Гомельский губревком (1919-1920)

0
152
Губревком гомель швондер

Октябрьская революция 1917 г. означала коренной перелом в судьбе всех народов, населявших бывшую Российскую империю. Менялись сущностные основы жизнедеятельности общества в поли­тической, экономической, культурной сферах, в менталитете, мораль­ных и идеологических ориентирах. Пришедшие к власти большевики попытались сразу на практике реализовать романтическоутопический марксистский проект создания нового общества. Но пер­воначальные надежды на широкое революционное творчество народ­ных масс в радикальном переустройстве всей общественной жизни на коммунистических началах не сбылись, катастрофическое ухудшение экономической ситуации в совокупности с развертыванием широко­масштабной гражданской войны и иностранной интервенции вынуди­ли их серьезно скорректировать свой первоначальный проект.

Так, очень скоро развеялась вера большевиков в творческий по­тенциал трудящихся слоев населения, возможность их непосред­ственного участия в управлении государством. Место прямой демо­кратии в форме Советов рабочих, солдатских/красноармейских и кре­стьянских депутатов уже с первой половины 1918 г. занимают чрез­вычайные органы власти — революционные комитеты, использовав­шие опыт военно-революционных комитетов периода установления советской власти. А в 1919 г. создание ревкомов принимает повсе­местный массовый характер.

В Гомельской губернии это происходит осенью 1919 г. в связи с польской агрессией и успехами наступления армий А.И. Деникина. 10 сентября 1919 г. уполномоченный РВС Западного фронта, заведу­ющий политотделом фронта В.П. Потемкин издал приказ о передаче всей полноты гражданской власти в Гомеле и губернии губернскому военно-революционному комитету в составе А.М. Ханова (председа­теля ревкома), членов — губвоенкома В.А. Кампана, председателя губисполкома И.З. Сурты, председателя губЧК Ф.А. Леонюка, губпродкома Х.Ш. Инденбома [1, л. 176].

Однако в это время губвенревком не был создан. Партийно­советское руководство Гомельской губернии создание чрезвычайного органа власти — губвоенревкома — считало преждевременным, пола­гая, что прямой военной угрозы Гомелю не существует. 10 сентября 1919 г. на заседании губкома РКП(б) рассматривался вопрос «О дей­ствиях уполномоченного Запфронта т. Потемкина». По информации председателя гомельского губкома А.М. Ханова, В.П. Потемкин в губком не явился, не регистрировался, партийного мандата уполно­моченного ЦК РКП(б) не предъявил и «вообще совершенно не захо­тел считаться с мнением Губкома и Губисполкома», а единолично решал вопросы образования губревкома. Такое игнорирование го­мельского губернского руководства неизбежно привело к сопротив­лению местных властей его приказам [1, л. 175]. В результате в этот период губревком создан не был.

Однако ситуация на фронте борьбы с армиями А. Деникина ухудшалась. В связи с этим 24 сентября 1919 г. Совет Рабоче­Крестьянской обороны РСФСР издал постановление, в котором отме­чалось: «1. Подготовить для упорной обороны район в границах: Москва, Витебск, река Днепр, Чернигов, Воронеж, Тамбов, Шацк, Москва 2. Весь этот район объявить на военном положении. 3. Учре­дить в означенном районе губернские и уездные ревкомы.в составе трех представителей Советской власти, из которых один должен быть военный комиссар». Означенный район непосредственно подчинялся РВС Республики [2, с. 197]. Постановление способствовало ускорен­ному переходу к ревкомовской системе органов власти и управления в прифронтовой полосе. 11 октября 1919 г. был взят деникинцами Чернигов. Ситуация складывалась для Гомеля опасной, и 23 октября 1919 г. на основании решения Совета Рабочей и Крестьянской Обо­роны РСФСР решением Гомельского губисполкома был организован Гомельский губернский революционный комитет, в состав которого Гомельским губкомом РКП(б) были рекомендованы И.З. Сурта (пред­седатель губисполкома), М.И. Кундо и Серафимов [1, л. 206-207]. Однако при этом губисполком не был распущен, а продолжал действо­вать параллельно с губревкомом: губревком занимался вопросами воен­ными, борьбой с саботажем, контрреволюцией, дезертирством, прод­разверсткой, а все другие вопросы оставались в ведении губисполкома.

К этому времени функции ревкомов и принципы их взаимоот­ношений с военным командованием и гражданской властью остава­лись неопределенными. Для решения существовавших проблем и определения места ревкомов в системе органов власти и управления 24 октября 1919 г. ВЦИК и Совет Рабоче-Крестьянской Обороны приняли «Положение о революционных комитетах». Согласно ему ревкомы создавались «для упорной обороны против врага и поддер­жания революционного порядка: а) в местностях, освобожденных от неприятеля, б) в прифронтовой полосе, в) в тылу».

Ревкомы прифронтовой полосы (она определялась на расстоянии 25-50 верст от линии фронта) формировались РВС Армий (при уча­стии губисполкомов) из представителей от Реввоенсоветов и испол­комов, находились в непосредственном подчинении РВС Армий и были подотчетны центральным органам советской власти. Когда надобность в ревкомах отпадала, они приказом Реввоенсоветов Ар­мий распускались, а восстанавливались Советы.

Ревкомы тыла создавались постановлением Совета Рабочей и Крестьянской Обороны в губерниях и уездах «для упорной обороны против врага и для поддержания революционного порядка». Губерн­ские ревкомы подчинялись РВС Республики, им в свою очередь под­чинялись уездные ревкомы. Ревкомы тыла состояли из 3-5 человек, в том числе: председателя исполкома, одного из членов исполкома и местного военного комиссара. Члены губернского ревкома утвер­ждались РВС Республики, члены уездного ревкома — губернским рев­комом. При этом исполкомы и президиумы Советов не распускались, а продолжали действовать, передавая ревкомам «все дела, касающие­ся обороны и поддержания революционного порядка». Ревкомы тыла своего аппарата не имели, используя управленческие структуры гу­бернского и уездного исполкома.

Задачами ревкомов являлось быстрое проведение всех меропри­ятий, необходимых для укрепления тыла и обороны: содействие во­енным властям в производстве оборонительных работ, в проведении мобилизаций, в расквартировании воинских частей, выполнении во­енно-заготовительных работ, поставке продовольствия частям Крас­ной Армии, поддержание революционного порядка и проведение политическо-агитационной работы, особенно среди красноармейцев [3, с. 35-38].

Руководство Гомельского губревкома относило себя к ревкомам тылового типа, а РВС XVI Армии (бывшей Белорусско-Литовской армии) — к ревкомам прифронтовой полосы, что приводило к проти­воречиям между ними, прежде всего относительно того, кому подчи­няются уездные органы власти.

В связи с наступившей мирной передышкой для Советской вла­сти постановлением Совета Рабочей и Крестьянской Обороны РСФСР от 2 января 1920 г. упразднялись губернские и уездные ревкомы. В соответствии с этим постановлением РВС Западного фронта прика­зом от 11 января 1920 г. снял военное положение в Оршанском, Горецком, Чаусском, Климовичском и Чериковском уездах Гомельской губернии, одновременно на территории губернии упразднялись гу­бернский, уездные и волостные ревкомы [2, с. 440-441]. Окончатель­но губревком прекратил свое существование с организацией 25 янва­ря 1920 г. Гомельского губисполкома.

В начале марта 1920 г. в результате нового наступления поль­ские войска заняли Мозырь, Калинковичи и Василевичи, подошли на расстояние 8 верст к Речице и 20 верст к Жлобину, вели наступление на Буда-Кошелево и Гомель. Угроза потери Гомеля была реальна и 9 марта 1920 г. губком принимает решение о необходимости введения в губернии осадного положения.

Создается губернский военно-революционный комитет, первое организационное заседание которого состоялось 5 апреля 1920 г. 3 мая 1920 г. полный состав губвоенревкома (5 человек) был утвер­жден на заседании Гомельского губкома РКП(б). В его состав вошли Х.Г. Пестун (председатель губвоенревкома), А.М. Ханов (председа­тель губисполкома), М.И. Кундо (губвоенком), два места оставалось за представителями армии [4, л. 36].

В результате в Гомельской губернии оказалось «многовластие»: на ее территории размещались воинские части XVI и XII Армий, каж­дая из которых, по информации губкома, «отдавала свои распоряже­ния и требовала их выполнения». Кроме того, существовало три цен­тра, бравших на себя функции губернской власти: губисполком, губревком и Военный Совет Гомельского укрепрайона (ГУР).

10 мая 1920 г. в Гомель прибыл Председатель РВС Республики Л.Д. Троцкий. Из докладов губревкома, губкома РКП(б) и Военсове­та ГУР у Л.Д. Троцкого сложилось мнение о неспособности руково­дителей губкома и губревкома своими силами наладить работу. При­казом от 10 мая 1920 г. председателем Гомельского губревкома Л.Д. Троцкий утвердил своего представителя А.М. Пыжева, членами — Х.Г. Пестуна и М.И. Кундо [5, л. 138].

Приказом Л.Д. Троцкого от 10 мая 1920 г. губревкому передава­лась вся полнота власти и право снимать всех ответственных совет­ских работников для военных потребностей. Никто, кроме вышесто­ящих органов армии и фронта не имел права «вмешиваться, отменять или изменять распоряжения губревкома». В тот же день Л.Д. Троц­ким была выслана телеграмма в ЦК РКП(б), в которой взаимоотно­шения губкома, губревкома и ГУР характеризовались как «совершен­но ненормальные», вносящие «чрезвычайную анархию и нескладицу во всю работу». В связи с этим Троцкий просил указать губкому на его обязанность «оказывать всемерное содействие военной власти без вмешательства в ее распоряжения» [5, л. 115-116].

Фактически губком терял свое значение, превращаясь в малозна­чимый и маловлиятельный орган, лишенный главного рычага влияния на ситуацию в губернии — расстановку кадров ответственных работни­ков. Это решение Л.Д. Троцкого было воспринято на заседании губ­кома 11 мая 1920 г. как шаг, ведущий к разрушению работы губкома и подрыву его авторитета, фактической его ликвидации. На заседании Гомельского губкома 5 июня 1920 г. утвердили письменный доклад в ЦК РКП(Б), в котором обосновывалась необходимость отмены при­каза Л. Д. Троцкого, немедленного отзыва А.М. Пыжева как «совер­шенно не нужного и мешающего в работе человека» [5, л. 112-112об.].

По решению ЦК РКП (Б) для усиления состава Гомельского губвоенревкома и замены А.М. Пыжева был послан Н. Н. Колотилов. Вместе с тем замена формально не произошла — Н.Н. Колотилов 10 июля 1920 г. занял должность заместителя председателя губвоенрев­кома. Но в результате распределения обязанностей внутри губвоенревкома именно Н.Н. Колотилов фактически и стал его руководителем: он вел работу губревкомовскую, а А.М. Пыжев — военкомовскую.

До 25 мая 1920 г. губисполком существовал одновременно с губвоенревкомом. 25 мая 1920 г. в связи с переходом губернии на военное положение и «принимая во внимание близость фронта и в целях создания единой, сильной революционной власти в губернии» на заседании губисполком он был упразднен, а вся власть в губернии передавалась губвоенревкому [4, л. 64]. При этом отделы губисполкома продолжали работать, выполняя задания губвоенревкома. Глав­ными вопросами в деятельности ревкома стали военные, земельные, проведение трудовой повинности в интересах фронта и организация социальной помощи семьям красноармейцев.

8 июня 1920 г. созданная Мозырская группа войск Красной Ар­мии перешла в наступление, 20 июня освободив Речицу, затем Васи­левичи, Калинковичи, Мозырь. В связи с отступлением фронта на запад 7 июля 1920 г. Гомельский губревком принял решение о вос­становлении губисполкома и созыва его Пленума. 3 августа 1920 г. на первом заседании Пленума губисполкома по докладу губвоенревкома было принято решение «ввиду окончательного отдаления фрон­та от Гомельской губернии и возможности перехода к мирной работе» восстановить президиум губисполкома, губвоенревком распустить [6, л. 21]. 9 августа 1920 г. на Пленуме губисполкома был утвержден и персональный состав президиума губисполкома [7, л. 3].

В связи с новым наступлением польских войск и для быстрей­шего проведения всех мероприятий по укреплению тыла 28 октября 1920 г. решением Пленума губисполкома был воссоздан Гомельский губернский военно-революционный комитет во главе с Н. Н. Колотиловым (члены — В.В. Арнаутов, А.Г. Егоров, Пупкевич и представи­тель XVI Армии) [7, л. 12об.]. Губвоенревком непосредственно под­чинялся советскому отделу XVI Армии в вопросах ликвидации сов­местными усилиями бандитизма и дезертирства, выполнении прод­разверстки и топливных заготовок. В остальных вопросах губвоен­ревком действовал в рамках положения ВЦИК о тыловых ревкомах и не вмешивался в компетенцию и подчиненность губотделов губисполкому. На первом заседании губвоенревкома 30 октября 1920 г. бы­ло принято решение об организации ревкомов по всей губернии.

После разгрома в конце ноября 1920 г. отрядов БулакБулаховича необходимость в ревкомах как чрезвычайных органах власти отпала. 1 декабря 1920 г. гомельский губком РКП(б) решил упразднить губвоенревком и передать всю полноту власти президиу­му губисполкома [8, л. 134]. В течение декабря 1920 г. все ревкомы в Г омельской губернии были распущены.

Ревкомы, формировавшиеся по законам военного времени без участия местного населения, располагавшие чрезвычайными полно­мочиями и использовавшие методы приказа и принуждения, позволи­ли большевикам мобилизовать скудные ресурсы для победы в граж­данской войне. Именно в системе ревкомов как чрезвычайных орга­нов власти получило свое воспитание большинство партийных и со­ветских руководящих кадров 1920-1930-х гг. Уже в условиях мирного времени большинство из них так и остались «ревкомовскими» по своим представлениям о системе организации и построения всей си­стемы органов власти и управления: централизация и строгая верти­кальная подчиненность вместо децентрализации и развития само­управленческих структур, назначенчество вместо выборов, револю­ционная целесообразность вместо правовых норм. Наличие такого «ревкомовского» опыта в значительной степени способствовало фор­мированию тоталитарной советской политической системы.

Список использованных источников и литературы

  1. Государственный архив общественных объединений Гомель­ской области (ГАООГО). Фонд 1. — Оп. 1. — Д. 12. Протоколы заседа­ний могилевского и гомельского губкомов РКП(б) и документы к ним. 1919-1920 гг.
  2. Революционные комитеты БССР (ноябрь 1918 г. — июль 1920 г.): Сб. док. и материалов. Минск, 1961.
  3. Революционные комитеты БССР и их деятельность по упро­чению Советской власти и организации социалистического строи­тельства (июль — декабрь 1920 г.): Сб. док. и материалов. Минск, 1957.
  4. Государственный архив Гомельской области (ГАГО). Фонд 24. — Оп. 1. — д. 67. Протоколы заседаний гомельского губисполкома. 1919-1920 гг.
  5. ГАООГО. Фонд. 1. — Оп. 1. — Д. 211. Протоколы заседаний го­мельского губкома РКП(б). 1920 г.
  6. ГАООГО. Фонд 1. — Оп. 1. — Д. 213. Протоколы заседаний губ­кома №№ 38-135. 1920-1921 гг.
  7. ГАГО. Фонд 24. — Оп. 1. — Д. 68. Протоколы заседаний гомель­ского губисполкома. 1920-1921 гг.
  8. ГАООГО. Фонд 1. — Оп. 1. — Д. 11. Протоколы пленумов, за­седаний президиума и отчеты губисполкома, губернского и уездного военно-революционного комитетов. 1919-1920 гг.


Автор:
С.А. Елизаров
Источник: 100 лет Российской революции: подведение итогов: сборник научных статей / редкол.: Г. А. Алексейченко (гл. ред.) [и др.]; М-во образования Республики Беларусь, Гомельский гос. ун-т им. Ф. Скорины. — Гомель: ГГУ им. Ф. Скорины, 2017. — 137 с.