Гомель в контексте урбанистических процессов Древней Руси

0
434
История Гомеля и его архитектура - замок

В статье проанализированы ранние летописные сведения о Гомеле. По материалам археологических исследований освещена хозяйственная жизнь города в древнерусскую эпоху. На основе новейших достижений исторической урбанистики древней Руси в общем и региональном контексте дается анализ формирования и ранних этапов развития долетописного и летописного Гомеля, определены его функции как экономического, административно-политического и военного центра pегионa.

Гомель отмечает 870-летие первого упоминания в письменном документе. Но Ипатьевская летопись определенно указывает на то, что населенный пункт Гомий (самая ранняя форма названия города древнерусского периода, ее вариант — «Гомья», в период ВКЛ — «Гомей», и период РП — «Гомель» и народное — «Гомля») существовал задолго до похода войск смоленского князя Ростислава Мстиславича на окрестности Гомия в 1142 г. Редкий памятник письменной традиции называет даты «основания» того или иного населенного пункта. Да и вряд ли источник мог сообщать информацию такого рода: большая часть восточноевропейских городов городов не «основывалась», а органично вырастала из среды ранних поселений, что обычно подтверждают материалы археологии.

Для нас важно, что летопись говорит о Гомии (Гомьи) как о существующем населенном пункте городского типа. Рассмотрим уникальные летописные известия о нем, попавшие в летопись в середине — второй половине XII в. Все три записи указывают на урбанистический характер Гомельского поселения, которое тогда входило в состав Черниговского княжества.

Первое письменное упоминание датировано 1142 г. и связано с распрями князей династий Ольговичей и Мономаховичей конца 1130-х — начала 1140-х гг. В 1142 г., когда черниговцы «племени Ольговичей» сражались с Мономаховичами далеко на юге, на степном пограничье, Ростислав Мстиславич смоленский поддержал своих родственников военным погромом окрестностей Гомия. «…И слышав Ростислав Мстиславич (князь смоленский — О. М.) оже билися Ольговичи у Переяславля с стрыем его с Вячеславом, и с братом его Изяславом, и поиде на волость их, и взя около Гомия волость их всю» [1, стб. 312]. Из этого сообщения можно сделать вывод, что в середине XII в. Гомий был центром административной единицы (волости), принадлежал Черниговскому княжеству и имел сильную крепость (о взятии самого города летопись умалчивает). Можно проследить следующие функции Гомия: 1) экономического центра определенной сельской округи; 2) административно-политического центра (поскольку округа «тянет» к Гомию); 3) военно-оборонительного центра (ибо Ростислав не сумел его захватить, ограбив только волость).

Не менее любопытно второе летописное упоминание о Гомие. Оно датировано 1158/59 г. Великий князь киевский Изяслав Давидович ведет борьбу с Ярославом Галицким. Он опирается на военную помощь союзных степняков — половцев, торков и берендеев. Но, подкупленные Ярославом, кочевники бросают Изяслава Давидовича на произвол судьбы. Потерпев поражение от князя Изяслава Мстиславича, Изяслав Давидович (бывший князь черниговский) бежит в Гомий (наверняка, в свое домениальное владение, которое при переходе в Киев он оставил за собой), где собирает дружину и продолжает вооруженную борьбу за утраченный киевский стол. «Князь же великий киевский Изяслав Давидович, видев беду и напасть на себя, устрашися и вострепета зело. И восплакав, побеже скоро з братаничем своим со князем Святославом Владимиричем на Вышеград в Гомыо, а по княгиню свою посла гонцев зело скоро в Киев. Она же бежа из Киева к зятю своему ко князю Глебу Юрьевичу сыну Долгорукага во град Переяславль Руский, он же проводи ея до Гомьа» [1, стб. 498, 500]. Здесь также определенно указывается на городской статус Гомия: во-первых, он выступает центром домениального владения (вероятно, той самой волости); во-вторых — это город-крепость (иначе как объяснить, что именно отсюда стремительным походом беглого Изяслава Давидовича удалось восстановить власть над Киевом) Косвенный намек летописи — Гомий имел достаточный экономический ресурс, чтобы организовать боеспособную княжескую дружину и (или) ополчение.

Третье сообщение летописи о Гомие датировано 1164 г. После смерти князя Святослава Ольговича черниговский стол занял Святослав Всеволодович. Опережая конкурентов на власть, он «посла сын свои в Гомии, а посадники посла по городом» [1, стб. 523]. Отправка княжеского сына в ту или иную волость (землю) предполагала возможность возникновения собственного удельного княжения. Рассматриваемое сообщение показывает, что Гомель был важным для Чернигова политико-административным центром со значительным экономическим потенциалом.

Гомель не упоминается в известных нам письменных документах вплоть до конца XIV в., когда он был указан в летописном «Списке городов русских дальних и ближних».

Летописные памятники дают крайне отрывочную картину ранней истории Гомеля. Поэтому важным представляется вовлечение в исследовательский процесс археологических материалов. Систематические раскопки в историческом центре Гомеля были начаты Гоомсльским областным краеведческим музеем в 1986 г. и продолжены экспедициями Гомельского областного археологического центра и Гомельского государственного университета им. Ф. Скорины. Работа архсологов позволила осветить ряд проблемных вопросов истории города, связанных с процессами урбанизации.

Рассмотрим археологические данные, характеризующие Гомельское поселение в эпоху после распада Киевской Руси и погрома Руси монголами (начало ХИ-середина XIII вв.). Насколько они подтверждают и дополняют данные письменных источников об урбанистическом характере Гомельского поселения? Главным отличием городов от других видов поселений раннефеодального времени было выполнение первыми большего количества и большего объема разнохарактерных экономических, административных, военных, культурных и иных функций. Любой город — это центр платежеспособного сельскохозяйственного района. Без сельского окружения, которое было связано с городом экономически, политически и прочим, его существование маловероятно. Иными словами: без округи города — нет. I чем богаче район вокруг городского организма — тем крупнее город, который его представляет.

В белорусской историографии одна из наиболее полных характеристик археологических признаков города принадлежит Г.К. Штыхову. «Для древнерусского города в социально-экономическом понимании мы предлагаем следующие основные критерии: 1) упоминание о нем в письменных источниках как о важном населенном пункте, центре определенной округи, 2) наличие детинца («града») и посада, площадь которого в несколько раз превосходит площадь детинца, 3) проживание значительной части населения, которое занималось торгово-ремесленной деятельностью и в какой-то мере было оторвано от земледелия, 4) наличие городской общины. Архитектурно-археологические признаки города: специфический (городской) культурный слой, содержащий большое количество стеклянных браслетов, привозных амфор, шиферных пряслиц, бус и наличие в нем других характерных изделий — писал, энколпионов, браслетов-наручей и т. п.; вторая линия укреплений; монументальные культовые сооружения; устойчивая тенденция роста детинца или посада» [2, с. 55].

Э.М. Загорульский полагает, что городскому поселению должен быть присущ комплекс следующих признаков: 1) свидетельства существования местного ремесла и развитой торговли; 2) «городской» характер бытовых находок; 3) достаточно большая площадь укрепленной части поселения; 4) мощь оборонительных сооружений; 5) сложный внутригородской план с элементами благоустроенности; 6) наличие посада; 7) монументальные сооружения [3, с. 155].

В 1980-х гг. известный советский российский археолог А.В. Куза предложил скрупулезную шкалу археологических индикаторов раннефеодального города Древней Руси. Признаки города исследователь сгруппировал в следующие рубрики. «I. Экономика: 1) ремесло (производственные комплексы, орудия труда, полуфабрикаты); 2) торговля (привозные вещи, детали весов, монеты и денежные слитки); 2) промыслы. II. Административное управление (печати и пломбы). III, Военное дело: 1) оружие; 2) доспехи; 3) снаряжение коня и всадника. IV. Монументальное зодчество: 1) каменные храмы; 2) каменные дворцовые и оборонительные сооружения. V. Письменность: 1) памятники эпиграфики; 2) орудия письма; 3) книжные застежки и накладки. VI. Быт феодалов: 1) украшения из драгоценных металлов; 2) металлическая и стеклянная посуда, прочая дорогая утварь. VII. Внутренняя топография: 1) усадебно-дворовая застройка; 2) дифференциация жилых построек по местоположению, размерам и устройству» [4, с. 46]. Все признаки раннефеодального Гомеля как города по состоянию на «предмонгольское» время подтверждаются археологически. С точки зрения экономической Гомель предстает значительным производящим центром, в хозяйственной жизни которого заметную роль играло не одно, а десятки разнообразны» (в т. ч. узкоспециализированных) ремесел и промыслов. Находками вещей, инструментов, полуфабрикатов и пр. подтверждается развитие гончарного дела, деревообработки, железоделательного, кузнечного, оружейного, ювелирно-литейного производства, резьбы по кости, прядения и ткачества, обработки янтаря и др. Торговые связи Гомеля отражены в находках привозных вещей (стеклянной посуды, бус, браслетов, византийских амфор, изделий из горного хрусталя, сердолика, янтаря, цветного металла и пр.). С деятельностью купцов связаны детали карманных весов. Из промысловых занятий горожан лучше всего прослеживаются охота и рыболовство. Наличие в Гомеле государственной администрации подтверждается находкой печати князя Святослава Всеволодовича начала второй половины XII вв., наконечником стрелы и керамикой со знаками Рюриковичей. Военное дело представлено почти всеми известными видами наступательного и защитного вооружения, а также предметами экипировки всадника и коня (наконечники стрел, копий, детали мечей и сабель, обрывки кольчуг, панцирные пластины, шпоры, удила, псалии и нр.). С XII в. в Гомеле ведется каменное храмовое строительство. Плинфа выявлена на детинце и околоградье. Развитие культуры и грамотности в городе демонстрируют предметы с кириллическими буквами, в т. ч. остатки благопожелательной надписи на деревянном сосуде. В коллекции находок — несколько писал, книжная застежка. Быт феодалов представлен предметами вооружения, указанным выше «именным» наконечником стрелы, обломками привозного стекла и др. В Гомеле отчетливо прослеживается усадебно-дворовая застройка. При этом явно заметна дифференциация усадеб по размерам и социальной принадлежности.

О том, какие признаки урбанистического поселения Гомель имел в эпоху Киевской Руси (конец X-XI вв.) рассказывает исключительно археологический материал. Он показывает, отчего те явления, которые рельефно проступают в археологии города более позднего периода, на данном этапе выражены слабее. Но они есть. Имеются свидетельства местного ремесла и внешней торговли. О наличии государственной администрации говорит печать князя Мстислава Владимировича конца XI и. Представлены находки предметов вооружения. Остатки каменных храмов не найдены. Скорее всего, первые церкви были деревянными, что совершенно естественно для начальных этапов христианизации. Древнейшую гомельскую улицу можно датировать примерно концом XI— XII вв. Гомель того времени обладал крепостью размером не мене 0,7 га и прилегающими посадами площадью не менее 25 га. Уже этого достаточно, чтобы говорить о городском характере данного поселения, имя которого еще не попало в летописи. Перечень «городских индикаторов», предложенный А.В. Кузой, остается одним из самых лучших и приемлемых. Но обозначенные выше признаки, скорее, пригодны для характеристики городов XII—XIII вв. А ведь города на Руси, согласно летописи, существовали уже в середине IX в. (первые датированные упоминания о них относятся к 862 г.). Схема А.В. Кузы явно «не работает» при археологической характеристике урбанистических образований более раннего периода. Возьмем вторую рубрику, предложенную А.В. Кузой («Административное управление»). Вислые печати и пломбы на Руси распространяются под византийским влиянием не ранее середины — третьей четверти X в. Но ведь Киев и Новгород — «стольные грады» явно существовали ранее появления печатей и были центрами цветущей восточноевропейской государственности [5].

Но раннее поселение в историческом центре Гомеля возникло на Сожских кручах не позднее V в. и развивалось вплоть до окончательного включения Земли радимичей в состав Киевской Руси в 984 г. после известной битвы на р. Песчане. Археология показывает, что поселение имело цитадель — городище площадью до 0,7 га и обширное, не менее 10-15 га поселение, часть которого также имела напольный оборонительный пояс. Налицо памятник со сложносоставной историко-топографической структурой, которое отражает и социальную стратификацию создавшего его населения. Для сравнения: обычные селища того времени в Гомельском Поднепровье редко превышали размеры в 1 га и никогда не имели укреплений. Даже при фрагментарности культурных отложений раннего Гомельского поселения, наука располагает остатками оборонительных сооружений, жилищ с углубленными основаниями, несколькими мастерскими, связанными с получением черного металла, кузнечным делом, литьем цветного металла (куски болотной руды, металлургического шлака, стаканчики-тигли для литья и пр.). Ремесленная деятельность части местного населения налицо. В культурном слое есть предметы вооружения, металлические и стеклянные украшения.

О.А. Макушников, один из авторов данной статьи, глубоко убежден что истоки раннефеодального города Руси, может быть, его прообраз; правомерно искать в памятниках третьей четверти I тыс. н. э. Академик Б.А. Рыбаков в свое время отметил, что историю города следует отсчитывать с того момента, когда он некоторыми своими признаками начал заметно отличаться от окружающих сельских поселений. С этим мнением согласен и академик П.П. Толочко [6, с. 50-59]. Конечно Гомельское поселение второй половины I тыс. н. э. назвать «раннефеодальным городом» нельзя, но нельзя и отрицать, пусть и опираясь на ограниченный археологический материал, выраженные урбанистические тенденции его развития.

По-видимому, Гомельское поселение второй половины I тыс. н. э относится к той категории славянских поселений, которую летописцы называли «градами», а европейские хронисты — латинским термином «цивитас».

Таким образом, процессы урбанизации раннего Гомельского поселения отчетливо прослеживаются с середины I тыс. н. э. Если рассматривать историю зарождения городов восточных славян вне жестких критериев марксистских представлений о том, что город и феодализм — однопорядковые, синхронные явления, то историю современного населенного пункта Гомель следует отсчитывать с V в. н. э., т. е. городу — полторы тысячи лет. Сущность Гомельского поселения не была одинаковой на разных этапах его истории. Не было изначально и единой для всех периодов ранней истории Гомеля социально-топографической структуры [7, с. 161]. Если следовать старым подходам и доверять глубокому историко-археологическому анализу имевших место явлений, то история «раннефеодального» города начинается в конце X в. Т.е. Гомелю — около тысячи лет. Но при всех научных подходах — никак не 870 лет.

Список литературы

  1. Полное собрание русских летописей. Т. 2. Ипатьевская летопись. — М.: Изд-во вост. лит., 1962. — 938 стб.
  2. Штыхов, Г. В. Киев и древние города Белоруссии / Г. В. Штыхов // Древнерусское государство и славяне: мат-лы симпоз., посвящен. 1500-летию Киева / ИИ АН БССР; под ред. Л. Д. Поболя [и др.]. — Минск: Наука и техника. С. 54-57.
  3. Загарульскі, Э. М. Заходняя Русь: IХ-ХШ стст. : вучэб. дапам. / Э. М. Загарульскі; БГУ. — Мінск: Універсітэтскае, 1998. — 240 с.
  4. Куча, А. В. Неукрепленные поселения/ А. В. Куза, Б. А. Рыбаков// Древняя Русь. Город, замок, село/ под ред. Б. А. Колчина. — М.: Наука, 1985. — С. 96-104.
  5. Макушнікаў, А. «Аўтографы» князеў Рурыкавічаў у археалагічных знаходках з Гомеля / А. Макушнікаў// Гомельшчына: старонкі мінулага; рэдкал: У. М. Канавалаў [і інш. ]. — Гомель, 1994. — Вып. 1. — С. 3-8.
  6. Толочко, П. П. Древнерусскій феодальный город/ П. П. Толдочко. — Кіев: Наукова думка, 1989. — 256 с.
  7. Макушников, О. А. Гомельское Поднепровье в V-середине XIII вв. Социально-экономическое и этнокультурное развитие. Монография / О. А. Макушников. Гомель: УО ГГУ им. Ф. Скорины, 2009.-218 с.


Авторы:
О.А. Макушников, Г.А. Алексейченко
Источник: Гомель: старонкі гісторыі (да 870-годдзя першай згадкі ў летапісе) [Тэкст] : зб. навук. арт. / рэдкал.: В. А. Міхедзька (адказны рэд.) [і інш.], М-ва адукацыі РБ, Гомельскі дзярж. ун-т імя Ф. Скарыны. — Гомель : ГДУ імя Ф. Скарыны, 2012. — 188 с. Ст. 17-23.