. Левицкого… На гравюре Дж. Уокера это полный пожилой человек; Ф.Рисс, идеализируя модель, изобразил фельдмаршала молодым, стройным, на фоне переправы русских войск через Дунай в 1771 г.” Тем не менее, думается, логично предположить, что Ф.Рисс использовал наряду с гравюрой Д ж. Уокера (или вместо неё) вышеупомянутую реплику с портрета Д.Г. Левицкого — здесь сходство очевидное и без возрастных изменений.

В нескольких вариантах и повторениях известен бюст П. Румянцева, выполненный Ф.И. Шубиным в 1776 и 1778 гг. (датировка по каталогу ГРМ 1988 г.): ГРМ (гипс), НХМ РБ (мрамор, вариант), музей А.В. Суворова (гранит) вариант начала XIX в., Киевский музей русского искусства (гипс).

В Киевском музее русского искусства с 1954 г. хранится бюст П. Румянцева в лавровом венке (датируется 1793 г., бронза), выполненный Ф.Ф. Щедриным (1751-1825), ранее бюст находился в краеведческом музее д. Сосницы Черниговской области.

Профессором скульптуры Академии художеств Жаном Домеником Рашеттом создан мраморный бюст П. Румянцева (61,5x34x29), хранящийся в ГРМ (поступил из Музея артиллерии в 1950 г.). Мраморный вариант бюста хранится в ГТГ, бронзовый — в Гомельском областном краеведческом музее. В Государственном Русском музее находится также уменьшенное повторение памятника, выполненного Рашеттом и установленного в 1793 г. в парке Ляличей Черниговской губернии. Позже памятник был перевезен в деревню Александровка, в имение Д.А. Энгельгардта (родственника Потёмкина). В журнале “Музей. Художественные собрания СССР” за 1986 г. приводятся слова известного писателя XIX в. Д.П. Ознобишина: “Был там (в Александровне — В.Л.) и памятник П.А. Румянцеву-Задунайскому, стоявший некогда в 12-колонном “Храме благодарности” в парке Ляличей. В 1867 г. Д.И. Ознобишин узнает, что памятник Румянцеву “уже продан какому-то торговцу железным товаром на вес меди”. Автор статьи в журнале “Музей” Е.В. Карпова пишет о недостоверности этой информации: “Статую… приобрел в 1866 г. через посредника черниговский губернатор С.П. Голицын за 1500 р. и подарил ее городу Глухову — центру административной деятельности бывшего генерал-губернатора Малороссии”. До наших дней памятник не сохранился. Упомянутое уменьшенное повторение его поступило в ГРМ из Строгановского дворца-музея Ленинграда в 1930 г. На ребре основания памятника — надпись, говорящая о том, что при военных доблестях П. Румянцев всегда стремился к миру: “Румянцев ужасен для Порты горделив… одъ лавром он… и подъ Оливой”.

Путеводитель по бывшей Румянцевской библиотеке за 1926 г. сообщает о достопримечательностях “Зала А” — “Румянцевского зала”: “На одном конце зала находится мраморная статуя отца канцлера, генерал-фельдмаршала графа П.А. Румянцева-Задунайского (1725—1796), изображающего его сидящим в кресле античной формы и задрапированным в римскую тогу”. Имя автора скульптуры не называется, хотя при упоминании других изображений в этом зале составитель путеводителя подобных недочетов не допускает. Местонахождение скульптуры сегодня неизвестно. Старая фотография “Румянцевского зала” с перспективой на видный у дальней стены белый силуэт скульптуры на фоне темного проема может дать определенное представление о ее композиции.

Скульптурные портреты П. Румянцева еще дважды упоминаются в описаниях залов Эрмитажа: бюст в “Аполлоновом зале” и барельефный медальон над дверью в двусветном зале Большого Эрмитажа (среди барельефных изображений других известнейших русских полководцев — Потёмкина, Суворова, Кутузова, Паскевича и Долгорукова).

В Румянцевской библиотеке хранилось переданное ГТГ и ныне в галерее находящееся живописное полотно итальянского мастера Стефано Торелли (1712-1780) “Въезд Екатерины II в завоеванные у Турции земли”, на котором среди окружения императрицы представлен П. Румянцев.

По словам старейших сотрудников Российской государственной библиотеки, упомянутые в путеводителе 1923 г. в “Румянцевском зале” эскизы работы известного русского исторического живописца В.К. Шебуева (1776-1855), выполненные черным карандашом и тушью и изображающие сцены из жизни П. Румянцева, также были переданы в ГТГ. Однако, на запрос Гомельского областного отделения Белорусского фонда культуры (ГООБФК) из отдела графики ГТГ был получен ответ, что в галерее такие эскизы не хранятся. Не исключена вероятность нахождения эскизов в каком-либо ином музее Москвы. Выразительные жанровые названия эскизов, сообщенные ГООБФК сотрудником изоотдела Российской государственной библиотеки В.С. Гречаниновой, — “Екатерина II дарит Румянцеву головной убор с лаврами”, “Больной Румянцев принимает доклады в постели”, “Румянцев читает бумагу”, “Мир с турками” — могли бы, безусловно, облегчить поиски.

Чрезвычайно интересен и необычен находящийся в отделе рукописей (фонд N 255) Российской государственной библиотеки портрет П. Румянцева 1790-х годов — миниатюра последних лет жизни (акв., белила, карт., 18×50). Портрет настолько натуралистично передает профиль одутловатого старческого курносого лица, что почти выходит на грань шаржа. Автор акварели не известен.

В собрании ГТГ находится поступившая в 1921 г. из Госу­дарственного музейного фонда работа художника П.И. Соко­лова (1735-1791), представляющая портрет П. Румянцева. Как указывает “Каталог акварели и рисунка ГТГ”, художник — бывший крепостной Е. Голицыной, вероятно, княгини Екатерины Михайловны Голицыной, супруги П. Румянцева. Портрет выполнен в 1787 году. (бум. грунт., итал. карт., мел. 571×421). В умелом и любовном изображении материальности угадывается рука ученика Д.Г. Левицкого.

В письмах своих к мужу Е.М. Румянцева в 1765 году называет еще один портрет: “27 июня 1765. Глухов. Я завтра и послезавтра буду праздновать и гостей дожидаюсь… приехали Чехачёв с Гурьевым, Лаков, и последний великую услугу сделал, привёз из Гданьска твой портрет, писанный анъ-пастель; он, было, его для себя вёз, да я, увидев, взяла, который, нахожу, очень сходен, и рада чрезвычайно, что имею”.

Графический портрет самой Е.М. Румянцевой работы неизвестного автора представлен в издании “Русские портреты XVIII-XIX столетий” великого князя Николая Михайловича, а также в сборнике писем ее к П. Румянцеву. Владелец и издатель писем Д.А. Толстой в примечаниях к изданию пишет: “Фототипия ея портрета, снятая с оригинала, писанного масляными красками,., находящегося в имении… генерал-адъютанта кн. Сергея Павловича Голицына — Троицком-Кайнарджи (Нижегородская железная дорога, станция Обираловка)… “. Не исключено, что этот портрет и теперь хранится в каком-либо музее Горьковской области.

Известно довольно много портретных изображений наиболее знаменитого сына Петра Румянцева — Николая Петровича. Самое выдающееся в их ряду — портрет юного Румянцева работы Ф.С. Рокотова (1795-1818) — автора “волшебных, оживающих” портретов. Местонахождение — Государственный музей искусств Узбекистана, куда он поступил из Государственной закупочной комиссии Ленинграда в 1939 г.

В одном из административных помещений Российской государственной библиотеки находится реставрированный портрет Н.П. Румянцева работы Д. Доу (1781-1829), английского портретиста, широко известного в России как создателя портретов Эрмитажной Галереи Героев Отечественной войны 1812 г. Портрет выполнен в Санкт- Петербурге в 1828 г., после смерти Н.П. Румянцева, вероятнее всего, по заказу С.П. Румянцева, которого прельстила слава Д. Доу, мастера “широкого, быстрого и, вместе с тем, эффектного приёма исполнения”. Изображение носит все черты традиционного репрезентативного портрета, аллегорически рассказывает о культурной, меценатской деятельности Румянцева. Задаваясь вопросом, какой прижизненный оригинал послужил Д. Доу для написания этого портрета, естественно, следует обратиться к хранящейся в отделе изоизданий РГБ в двух весьма близких вариантах литографии С. Редера. Сходство ракурса лица Н. Румянцева, деталей говорит о несомненной взаимосвязи изображений. К сожалению, литография не датирована, поэтому нельзя исключить ее воспроизведения с картины Д. Доу. Однако, учитывая, что Н. Румянцев на портрете Д. Доу представлен явно более молодым, нежели на литографии, логично предположить, что “омоложение” осуществлено для парадного портрета. Следовательно, первична литография или какой-либо иной прижизненный портрет, который она воспроизводит.

Гомельчанам хорошо знакома по воспроизведению в книге Л. Виноградова “Гомель. Его прошлое и настоящее” (М., 1900) миниатюра английского художника Петера Эдуарда Стройли (1768 — после 1826), представляющая портрет Н.П. Румянцева в овале. Миниатюра выполнена гуашью на кости (около 1796 г., 7,5×6,5). Воспроизведением миниатюры из книги Л. Виноградова пользовался самодеятельный художник из г. Гомеля Н.П. Фурман для выполнения портрета в технике выжигания по дереву и маркетри, а также для рельефного портрета на настольной модели. Миниатюра П.Э. Стройли находится в ГМИИ им. А.С. Пушкина. Там же, судя по ссылкам на воспроизведение, должна находиться “картина Руммеля”, представляющая портрет Н.П. Румянцева, но в имеющихся в Гомеле каталогах этого музея она не упоминается.

В Государственном Русском музее хранится не датированный портрет (пастель, пергамент) Н. Румянцева, выполненный В.К. Сазоновым, бывшим дворовым человеком Николая Петровича , (ГРМ. Живопись: Каталог. — М., 1988.)

По каталогу скульптуры ГРМ (М., 1988) в собрании музея значится “Портрет канцлера графа Н.П. Румянцева” (Бюст, бронза, 74x45x27). Не датируется. Автор — Гишар Луи-Мари. Бюст поступил из собрания А.С. Долгорукова (Ленинград) в 1926 г. Оригинал: гипс — частное собрание (Ленинград); повторения: бронза — Ульяновский художественный музей.

В Гомельском областном краеведческом музее находится бронзовый бюст Н.П. Румянцева. Авторство приписывается из­вестному итальянскому скульптору-классицисту Антонио Ка­нове (1757-1822). Следуя этой версии, можно предположи­тельно датировать портрет первым десятилетием XIX века, то есть временем, когда Н.П. Румянцев вёл переговоры с А. Кановой о создании статуи “Богиня Мира”, которая должна была увековечить дипломатическую деятельность представителя рода Румянцевых: — “Отечеству — любовью и жертвами”. Ис­пользуя, в частности, бюст Н.П. Румянцева из Гомельского областного краеведческого музея (ГОКМ), минский скульптор, лауреат Государственной премии СССР Николай Рыженков создал памятник Н.П. Румянцеву, который был открыт в Гоме­ле, у дворца Румянцевых-Паскевичей, 26 декабря 1996 года.

В 1930 г. из Эрмитажа в ГРМ поступил живописный “портрет действительного тайного советника, сенатора графа Михаила Петровича Румянцева (1753-1811), 1801”. Его автор — Квадаль Мартин Фердинанд (1736-1808). Об одиозной личности М.П. Румянцева, как правило, умалчивают, повествуя о славном роде. На портрете кисти Квадаля Михаил Румянцев представлен персоной, подтверждающей общественный глас: вместо традиционных атрибутов, которые должны рассказать о делах изображённого, на коленях у него пушистая беленькая собачка.

В 1923 г. при описании Румянцевской библиотеки было отмечено: “На балюстраде галереи, разделящей зал А на два этажа, над статуей Мира, повешен портрет графа Сергея Пет­ровича Румянцева (1755-1838), которому принадлежит глав­ная заслуга в основании “Румянцевского Музеума” как госу­дарственного учреждения; портрет — работы В.А. Тропинина”. По словам сотрудников, портрет находился в библиотеке еще в 1939 г., а в 40-е годы передан в музей В.А. Тропинина. Одна­ко, по утверждению главного хранителя музея Р.И. Чурсиной, портрета нет в их собрании, а находится плохое карандашное изображение, которое лишь предположительно представляет С.Л. Румянцева.

В фондах отдела изоизданий Российской государственной библиотеки хранится литография Лемерсьера (Париж, б. г., 32×40) — парадный портрет С.П. Румянцева, сидящего в кресле у стола с бумагой в руках об освобождении его крестьян, жителей д. Тарутино от крепостной зависимости. В правой части изображения — фигура крестьянина, идущего по полю, что напоминает об Указе “О вольных хлебопашцах”, автором которого был Сергей Петрович.

В Москве, в ГМИИ им. А.С. Пушкина находится “литогра­фия на китайской бумаге Жильена, печатана в Париже” — изображение, идентичное литографии из РГБ, может пред­ставлять ее фрагмент, так как правая часть с изображением крестьянина отсутствует.

Нами сделана попытка представить известную иконогра­фию рода Румянцевых XVIII-XIX вв. Это может иметь значе­ние для более полного раскрытия исторических образов, а так­же для выявления некоторых штрихов изобразительного искусства того времени. Работа по поиску портретов рода Ру­мянцевых может быть продолжена.

Автор: В.М. Лямцева-Коносевич
Источник: Н.П. Румянцев на белорусской земле: Материалы Междунар. круглого стола / Над. б-ка Беларуси. — Мн., 1997. — 68 с. Ст. 19-27.