Художественная жизнь Гомеля в конце XIX — начале XX в.

0
256
Художественная жизнь Гомеля в конце XIX — начале XX в.

Одной из форм социальной деятель­ности общества, составной частью его культуры и существования является художественная жизнь. Это понятие рас­сматривается в трудах многих авторов. Нами были взяты за основу обоснования Г.Ю. Стернина, который в круг явлений, составляющих художественную жизнь, в первую очередь вносит не только само ис­кусство, но и его взаимоотношения со зри­телем, связь с общественностью и т. д., в результате чего создается определенная художественная атмосфера, не застывшая, а постоянно находящаяся в динамике [1].

Особенности градостроительства Гомеля

В период русского классицизма, ампира и историзма в Гомеле, принадле­жавшем известным в Российской империи фамилиям Румянцевых и Паскевичей, был сформирован дворцово-парковый ком­плекс, который был «законодателем мод» в жизни города. На переломе XIX и XX вв. он, как и многие дворянские усадьбы, превра­тился в своего рода музей, хранилище цен­ностей и семейных раритетов. В это время Гомель уже не был частновладельческим городом, и на его улицах начинали активно отражаться процессы, связанные с разви­тием капитализма. При этом классицисти­ческая планировочная основа по-прежнему оставалась ведущей [2, с. 90-91; 3, с. 325]. Вокруг дворцово-паркового комплекса продолжала группироваться застройка, состоявшая из наиболее престижных и красивых двух- и трехэтажных каменных зданий: доходных домов, банков, админи­стративных и других заведений. Они кон­центрировались на центральных улицах вместе с лучшими магазинами, гостини­цами и ресторанами, к ним примыкали ти­хие кварталы особняков аристократии, на окраинах жили крестьяне и ремесленники.

Главная городская площадь, по сравне­нию с началом XIX в., изменилась коренным образом, утратив свою уравновешенную композицию. Торговые ряды, построенные при Н.П. Румянцеве, сгорели во время по­жара 1865 г. На их месте был сооружен го­стиный двор, принадлежавший экономии Паскевичей и своей планировкой внедрив­шийся в центр площади. Это строение не­правильной прямоугольной формы одним фасадом выходило на Базарную улицу, другим — на Румянцевскую, в его большой внутренний двор вело трое ворот. Въезд со стороны Румянцевской оформил арочный проем с архивольтом и массивным аттиком в виде готического щита, фланкированно­го башенками со стилизованными бойницами [4, фонд 2189, оп. 1, д. 132, л. 257-257 об.; фонд 3013, оп. 1, д. 761]. После Великой Отече­ственной войны на месте этого комплекса был построен драматический театр и раз­бит Театральный сквер.

Часть площади к северо-востоку от го­стиного двора в 1880-е гг. заняло каменное здание так называемой Городской думы. Оно было построено по проекту гомельско­го архитектора Е.К. Торлина и имело вид широкого и приземистого двухэтажного объема прямоугольного плана. В его внеш­нем облике прослеживалась характерная для искусства 1860-90-х гг. тенденция к из­мельчению форм, насыщению поверхности декором, в одной композиции произвольно соединявшим элементы различных исто­рических стилей. Ряды окон (на первом этаже — лучковой формы, на втором — пря­моугольные с треугольными и арочными сандриками) вертикально членились русто­ванными лопатками, горизонтально-кир­пичным зубчатым поясом. На первом этаже Городской думы были конторы, магазины с большими витринными окнами. После ре­волюции в этом здании размещалась редак­ция газеты «Гомельская праўда», в 1935 г. его достроили третьим этажом, сейчас здесь находится фабрика «Полеспечать».

В результате этих перестроек фрагмент площади превратился в городской квартал, куда была продлена ул. Миллионная, на ко­торой остались здания бывших ратуши и немецкого трактира, прежде оформлявших площадь.

На свободной части главной площади по одной оси с ул. Румянцевской в 1883 г. воз­ведена каменная часовня в память импе­ратора Александра II. На фотографии этой несохранившейся постройки видно, что ее соорудили в «русском» стиле, который был принят православной церковью как офи­циальный в культовом зодчестве XIX в. Ча­совня имела центрическую композицию с квадратным планом, по четырем сторонам выделялась арочными порталами с трех­лопастными обрамлениями в виде кокош­ника. Здание завершали восьмигранный шатер с люкарнами, небольшой барабан и луковичная главка. Весь декор этого куль­тового сооружения был выполнен в кирпи­че [5, с. 31; 8, фонд 3363, on. 1, д. 170, л. 1-4].

За счет территории площади гости­ный двор и Городская дума, обращенные фасадами друг к другу, продлили начало ул. Румянцевской, которая к концу XIX в. стала композиционным стержнем Гомеля. Она превратилась в его деловой центр и активно застраивалась, вытягиваясь в се­верном направлении.

До наших дней на бывшей ул. Румян­цевской сохранилось несколько доходных домов конца XIX в. (рис. 1). Все они трех­этажные, с симметрично-осевым компо­зиционным построением, квартиры в них, как правило, располагались на 2-м и 3-м этажах, 1-й пестрил рекламой многочис­ленных учреждений. На смену плоскост­ности фасадов середины столетия приш­ли объемность, живописность, появились купола и башни. Доходный дом купца Я. Ловьянова был построен в одной из са­мых приближенных к главной площади ча­стей ул. Румянцевской (ныне Советская, 4). В его убранстве соединены мотивы барок­ко, «русского» стиля и модерна. По этой ли­нии улицы через дом расположены в один ряд три здания, которые демонстрируют симпатии их владельцев к древнерусской старине (ныне — ул. Советская, 8, 10, 12). Их художественный облик определил декор фасадов. Средний дом построен в 1894 г. (как было указано на несохранившейся решетке над въездом в подворотню) [6, № Нвф 21474/27]. Этим же временем мож­но датировать и два соседних с ним здания.

Трехэтажное каменное сооружение Ви­ленского коммерческого банка оформило угол улиц Румянцевской и Троицкой, став ярким архитектурным акцентом на возвы­шенной части застройки. Оно возведено по проекту талантливого гомельского архи­тектора С.Д. Шабуневского (рис. 2) [2]. Его первым творческим опытом в Гомеле стало строительство в 1898 г. мужской класси­ческой гимназии в стиле неоклассицизма (ныне — один из корпусов университета транспорта). Этими стилистическими чер­тами отмечен и Виленский банк, проект ко­торого выполнен им в 1902 г., а реализован через 10 лет — в 1910-1912 гг. [5, с. 326-331; 5, с. 454-455; 7, с. 18-26, 30].

Несколько сооружений в стиле модерн создал архитектор С.Д. Шабуневский по за­казу гомельских купцов братьев С. и И. Шановичей на ул. Румянцевской. В стиле мо­дерн в 1908 г. архитектор решил доходный дом купца К.П. Грошикова на углу ул. Бо­ярской и Миллионной (рис. 3). Угловое рас­положение двухэтажной постройки предо­пределило ее объемно-пространственное решение. Эффектно выглядят уличные фасады, имеющие асимметричное компо­зиционное построение с замысловатым де­кором из лепных и кирпичных элементов.

В районе железной дороги, смещавшей городскую черту на северо-запад в конце XIX — начале XX в. возводились другие зда­ния: депо, механические мастерские, водо­напорные башни, которые своей спонтан­ной неорганизованностью внедрялись в архитектурно-художественный облик го­рода. Обслуживание новых транспортных артерий потребовало привлечение боль­шого числа рабочих. В Гомель хлынул по­ток сельских жителей, осевших за железно­дорожной линией и образовавших целый микрорайон, названный Залинейным. Он застраивался преимущественно одноэтаж­ными деревянными домами усадебного типа и быстро разрастался. К 1910 г. здесь было уже 47 улиц [2, с. 295].

В это время совершенно новыми ком­понентами города стали вокзалы. Здание Либаво-Роменского вокзала построено в 1890-е гг. Его первоначальный вид был типичным для гражданской архитектуры конца XIX — начала ХХ«. Как многие бело­русские вокзалы этого времени, сооруже­ние вытянулось вдоль линии путей, имело симметричное построение с акцентом на центральную часть и эклектичным приме­нением мотивов барокко и Ренессанса. В его композиции использован новый конструк­тивный прием в виде светового фонаря во втором ярусе здания. (Во время Великой Отечественной войны разрушено и в 1946 г. восстановлено с чертами историзма.)

Стремительный рост населения Гомеля в начале XX в. продиктовал увеличение ко­личества культовых сооружений. В 1869 г. в городе было 6 православных церквей, синагога и католический костел, а накану­не революции 1917 г. число церковных за­ведений разных конфессий превысило два десятка. Среди сохранившихся до наших дней — Свято-Никольская церковь, распо­ложенная на возвышенной излучине По­лесской ветки железной дороги. Она была построена на средства железнодорожных служащих и в 1904 г. освящена. Пожерт­вования на ее сооружение внесли князья Ф.И. и И.И. Паскевичи, получившие зва­ния почетных членов «Попечительства о построении привокзальной церкви в Го­меле» [4, фонд 2187, oп. 1, д. 11., л. 199 об., 200; фонд 2936, oп. 1, д. 212, л. 1; фонд 3013, on. 1, д. 1828, л. 1, 5].

Культурный быт Гомеля

Сформиро­ванная в архитектурной обстановке Го­меля конца XIX — начала XX в. среда дает представление о городской эстетике в целом. Как пишет Г. Ю. Стернин, резко воз­росшая публичность художественной жиз­ни к концу XIX века во много крат усилила представление современников о складыва­ющемся культурном быте как о самостоя­тельной общественной силе, регулирую­щей и свободу творчества художника, и его нравственные позиции, и его эстетические взгляды… Растущая демократизация худо­жественной жизни все более настойчиво выявляла стремление сделать быт искус­ством, а искусство бытом [1].

В Гомеле в районе так называемого «дворянского гнезда» на ул. Пушкина (ра­нее — Липовая) расположен бывший особ­няк семьи Крушевских, получивший назва­ние «Охотничий домик» (ныне Пушкина, 32). В 1997 г. в нем была создана музейная экспозиция, моделирующая образную сре­ду городского усадебного дома второй по­ловины XIX — начала XX в. с включением предметов декоративно-прикладного ис­кусства из МГДПА (рис. 4).

Дом Крушевских был типичным дворян­ским городским особняком, где комфортно проводили время в кругу семьи и с гостями. Обстановка в таких домах складывалась на протяжении десятилетий и менялась не часто. Предметы старой мебели хранились как семейные реликвии, что приводило к совмещению в интерьере разностильных вещей. По воспоминаниям И. Голынской (последняя из рода Крушевских владела домом), комнаты были обставлены модной мебелью, на стенах висели семейные пор­треты и полотна «исторической ценности», в обиходе было много изделий из бронзы, серебра, фарфора.

Для организации экспозиции была сде­лана реконструкция гостиной, кабинета, столовой и спальни. В центре гостиной — диван с двумя креслами в так называемом стиле Гамбс и массивный дубовый стол на ножках-кабриолях со столешницей из змеевика. У окон помещены столики, один (в стиле бидермейер) для настольных игр, другой (в стиле ампир) для рукоделия. Во второй половине XIX в. с использовани­ем элементов различных художественных стилей изготовлены черное пианино, де­корированное рельефной резьбой (при­дворная фабрика «Ф. Мульбах» в России) и напольное зеркало в деревянной резной раме. Особую атмосферу комнате прида­ют напольные часы в корпусе из дубового массива с резными накладками (немецкая мастерская начала XX в.) Уютную обста­новку дополняют гобелен с изображением галантно-сентиментальной сцены на фоне дворцово-паркового пейзажа, бархатная скатерть с мотивами рококо, фарфоровая ваза для десерта (фабрика Мейсенского круга конца XIX — начала XX в.) и цветочная ваза из молочного стекла с эмалевой ро­списью в стилистике модерна.

Несколько отличался от гостиной на­бор предметов в столовой. Центр комнаты оформляет большой обеденный стол на ду­бовых ножках в виде балясин. Вокруг рас­ставлены стулья с резными рисунками мо­дерна на спинках. В интерьере помещены два буфета — обязательная принадлежность столовой. Один декорирован накладной и пропильной резьбой в криволинейных очертаниях модерна. Другой оформлен в стиле позднего модерна 1910-х гг.

Художественный металл — также с при­знаками позднего модерна — представлен люстрой с абажуром (в столовой) и кроватью (экспонируется в спальне). Такие изделия поставлялись шведско-американ­ской фирмой и Акционерным обществом заводов металлических изделий «Конрад, Ярнушкевич и Ко» для строившегося кня­гиней И.И. Паскевич роддома, а также для московской гостиницы «Метрополь» [4, фонд 3013, oп. 1, д. 2369, л. 34]. Приоб­рести подобную мебель гомельчане могли на ул. Румянцевской, где находилась фирма И.М. Каплуна с собственным производ­ством и складом иностранных железных кроватей [11, приложение].

В числе металлических предметов в экспозиции столовой находятся мед­ный никелированный самовар фабрики К.Н. Анциферова в Туле, масленка, сахар­ница, сливочник и столовые принадлеж­ности из напоминавшего серебро металла (так называемые «платеры») различных варшавских мастерских, наиболее извест­ной из которых была фирма «Fraget». Де­кор этих предметов выполнен преимуще­ственно фабричными способами чеканки, гильоширования и гравировки в мотивах Ренессанса, рококо, классицизма (порой эклектично соединенными в одном пред­мете), а также извилистыми линиями мо­дерна.

Разностилье в украшении произведе­ний декоративно-прикладного искусства конца XIX — начала XX в. демонстрируют на­ходящиеся в столовой керамические изде­лия, и прежде всего посуда. Это столовый сервиз фарфорового завода товарищества М.С. Кузнецова в Будах, предметы фабрики Гарднера и товарищества А.Н. Абрикосова в Москве, фабрики Розенталь в Баварии и других. Висящие на стенах декоративные тарелки с марками российских, английских и немецких предприятий выполнены в фа­янсе и майолике и украшены по-разному: синей подглазурной росписью в виде цве­тов настурции с рокайлями; рельефным полихромным изображением извивающих­ся маков в стиле модерна; новым способом фотопечати рисунка.

Кроме столовых принадлежностей, представление об уровне развития про­изводства керамики второй половины XIX — начала XX в. дают глиняные изразцы. В это время появились новейшие виды на­несения декора (в том числе надглазурная роспись), позволявшие делать тончайшие колористические и тональные переходы. Печные детали наделялись стилистиче­скими признаками своего времени. В укра­шении сохранившейся в особняке Крушевских голландской печи рубежа XIX и XX вв. в интерьерах малой гостиной и кабинета четырехугольные терракотовые рельеф­ные изразцы по стилистике относятся к модерну. На них помещены орнаменталь­ные элементы в виде неправильного пря­моугольника с оплывающими боковыми сторонами и ромашковидных^шветков, переплетенных между собой и связанных бантом.

На территории Гомеля в старых домах (которые были снесены) выявлены укра­шенные изразцами печи, позволяющие от­метить ряд художественных особенностей этого вида искусства в городе. В особняке по ул. Пушкина, 30, как и в «Охотничьем домике», вся поверхность печи была обли­цована прямоугольными плитками с кру­глыми вогнутыми медальонами по центру. Они были покрыты муравленой глазурью и напоминали печь в Лошицкой усадьбе под Минском. В домах по ул. Кирова, 81 и 85 (ра­нее — Могилевская) печи повторяли архи­тектурные формы: имели тимпан, цоколь с карнизом из фасонной плитки и медальон в центральной части. В одном случае (Ки­рова, 81) в медальон помещен реалистиче­ски трактованный полихромный горельеф с бюстом А.С. Пушкина на круглой профи­лированной ножке, в другом (Кирова, 85) — он массивный, в виде сложного рокайля с раковиной.

Керамические декоративные детали из последнего дома представляют собой набор, состоящий из крупного фронтона, центральной части с медальоном и фри­за с карнизными плитками, пышно деко­рированными рельефными изображения­ми с мотивами рококо преимущественно оливково-зеленого и светло-коричневого цвета. Овальный медальон обрамлен вен­ком из растительных побегов с завитками и завершен раковиной (рис. 5). При рекон­струкции интерьера столовой в бывшем особняке Крушевских для муляжа печи, вы­ложенной цветным кафелем, были исполь­зованы эти архитектурные детали.

Изразцы печей по ул. Пролетарской, 33 (ранее — Фельдмаршальская), Болотовской, 19, 22, Госпитальной, 45 (названия истори­ческие) и другим также имели пластически выполненные рельефные фронтоны, меда­льоны по центру и карнизы.

Художественный металл в Гомеле кон­ца XIX — начала XX в. ярко и многообразно представлен также решетками балконов, ограждений, ворот и навесных козырьков. Их рисунок зависел от способов изготов­ления, которыми были ковка, литье и про­мышленный прокат. Узор сохранившихся образцов решеток преимущественно со­ставляют различные композиционные ва­риации из граненых стержней, колец, С- и S-образных завитков со стремлением как к центрической, так и раппортной компо­новке узоров, в которые нередко вводи­лись мотивы рококо (в виде трельяжей), классицизма (в виде розеток и пальметт), традиционного народного символа древа жизни и вычурного модерна (рис. 6). В ко­ваных и прокатных оградах, в частности, кладбищенских (которые сохранились в большей степени), встречаются заверше­ния вертикальных стержней в форме на­конечников копий. Литые решетки менее ограничены в художественных интерпре­тациях, благодаря рельефности и особен­ностям технологии они могли более четко выражать стилистические черты.

Скульптурно-монументальная пла­стика Гомеля

Во второй половине XIX — начале XX в. в Гомеле экстерьеры многих домов, особенно в центральной части го­рода, нарядно оформляли рельефы в виде картушей, медальонов, герм, маскаронов, капителей колонн и пилястр, орнаментальных поясов, а также круглая скульптура. Ху­дожественные особенности такого декора в основном были связаны со стилистикой зданий: в сооружениях эклектизма — нагро­мождения мотивов Ренессанса, рококо, ба­рокко и классицизма; в стиле модерн — тон­кие эстетизированные стилизации.

На фасадах трех бывших доходных до­мов (ныне — ул. Советская, 8, 10, 12) впере­мешку с элементами других исторических стилей воспроизведены свойственные древнерусской «хоромной» архитектуре декоративные детали — аркатурные пояски и колонки, каменные наличники окон, ра­ковины, ширинки (рис. 8). В каменных на­личниках с тонкими наборными колонками и завершениями в виде «петушиных гре­бешков» и рокайля, в килеобразной форме аттиков и в применении ордера ощутимо влияние «нарышкинского барокко». Деко­ративная скульптура этих строений в виде головок, полуфигур и фигур людей свиде­тельствует о воздействии западноевропей­ского искусства.

Примером классицистического стили­заторства в архитектуре модерна в Гомеле служит скульптурный декор здания быв­шего Русско-Азиатского банка. В центре цилиндрического барабана, возвышаю­щегося над вторым этажом, даны рельеф­ные изображения в рост аллегорической женской фигуры и Меркурия. Они отлиты в классической манере из белой цемент­ной массы. Пластическое дополнение со­оружению придает чугунное литье в виде декоративного пояса из трех барельефных картушей с кадуцеей, соединенных гир­ляндами, над тройным окном угловой по­лукруглой части первого этажа. Накладные детали из чугуна в таких же мотивах вен­чают люнет над главным входом (со сторо­ны ул. Советской) и в виде львиных масок расположены между арочными окнами со стороны ул. Ланге.

Эффектно и обильно украшен лепниной бывший особняк врача на ул. Ирининской (рис. 9). Его главный фасад декорирован рельефами в ренессансных, барочных и ам­пирных мотивах. Нарядный фриз под венча­ющим карнизом состоит из скульптурных панно. Арочный проем портала опоясы­вает фриз, в центре которого — объемный картуш с завитками и владельческой моно­граммой «НА» известного в Гомеле начала XX в. врача Н.И. Александрова. В лепном медальоне в подковообразном обрамлении на аттике указана дата постройки дома — 1903 г. Замысловатые скульптурные эле­менты, поддерживающие венчающий кар­низ, выполняют архитектурную функцию, превратившись в консоли. Барельефы и го­рельефы на передних плоскостях колонн, в проемах между окнами и под карнизами читаются на светлой штукатурке как тон­кий линейный узор, выполненный рукой талантливого художника.

Интересная скульптурная декорировка сохранилась на фасаде бывшего доходно­го дома купца К.П. Грошикова. Затейливо извивающиеся цветочные орнаменты за­полняют фриз под венчающим карнизом и люнеты над оконными проемами здания. Балконная дверь второго этажа оформле­на профилированной подковообразной ра­мой, которую вертикально пересекают две лопатки и венчает скульптурный горельеф женской головы, помещенный на замковом камне. Типичные для модерна 1900-х гг. фан­тасмагорические и аллегорические маскароны применялись С.Д. Шабуневским в декоре других гомельских строений. Во всех скуль­птурах чувствуется почерк одного мастера.

Строгие классицистические черты от­личают декоративно-скульптурное оформ­ление зданий бывшей земской больницы и родильного дома. Ионические капители каннелированных колонн и полуколонн изящны, детально проработаны витиева­тым рисунком модерна. По заказу С.Д. Шабуневского их выполняла находившаяся в Могилеве «Художественно-монументаль­ная мастерская скульптора П.Г. Яцыно» [4, фонд 3013, oп. 1, д. 2369, л. 23а]. Творче­ское содружество архитектора с П.Г. Яцыно началось со строительства здания гомель­ской мужской гимназии [7, с. 58-59] и про­должалось в художественном оформлении как выше упомянутых, так и многих других сооружений города конца XIX — начала XX в.

Живопись и графика

Гомельские пред­приятия в этот период времени также вы­полняли различные художественные ра­боты для горожан. Это были живописные мастерские, владельцы которых предлага­ли оформить экстерьеры, интерьеры до­мов, а также изготовить картины и обра­мить их. Например, «Живописно-малярное заведение Н. Гуревич» принимало заказы на вывески, росписи помещений, а также позолоту по дереву и стеклу. Подобные ра­боты делало предприятие «Живописца-маляра и альфрейщика X. Рахлина», которое размещалось в доходном доме Цейтлиных (ныне Советская, 12). Кроме того, в городе находилась мастерская, где можно было за­казать иконы. Она располагалась в районе Спасовой слободы, и ее владельцем был вы­ходец из старообрядческой семьи по фами­лии Фролов (других сведений не имеется) [8, с. 27, 29, прилож.]. Выполняли работы на этих живописных предприятиях не всегда профессиональные мастера, зачастую это были самоучки.

При этом по сравнению с предыдущими периодами в Гомеле начала XX в. мы можем отметить активизацию местных професси­ональных художников, работавших в русле общероссийских и общеевропейских тен­денций в искусстве и входивших во всяче­ские художественные объединения и груп­пировки. В это время действовали «левые» течения в искусстве, смело разрывавшие связи с традициями реализма и опреде­ленные позже термином «авангард». Несо­мненно, что идеология такого направления в искусстве затрагивала также умы гомель­ских художников. Сохранились свидетель­ства об учителе рисования Н.Е. Русецком, чьими учениками были многие известные советские мастера. Он окончил Киевское художественное училище, в котором учился А.А. Маневич. Последний неоднократно приезжал из Киева в Гомель, где встреча­лись художники-единомышленники «ле­вого» направления и могла существовать некая творческая группа. В 1911 г. а городе состоялась первая выставка белорусских художников-импрессионистов. Среди ее орга­низаторов были В.В. Зорин, С.А. Ковровский, В.Н. Кудревич, Н.Е. Русецкий, этюд кото­рого «На рассвете» (начало XX в.) хранится в НХМ РБ. К 1910-м гг. относится ранний период творчества уроженца Гомеля Михаила Кикоина. Он учился в Минске в художе­ственной школе Я. Кругера, где подружился с X. Сутиным. Вместе с ним перебрался сна­чала в Вильно, потом в Париж, где стал яр­ким представителем парижской школы изо­бразительного искусства [9, с. 42; 21].

На противоположном от «левых» по­люсе художественного мировосприя­тия находились выразители тенденций объединения «Мир искусства». Тоска художников-«мирискусников» по ушед­шим временам выражалась в изображении провинциальной России, ее сельского быта и усадебной культуры. Среди следовавших этой концепции были М. Добужинский и В.А. Борисов-Мусатов.

К такому типу произведений относится живописный вид особняка семьи Крушевских в Гомеле, напечатанный на почто­вой открытке товариществом Р. Голике и А. Вильборг в Петербурге в 1910-е гг. (рис. 10). Изображенный на открытке ве­черний пейзаж по пространственной пла­нировке напоминает сценическую пло­щадку, где роль театральной декорации отведена показу старинного усадебного дома с мезонином. Серебристо-синие коло­ристические оттенки произведения, тем­ные кроны деревьев создают впечатление призрачности объектов. В передаче очер­таний сада ощутимы прихотливые линии модерна. Вся работа наполнена тонким поэтическим чувством. Она принадлежит искусствоведу Г.К. Лукомскому, замеча­тельному мастеру архитектурного пейза­жа. Его творчество развивалось в русле художественных поисков «Мира искусства». Собственными рисунками с архитектурны­ми видами он постоянно иллюстрировал свои статьи по искусству в журналах «Ста­рые годы», «Зодчий», «Столица и усадьба», «Апол-лон» и других. Г.К. Лукомским были исполнены также многочисленные эксли­брисы и книжные украшения [10].

Изобретение фотографии в конце XIX в. дало возможность достоверно сохранять все нюансы подлинного изображения на­турных объектов в разных жанрах, что срод­нило ее с изобразительным искусством.

Несколько художественных фотостудий в конце XIX — начале XX в. работало в Гоме­ле. Они преимущественно располагались в центре города. Мастерская А.X. Левинмана на ул. Румянцевской (ныне Советская, 12) называла себя «Центральной». Она была удостоена Большой золотой медали на ху­дожественно-промышленной выставке в Париже в 1905 г. При ней было специаль­ное портретное заведение, где можно было выполнять снимки до натуральной вели­чины. В доходном доме купца Л. Ловьянова находилось одно из самых знаменитых гомельских фотоателье Н.Б. Левите. За ху­дожественное исполнение работ оно не раз удостаивалось золотых медалей и почет­ных наград на художественных и промыш­ленных выставках в России и за рубежом. В адресно-справочных календарях нача­ла XX в. помещены рекламные проспекты других гомельских художественных фото­студий: «Светопись» Н.Б. Ваксмана и «Рем­брандт» на ул. Троицкой, В. Бернштейна, С.Д. Курган и «Модерн» на Замковой [8, с. 8, 27, 43; 17, с. 163; 11, с. 89].

Постановочные портреты выполнялись на фоне живописных задников с натура­листически трактованными фрагментами романтического пейзажа или элементами интерьера с тканевыми драпировками. На­ряду с мебелью в студии использовались ва­зоны с цветами, ковры, шторы, ширмы, трельяжные решетки, архитектурные детали и другое. Отпечатанные на бумаге фото на­клеивались на картонные паспарту с вычур­ными орнаментальными клише и замысло­ватыми художественными шрифтами.

На рубеже XIX и XX вв. в Гомеле издава­лось большое количество почтовых откры­ток с фотоизображением городских улиц и сооружений. Их композиционное решение вторило жанру архитектурного пейзажа в живописи. Среди сюжетов встречаются как панорамные снимки, так и фото с от­дельными зданиями, сценами из городской жизни. На снимке Замковой ул. и вокзала в центре изображения на переднем плане фотограф разместил прохожих. Ряд домов по обе стороны улицы заканчивается вок­залом на заднем плане. На фото с видом ул. Румянцевской композиция более продума­на, в кадре отражены и люди, и уличные строения (рис. 11).

Заключение

В конце XIX — начале XX в. произошло преобразование Гомеля из дво­рянского города в буржуазный. Он значитель­но расширился, на улицах появилось множе­ство новых зданий, в числе которых — банки, гостиницы, церкви, железнодорожные уч­реждения. Активное развитие получила северо-западная окраина города в виде одноэтажной усадебной застройки домами рабочих и служащих железной дороги. Со­оружение на средства князей Паскевичей приютских и лечебных заведений для го­рожан осуществлялось в стилистике модер­на. Они не строились в деловой части горо­да, для них выбирались спокойные места с обилием зелени. При этом силуэт города получил преобразование со стороны реки, дополнившись неоклассическими боль­ничными корпусами. К проектированию архитектурных объектов в Гомеле были привлечены петербургский архитектор Г.С. Гаврилов, местный архитектор со сто­личным образованием С.Д. Шабуневский.

Потребности городской архитектуры в произведениях декоративного искусства во многом обеспечивались местными и близлежащими предприятиями. Наряду с другим ассортиментом, на них изготавли­вались мебель, керамика, элементы архи­тектурного декора, которые, представляя собой продукцию широкого потребления, вместе с тем отражали доминировавшие в то время эстетические идеалы эклектиз­ма и модерна. Изобразительное искусство, как и архитектура и декоративно-приклад­ное искусство, по своим художественно-­стилевым особенностям было очень раз­нородным и отражало существовавшие в обозначенный период времени течения. В обеспечении городского строительства и обустройстве жилья произведениями де­коративного искусства все большую роль играли местные предприятия.

Многие пластические формы, созданные в Гомеле в период эклектизма и модерна и сохранившиеся до наших дней, украшают его, придавая неповторимый колорит со­временному городу.

Литература

  1. Стернин Г. Ю. Русская художественная культура вто­рой половины XIX — начала XX века: сб. ст. / Г. Ю. Стернин. — М.: Сов. Художник, 1984. — 296 с.; Стернин, Г. Ю. Художествен­ная жизнь России 1900-1910-х годов / Г. Ю. Стернин. — М.: Искусство, 1988. — 285 с.
  2. Архітэктура Беларуси нарысы эвалюцыі ва ўсходнеславянскім і еўрапейскім кантэксце: у 4 т. / НАН Беларусі, Ін-т маст-ва, этнаграфіі і фальклору імя К. Крапівы; рэдкал.: АЛ. Лакотка [і інш.]; навук. рэд. А. I. Лакотка. — Мінск: Беларус. навука, 2007. — Т. 3, кн. 2: Другая палова XIX — пачатак XX ст. — 549 с.
  3. Чантурия, Ю. В. Градостроительное искусство Бе­ларуси второй половины XVI — первой половины XIX в.: средневековое наследие, Ренессанс, барокко, классицизм / Ю. В. Чантурия. — Минск: Бел. наука, 2005. — 375 с.
  4. НИАБ. — Фонды 2189; 2936; 3013; 3363.
  5. Жудро, Ф. А. Город Гомель: географ.-стат. очерк / Ф. А. Жудро, И. А. Сербов, Д. И. Довгялло // Записки Севе­ро-Западного отдела Импер. русского Географ, общества. — Вильно: Типогр. А. Г. Сыркина, 1911. — Кн. 2. — С. 293-353.
  6. Фонды МГДПА. — № Нвф 11301; № Нвф 21474/1-36; КП № 1482.
  7. Чернатов, В. М. Станислав Шабуневский / В. М. Чернатов. — Минск.: Беларусь, 2005. — 95 с.
  8. Весь Гомель: адресно-справ. книга на 1908 год. — Го­мель: Изд. П.С. Элькина, 1908. — 52 с.
  9. Усава, Н. Мастацкі феномен даваеннага Гомеля / Н. Усава // Мастацтва. — 2007. — № 2. — С. 42-43.
  10. Кобак, А. В. Г. К. Лукомский: очерк жизни и творче­ства / А. В. Кобак, Д. Я. Северюхин // Невский архив: ист.-краев. сб.; ред.-сост.: В. В. Антонов [и др.]. — СПб.: Лики Рос­сии, 2003. — Вып. VI. — С. 528-554.
  11. Гомель и его уезд: спр. сб. на 1915 год. — Гомель: Тип. А. Д. Захарина и И. Э. Марголина, 1915. — 92 с.: LXXVIII прилож.

Автор: Т.Ф. Литвинова
Источник: Искусство и культура. — 2012. — № 1 (5). — С. 87-94.

T.F. Litvinova

Artistic life of Gomel in late XIX — early XX centuries

The article considers issues of artistic life Of one of the regional centers of Belarus. As part of culture of Gomel, structures of the architectural look of the city, its sculpture and painting, are studied. Most important basis for the analysis is the conclusion, that the significant idea in the artistic life of the city as a social and cultural phenomenon, is not just works of art within the city environment but the interaction with the environment and through the environment — with the man. The author concentrates on the atmosphere itself as a dynamic compound of the environment which surrounds the city resident. The aim, according to the researcher, is finding out areas of the artistic life of Gomel in late XIX — early XX centuries as segments of social and cultural space of the city. As a result the author concludes that in the given period the city obtains features of a bourgeois one due to considerable growth of its area, new buildings, the dominant characteristics of which became elements of eclectics and modern. Numerous plastic forms, created in Gomel in modernist and eclectic period and still extant, are its decoration, which adds colour to the contemporary city.

(Art and Culture. — 2012. — № 1(5]. — P. 83-90]