Днепровская военная флотилия в годы гражданской войны в Гомеле (1919-1921 гг.)

0
480
Днепровская военная флотилия и её корабли

Первые боевые корабли у восточнославянских племен появляют­ся на Днепре, насколько позволяют судить летописные источники и археологические материалы, около VII ст. В 907 г. как свидетельст­вует ПВЛ, боевой флот князя Олега, построенный, в основном, в вер­ховье Днепра, принимал участие в штурме Константинополя, столи­цы Восточной Римской империи. Однако еще до появления нор­маннских «дракаров» и ладьей-«однодревок» древнерусских дру­жинников военные корабли вполне могли появиться в низовьях Днепра уже в античную эпоху, в период древнегреческой колониза­ции Северного Причерноморья. В XVII ст., во время войн Речи Посполитой с Запорожским казачьим войском, на Днепре, в том числе и в его среднем и верхнем течениях, активно оперируют казачьи фло­тилии. Так, речные суда были задействованы на стороне казачьего войска и белорусских крестьян-повстанцев в знаменитой битве под Лоевом в 1649 году.

В 1696 г., во время 2-го Азовского похода, на реке Десна форми­руются российско-украинская Днепровская военная флотилия. По приказу гетмана Мазепы здесь строится 42 больших и 46 малых стру­гов и 45 лодок. Осенью 1737 г. в Брянске для Днепровской военной флотилии было развернуто масштабное строительство судов новых типов — плашкоутов, кончебасов, дубель-шлюпок, 4 пушечных бри­гантин, галер, прамов, ботов, байдаков. Но после заключения в 1739 г. мира между Российской империей и Оттоманской Портой Днепров­ская флотилия прекратила свое существование. Во время очередной русско-турецкой войны 1787-1791 гг. Днепровская военная флотилия снова была восстановлена и приняла участие в ряде сражений, в ча­стности, в бою под Кинбуриом, где отличилась галера «Десна», и при штурме Измаила.

В период Первой мировой войны в русском флоте, в т.ч. реч­ном, появляются бронекатера. В феврале 1916 г. создается Пинский речной отряд из судов Вислинской речной флотилии, база отряда находилась в Пхове под Мозырем, передовая база — на разъезде При­пять. К июню 1916 г. отряд насчитывает 47 катеров. В прочем в по большей части позиционной и маломаневрсниой войне 1914-1918 гг. действия речного военного флота не были особенно актуальными. И только динамичный характер Гражданской войны потребовал актив­ного использования военных кораблей на речных коммуникациях. В условиях, когда линия фронта постоянно изменялась, а новые участ­ки боевых действий, связанные с проявлениями повстанчества и пар­тизанской борьбы, открывались в самых неожиданных местах, удер­живать контроль над реками — крупными транспортными магистраля­ми и естественными оборонительными рубежами было чрезвычайно важно. Особое значение водные артерии имели в связи с расстрой­ством железнодорожного транспорта и общей разрухой, а также час­тым нарушением сообщения по шоссейным дорогам, на которых легко могли оперировать различные вооруженные формирования.

В Советской Республике с началом Гражданской войны был соз­дан ряд морских, речных и озерных флотилий: Азовская, Донская, Волжско-Каспийская, Северо-Двинская, Онежская, Чудская, Араль­ская, Амударьинская, Куринская и Сибирская флотилии. Две флоти­лии — Западно-Двинская и Днепровская — действовали на территории Беларуси. Контроль над рекой Днепр — третьей по величине реке в Европе — являлся жизненно важным для всех противоборствующих на данном театре военных действий сторон.

Днепровская военная флотилия (ДВФ) была образована 12 марта 1919 г. по приказу командующего Южным фронтом В.А. Антонова-Овсеенко. Организатором и первым командующим флотилией был Андрей Васильевич Полупанов. Он родился в 1888 г., работал на шахтах Донбасса. В 1909 г. призван на флот, в 1912 г. за революци­онную деятельность был заключен в плавучую тюрьму. В 1914 г. отправлен на фронт, потом — матрос на линкоре «Императрица Ма­рия». После гибели линкора служил на миноносце «Фирдоносия». Отчаянный партизан и любимец моряков. В 1918 г. Полупанов ко­мандовал бронепоездом «Свобода или смерть», исколесившим мно­гие фронта Гражданской войны. Окруженный под Симбирском, бронепоезд, во избежание его попадания в руки врага, был сброшен в Волгу. Личный состав Днепровской военной флотилии комплекто­вался из балтийских и черноморских матросов и частично — из «ли­хой братвы» с киевского Подола, т. и. «клешников» (первоначально основное формирование флотилии проходило в Киеве). Последний контингент в скором будущем создал немало проблем, но Полупанов неохотно прибегал к репрессивным мерам и предпочитал посылать к провинившимся комиссара для разъяснительной работы.

Собственно же судовой состав флотилии формировался из паро­ходов, конфискованных у киевских судовладельцев. Так, в частно­сти, у купца Лещинского были экспроприированы буксирные паро­ходы «Курьер», «Аполлон» (канлодка «Геройский»), «Верный», об­ладавшие мощными для того времени двигателями в 200-250 лоша­диных сил, у Киевского акционерного общества — пароходы «Муко­мол», «Мандельштам» («Грозящий»), па Варшавской верфи — «Трахомиров», «Доротея» («Губительный»), В состав ДВФ включены бы­ли также пароходы «Арнольд», «Самуил», «Шарлота» и др. В конце марта флотилия насчитывала 19 боевых и вспомогательных судов. К боевым относились корабли двух типов: канонерские лодки и бро­некатера. Канонерские лодки (бронепароходы) представляли из себя, как правило, переоборудованные пароходы, на которые устанавлива­лось 1-2 орудия калибра 37-152 мм, на носу и на корме, до 6 пулеме­тов («Максим», «Гочкис» и др.), а также несложное бронирование из железных листов толщиной до 25 мм или просто защита из досок. Применялась также, для дополнительного усиления, и песчаная на­сыпка между металлическими листами или досками и т. п. Команда насчитывала 40-50 чел. Вооружение таких бронепароходов уступало артиллерийскому оснащению типовых канонерских лодок, даже ус­таревших образцов. Так, мореходная канонерская лодка «Донец» имела 2 шестидюймовых орудия, одну 122-мм пушку, 3 трехдюймо­вые пушки, 4 47-мм орудия [1, с. 22].

Бронекатера же частично достались ДВФ от царского флота. Они были вооружены одной 37-45-мм пушкой и одним пулеметом или только 1 пулеметом, имели двигатели по 120-130 л/с, развивали ско­рость против течения 8-9 узлов в час, по течению — 13-15 узлов. Од­ним из них является бронекатер-разведчик БКА-205, построенный в США в 1916 г. фирмой «Муллан и Ко» и поставленный в Россию. Это судно было захвачено немецкими войсками, после чего, очевид­но, досталась УМР. В 1919 г. бронекатер был включен в ДВФ под названием «Карл Маркс». В 1941 г. это судно находилось в составе Пинской военной флотилии под командованием лейтенанта С. Су- тужко. Бронекатер погиб на р. Березина летом 1941г. Осенью 2007 г. членами киевской общественной организации «Товарищество вете­ранов разведки ВМФ», белорусского военно-патриотического клуба «Поиск» и московского клуба истории флота велись работы по подъ­ему частей БКА-205 со дна р. Березина [2, 4].

Бронекатера и пароход «Шарлота» были включен в 1-ю бригаду, находившуюся под командованием В. П. Кучинского, бывшего пред­седателя судового комитета флагмана Черноморского флота линкора «Георгий Победоносец». Бронепароходы и вспомогательные суда свели в две другие бригады. 2-й бригадой командовал К.Г. Грибин, 3-й — В.И. Колодницкий. Командирами судов были А.И. Агеев, П. Титенко, В. Трофимов, М.Н. Новгородский, Ф.Б. Барышников. Впоследствии, в августе 1919 г., была сформирована 4-я бригада судов. Были созданы также и мобильные десантные отряды. Начальником од­ного из десантных отрядов был М.Г. Степанов, моряк с 1914 г., быв­ший депутат Кронштадтского Совета, впоследствии — командир 1-го дивизиона канонерских лодок.

Отдельной причиной для создания ДВФ послужило интенсивное развитие на Украине и Беларуси антибольшевистского повстанческо­го движения (впрочем антибольшевистким его назвать можно до­вольно условно, некоторыми партизанскими отрядами командовали даже украинские коммунисты-«боротьбисты»), О контрповстанче­ском предназначении флотилии прямо говорилось в докладе Комис­сии по обследованию ДВФ командующему Морскими силами РСФСР: «Несмотря на то, что советская власть прочно укрепилась в Киеве и др. крупных центрах края, по Днепру засели довольно зна­чительные банды Струка, Зеленого и Ангела, делая совершенно невозможным пользование его водными путями и не давая проникать Советской власти в глубь Украины.

Ввиду этого с настоятельной необходимостью самой жизнью подсказывалась мысль об образовании особой военной единицы, ко­торая взяла бы на себя освобождение водных путей Днепровской системы от повстанческих банд и тем самым, исполняя свое прямое боевое назначение, косвенным образом сделала бы возможным от­крытие навигации в потребном для этого края размере. В силу этих соображений и согласуясь с директивами, полученными из Москвы, возникла Днепровская флотилия» [3, с. 139].

Таким образом, Днепр в тот период являлся не просто крупной транспортной магистралью, но некоторым образом еще и важным путем распространения на Украине и Беларуси Советской власти, точнее, государственного коммунизма в его большевистской интер­претации.

Боевым крещением флотилии стали бои с повстанческими форми­рованиями украинского независимого социалиста Зеленого (Д.И. Терпило). Его имя стало нарицательным для всего движения «зеленых», доставившего немало проблем и белым, и красным в годы Граждан­ской войны. Зеленый родился в 1888 г. в с. Триполье в семье дере­венского бедняка, участвовал в революции 1905 г., подвергся репрес­сиям. Мобилизованный в годы Первой мировой войны, дослужился до офицерского звания. Организатор антигетмановского и ангипетлюровского восстаний, его дивизия первой ворвалась в отбитый у войск Скоропадского Киев. Зеленый в течение двух недель был также советским комдивом Приднепровской дивизии, но в ответ на установление продовольственной диктатуры он 20 марта 1919 г. поднял восстание в Триполье. И даже 11 апреля 1919 г. вновь штур­мовал Киев. С имевшихся у Зеленого судов в Киеве, у Печерской пристани, был высажен десант в 400 чел. Первоначально в боях со стороны украинских повстанцев участвовал пароход «Барон Гинз­бург». Впоследствии им удалось захватить, в т. ч. и у ДВФ, пароходы «Днепровск», «Санитарный», «Гоголь», «Шарлоту», «Зевс». Пехот­ный и кавалерийский десанты, высадившиеся с «Гоголя», были поч­ти полностью уничтожены зеленовцами. Штаб Зеленого был перене­сен на «Шарлоту». Кроме того, у Зеленого была целая флотилия из лодок, внезапно атаковавших из плавней и бравших на абордаж про­ходившие суда. Захватив на Днепре 30 барж с солью и углем, Зеле­ный раздал это все деревенской бедноте [4, с. 42]. После этого армия Зеленого, официально именовавшаяся «Армией независимой Совет­ской Украины», фактически смогла блокировать в этом районе судо­ходство по Днепру. Но в ходе ожесточенных боев в июне-июле 1919 г. в р-не Триполья захваченные пароходы были отбиты назад. 1-2 мая 1919 г. артиллерийским огнем ДВФ была уничтожена значительная часть сел Триполья и Плюты. 30 мая Триполье было вновь обстреля­но пароходом «Тарас Бульба» и буксиром «Курьер». Именно суда ДВФ эвакуировали остатки 1,5-тысячного красного отряда, разбито­го Зеленым 3 июля в Триполье («Трипольская трагедия»). Но к концу июля армия Зеленого потерпела поражение, однако продолжала со­противляться. Решающее значение при этом сыграл десантный отряд ДВФ, высадившийся в тылу у повстанцев и заставивший их отсту­пить, пойдя на прорыв из окруженного Триполья. Всего ДВФ при­шлось участвовать в 6 походах против Зеленого. Атаман Зеленый был смертельно ранен в бою с деникинцами в декабре 1919 г. На Ук­раине ДВФ приняла также участие в разгроме мятежного командира 6-й Украинской советской стрелковой дивизии И. А. Григорьева.

На Беларуси судам и десантным отрядам флотилии пришлось вести борьбу и с формированиями атамана И.Т. Струка. Илья Струк, уроженец с. Грыни Чернобыльского уезда, бывший учитель, сам служил на Балтийском флоте, в составе 3-го Гвардейского экипажа и на корабле «Штандарт». В годы 1-й мировой войны стал полным Ге­оргиевским кавалером и получил чин капитана. После революции — в армиях Центральной Рады и УНР, в 1919 г. создал в Чернобыльском и соседних уездах, в т. ч. и на территории нынешних Мозырского, Наровлянского, Лоевского районов, т. н. «Первую повстанческую армию УНР» [5, 38-42]. Части Струка, вместе с отрядами других ата­манов, приняли участие в штурме Киева в апреле 1919 г., причем именно ему удалось, ворвавшись в Киев, подойти на 300 м к Креща- тику. И только чрезвычайным усилием (в решающей контратаке принимали участие и вооруженные члены большевистского прави­тельства, в т. ч. Ворошилов, Пятаков, Бубнов), струковцев удалось отбросить. Формирования Струка отличались неустойчивой идеоло­гической ориентацией (в отличие,, например, от армий Зеленого или Н.И. Махно, твердо стоявших за «вольные Советы»), вступали в со­юз с деникинцами и т. д. Струковцы занимались уничтожением ком­мунистов и жестокими еврейскими погромами [6,3].

В мае 1919 г. суда флотилии во взаимодействии с частями Красной Армии под руководством начальника штаба ДВФ В. Дьяченко нанесли струковцам серьезное поражение в р-не Чернобыля. К этому времени Струк, как бывший моряк, прекрасно понимавший важность контроля над водными магистралями, тоже не преминул обзавестись собствен­ной флотилией. В ходе этой операции краснофлотцами было захва­чено и приведено в Киев 7 пароходов из флотилии Струка.

В конце 1919 — начале 1920 гг. в экспедиции против Струка вновь принял участие отряд ДВФ в составе 200 военморов под началом ко­миссара флотилии Розенталя и одного из ее первых организаторов Д.А. Мягких. Отряд вышел из Гомеля, в котором в это время уже базировалась флотилия. Днепровцами было разгромлено 8 гарнизо­нов струковцев. Однако многие моряки, сами будучи весьма бунтар­ски настроенными, хорошо понимали, что зачастую браться за ору­жие белорусских и украинских крестьян заставляла крайне жесткая политика большевистских государственных органов, далеко уже от­ступивших от первоначальных идеалов Октябрьской революции. Другое дело, что при этом крестьяне-повстанцы иногда попадали под руководство сомнительных политических авантюристов типа Струка или Григорьева. Поэтому в отношении пленных краснофлотцы не проявили в этом случае столь обычной в то время для всех воюющих сторон жестокости. Разбив в р-не Чернобыля группировку струковца Терешко, они отпустили его под честное слово [7, с. 42].

Впрочем флотилия действовала успешно не только против повстанцев-крестьян, но и против регулярной белогвардейской армии. В августе-сентябре1919 г., когда войска А. И. Деникина совместно с армией Директории УНР заняли Киев, Днепровская флотилия выну­ждена была подняться вверх по Днепру и, войдя в р. Сож, перебази­ровалась на Гомель. Гомель стал основным местом дислокации ДВФ. Отсюда, из гомельского речного порта, суда флотилии совершали рейды против деникинцев. Так, в конце сентября 1919 г. канлодки «Геройский», «Гневный», «Грозный» и «Грозящий» оказывали ар­тиллерийскую поддержку наступлению 58-й стрелковой дивизии Красной Армии в устье р. Припять, у д. Печки. 2 сентября 1919 г. против них из Киева выдвинулся отряд судов Средне-Днепровской флотилии ВСЮР в составе нескольких канонерских лодок, плавбатареи и двух вооруженных катеров. Красные канонерки скрытно вы­двинулись навстречу идущему в кильватерном строю противнику и с расстояния в 15 кабельтов открыли огонь из всех своих орудий. По­паданием снаряда с «Грозящего» была серьезно повреждена плавбатарея белых, а канлодка «Доброволец», сбитая огнем на мель, была захвачена экипажем «Геройского». Оба же деникинских катера были потоплены. Противнику пришлось повернуть к Киеву и отказаться отвысадки десанта, который он намеревался выбросить в тылу 58-й ди­визии. Захваченный краснофлотцами «Доброволец» был переимено­ван в «Губительный» и включен в состав ДВФ («Губительный» по­гиб в бою 27 апреля 1920 г. у Чернобыля).

К этому времени в командовании флотилии произошли переме­ны. 13 сентября 1919 г. А. В. Полупанова сменил П. И. Смирнов, до этого командовавший Волжской военной флотилией (в 1937 г. П. Смирнов — командующий Черноморским флотом, в 1937-1939 гг., до своего ареста -1-й заместитель наркома ВМФ). По некоторым данным, за этой перестановкой стоял Председатель РВС Республики Л.Д. Троцкий, не любивший харизматических полевых командиров и партизанство как таковое. Так, и Полупанова Троцкий, сторонник активного привлечения бывших офицеров-«военспецов», снял якобы за отсутствие военных знаний. По воспоминаниям начальника по­литотдела флотилии Т. И. Рильского, старый командующий флоти­лией на прощание сказал: «Полупанов отдает концы, но полупановцы остаются…» На это Смирнов ответил со свойственным ему задо­ром: «Не беспокойся за полупановцев, они уйдут вслед за тобой!».

В официальном же приказе по флотилии № 183 от 13 сентября 1919 г. А. Полупанов писал следующее: «Дорогие товарищи, крас­ные моряки Днепровской военной флотилии! В трудную пору не только для нашей славной флотилии, но и для дорогой нам всем Со­ветской власти выпало мне проститься с вами… От Екатеринослава до Гомеля и Пинска честно и славно не раз доказали вы вашу пре­данность революции…» [3, с. 170].

Тем не менее, П. Смирнов, интеллигент с дореволюционным пар­тийным стажем, приняв командование, столкнулся с определенными трудностями. Вот что он сам докладывал об этом: «Личный состав продолжает быть разнородным, партизански настроенным. Полити­ческая работа велась слабо. Процент коммунистов был незначителен [В 1919 г. на 2300 военморов-днепровцев — всего 63 коммуниста и 40 сочувствующих. — Ю. Г.]. Флотилия жила махновскими идеями и было много таких, которые, побывав у Махно и попав во флотилию, не прочь были попасть к нему снова. Снабжение продолжало ползти по всем швам. Бесформенность организации и отсутствие знаний и политической жизни у руководителей флотилии способствовали ук­реплению партизанщины. Это не могло не служить основанием раз­витию того недоверия к флотилии, которое создалось у штарма XII и тем взглядам на нее, как на вооруженную силу…» [7, с. 17].

В это время флотилия находилась в подчинении у командования 12-й армии.

Смирнов, которого некоторые во флотилии недолюбливали за «заносчивость» и любовь, вслед за Троцким, к «военспецам», выпол­нил свое обещание и относительно «ухода» полупановцев. Во фло­тилии была произведена чистка. 65 % матросов было списано, но и зимой 1919/20 гг., которую значительная часть флотилии провела в Гомеле, командование Гомельского укрепрайона по-прежнему было настроено по отношению к морякам настороженно. По свидетельству бывшего военмора И.Г. Васильева, «среди руководства Укрепрайона о флотилии думали плохо и даже видели в ней анархистскую органи­зацию, чем пугали своих противников…» [8, с. 1]. Что касается воен­спецов, то во флотилии честно служило немало и бывших кадровых морских офицеров. В частности, отрядным штурманом ДВФ был К. К. Алексеев, минным дивизионом командовал А. И. Розен. Впро­чем, учитывая пропасть, существовавшую ранее между элитарными морскими офицерами и матросами, отношение к военспецам было не простое. Тем более, что некоторые из работников штаба флотилии, такие, как Сташкевич и Киперман, перебежали на сторону противни­ка. Зимой 1919/20 гг. с помощью гомельских рабочих ряд кораблей флотилии, в частности штабное судио «Лев Троцкий», были модер­низированы. Канонерские лодки «Могучий», «Малый», «Меткий» были перевооружены новыми пушками, в т. ч. и 130-мм орудиями. Правда, в Гомеле, у Шоссейного моста, в начале апреля 1920 г. погиб посыльный пароход «Марат».

Тем не менее повод для беспокойства гомельским военным вла­стям бесшабашная матросская вольница действительно давала. Иногда случались просто курьезы: «В один из теплых вечеров лега 1919 г. матросы Сожской флотилии заходят в Александрийский военный госпиталь и организуют в нем танцы (клуба и «красного уголка» в госпитале тогда не было). Дежурный персонал растерялся, воздейст­вовать на своих сотрудниц-танцовщиц не смог. Когда я с комиссаром эвакпункта Е.М. Спельман прибыл на ме­сто этого происшествия, танцоры погасили электрический свет. Раз­дались окрики: «Выбросить их в Сож, через окна». Однако уговари­вать пришлось недолго. Матросы покинули госпиталь. Сегодня это чудовищно (!), но это было так», — вспоминал впоследствии, очевид­но, уже размерные годы «застоя», очевидец тех событий Т.А. Сорвиловский, в то время — член правления Гомельского губотдела профсоюза медработников [9, с. 9].

Впрочем не только проявления девиантного стиля поведения и следования традиционнму, неписанному «морскому кодексу» лежа­ли в основе матросской фронды. Были и причины более серьезные. В предшествующие десятилетия также была заложена и еще одна флотская традиция — особая революционность матросов. Кстати, и в ДВФ служили моряки, принимавшие участие еще в революции 1905-1907 гг. В частности, во флотилии служил М.В. Седнев, матрос с крейсера «Аскольд», участник революционных выступлений во Вла­дивостоке в 1907 г., отбывавший за это каторжный приговор. Также повышенный радикализм матросов можно объяснить и тем, что они, представляя различные социальные группы, в т. ч. и высококвалифи­цированных рабочих, а также в силу своей профессиональной мо­бильности, обладали весьма высоким общим уровнем развития и ин­формированности и широким мировоззрением. Это и делало их весьма нонконформистской группой. Проявления «комиссародержавия», произвол ЧК, продразверстка, милитаризация труда и многое другое вызывало серьезные протесты в различных слоях общества. Многие краснофлотцы также считали, что революция сбилась с вер­ного пути. И пытались се исправить по своему разумению. Так, в один из дней пребывания флотилии в Гомеле трое военморов буквально разогнали отряд милиционеров и «чоновцев», проводивших облаву на гомельском рынке. При попытке адъютанта военного ко­менданта Гомеля задержать их, днепровцы, проигнорировав его уг­розу оружием, спокойно удалились. Впоследствии, при разбиратель­стве этого дела, командование флотилии убедило военные власти Гомеля не арестовывать провинившихся, обещая провести с ними «разъяснительную работу». Подобных эпизодов было немало.

К сожалению, имели место эксцессы и другого рода. Матросы ДВФ зачастую не получали от советских органов ни продовольствия, ни обмундирования и вынуждены были заниматься снабжением на свой страх и риск, что не могло не вызывать многочисленных наре­каний. Дисциплина среди некоторых подразделений флотилии же оставляла желать лучшего. Особо процветала т. и. «партизанщина» в десантном отряде Прокофьева. Командиру особой роты А. Петрову и комиссару роты Т.П. Стасюку (впоследствии — комиссару канлодки «Молодецкий»), оставившему воспоминания об этом эпизоде, в декабре 1919г. пришлось в течение недели собирать свою роту для выступления на фронт. Десантники «гуляли по частным квартирам и вспоминала «старые дни», когда были под началом Полупанова». В ходе выдвижения на фронт, после пребывания в Калинковичах, Мозыре и д. Прудки, имели место многочисленные эксцессы в отноше­нии местного населения. Некоторые краснофлотцы были арестованы, некоторые, избегая ареста, дезертировали, но потом добровольно вернулись обратно [7; с. 42, 99-104].

Тем не менее в бою матросы всегда представляли очень грозную силу. Стоило той же особой роте ДВФ в декабре 1919 г. все же поя­виться на фронте под Калинковичами, как в рядах противника нача­лась легкая паника. Лихой штыковой атакой матросы-десантники у д. Копковичи взломали сильную оборону польских частей, имевших здесь бетонные доты. В марте 1920 г. на фронт также отбыл пеший отряд И. Зеленцова. Особую доблесть и героизм проявили красно­флотцы в боях с польской армией летом 1920 г. 6 мая 1920 г., в связи с приближением «белополяков» к Киеву, флотилия была разделена на 3 отряда: Березинский и Сожский с базой в Гомеле и Южный, ба­зировавшийся в Екатеринославе. Суда флотилии не раз осуществля­ли смелые операции. Так, бронекатер № 2 (БК-2) и катер «Шевчен­ко» получили задание разведать и уничтожить переправу польской армии на р. Припять. Поднявшись до Турова вверх но Припяти, ка­тера произвели поиск и обнаружили переправу, которая и была ими разрушена. При отходе отряда поляки предприняли попытку отре­зать его у Давыд-Городка на р. Горынь, но катера прорвались с боем. Командовал бронекатером № 2 военмор Л. Кабиков [10, с. 48].

Особую известность получила операция ДВФ, осуществленная у г. Лоева, т. н. «Лоевскнй прорыв». В июне 1920 г. перед флотилией была поставлена задача оказания поддержки Красной Армии в ходе ее наступления на Киев, занятый польскими войсками. Северная группа должна была обеспечить переправу через Днепр и поддер­жать огнем 12-ю армию. Но войти в Днепр из Сожа можно было, только миновав мощный укрепрайон врага у Лоева. Противник здесь имел 14 орудий калибром до 200 мм, кроме того, фарватер был час­тично блокирован фрагментами взорванного моста. При подготовке операции была задействована аэрофотосъемка и группы разведчиков-добровольцев, скрытно произведших необходимые замеры. Выяснилось, что при прохождении в районе моста максимально допус­тимый зазор между опорами и бортами судна может быть не более 1-2 метров. Ночью 2 июня отряд из 5 канлодок (в т. ч. «Малый», «Мстительный», «Геройский», «Мегкий»), 2 тральщиков и 2 по­сыльных судов начал прорыв от д. Карповка. Командовали судами Эрман Кайлит (канлодка «Малый», комиссар лодки — Садников), Стоянов, Соловьев и др., общее руководство операцией осуществлял командир 1-го дивизиона канлодок М.Г. Степанов. Идя вниз по те­чению, отряд скрытно миновал пристрелянный участок и вышел к мосту, где одна из канонерских лодок все же столкнулась с опорой моста, закрыв тем самым проход. В скором времени польские артил­леристы открыли огонь, сначала вслепую, а потом — прицельный. Отряд оказался в крайне опасном положении, но ответным огнем смог снизить интенсивность вражеского артобстрела. Вскоре, после освобождения фарватера, суда возобновили движение, стараясь дер­жаться ближе к занятому противником берегу, затрудняя этим ему стрельбу. Потеряв канонерскую лодку «Меткий», наскочившую на ледорез моста (команда благополучно высадилась на берег), и еще одну, севшую на мель выше Лоева, отряд благополучно завершил дерзкий прорыв. Затем он выставил минные заграждения в устье Припяти и обеспечил переправу частей 12-й армии через Днепр в районе д. Печки [8, с. 20, 31; 11, с. 112-113]. При этом краснофлотцы отбивали артогнем контратаки польских частей в р-не высадки крас­ных войск, вели бой с польской речной флотилией и авиацией. Также днепровцы обеспечивали переправу и высадкой своих десантных от­рядов. Надо отметить, что предшествовавшие попытки частей 12-й армии, с 28 мая пытавшейся своими силами форсировать Днепр, не увенчались успехом. По завершению форсирования днепровцы пе­ребросили по реке стрелковую бригаду на Сваромье и Вышгород, а 9 июня участвовали в бою за переправу на р. Ирпень. В ходе этих боев особо проявили себя экипажи канонерских лодок «Малый», «Мсти­тельный», «Геройский» и тральщика «Трал» Северного отряда ДВФ Орденами Боевого Красного Знамени ВЦИК наградил командира «Малого» Э. Кайлит, моряков с этой канлодки Ф. Кротова, И. Зайце­ва, П. Троца, Е. Белова, С. Савченко, И. Галашко. С канлодки «Герой­ский» орденами были награждены комиссар лодки Платбаргд, П. Гав­рилов, Н. Озернов, Ф. Андрюшенко, моряки с других кораблей — ко­миссар Кульберг, артиллерист Г. Мухин, Афанасьев, Клевцов, Паш­кин, Захаров, Потемкин. Канонерские лодки «Геройский», «Мсти­тельный», «Малый» были награждены Почетным Революционным Красным Знаменем.

Успешно действовала в р-не Триполья и Южная группа ДВФ. 11 июня Киев был взят. Одним из первых в город вошли военные моряки-днепровцы.

Среди военных моряков, как и среди многих красноармейцев, бу­деновцев, котовцев и т. д., как и среди трудового крестьянства и рабо­чих, были широко распространены ожидания того, что после оконча­ния Гражданской войны, когда минует угроза реставрации, правящая партия коммунистов-большевиков все же пойдет на отмену продраз­верстки, восстановление свободы выборов и полновластия Советов, легализацию социалистических партий и организаций и т. д. Пока же шла борьба с силами социальной реакции, необходимо было сохра­нять, во что бы то ни стало, единый революционный фронт. По мере тогo как Гражданская война близилась к победному завершению, брожение в Красной Армии и Флоте, среди крестьян и рабочих по поводу перегибов коммунистической власти усиливалось.

8 декабря 1920 г., выступая на заседании Гомельского губкома РКП(б), его секретарь сообщил об усилившейся в губернии агитации критиков большевизма «слева». Один из участников заседания, Ро­мановский, возмущался, упрекая Губчека в том, что Губком сообща­ет раньше ЧК о нахождении анархистов.

В отношении неспокойных матросов-днепровцев решено было сыграть на опережение. Приказом РВС от 22 декабря 1920 г. ДВФ расформировывалась (по другим данным — только сокращалась до 1 канлодки, 5 сторожевых судов и 5 катеров). В любом случае, в Го­меле в начале весны 1921 г. продолжал находиться ряд военных су­дов вместе с экипажами. Сосредоточено в этот период здесь было большое количество и других воинских частей.

В марте в Гомель из Киева на гоночной машине крайне спешно выезжают начальник Особого отдела ДВФ Г. Хоменок и член Особо­го отдела и Следственной комиссии Т. Стасюк, получившие сведения о существовании среди военморов флотилии и красноармейцев го­мельского гарнизона подпольной организации, якобы готовившей вооруженное выступление. В последующих отчетах гомельских че­кистов эта организация получила название «Черная маска». Все дело в том, что страшное напряжение у большевиков вызвало в этот мо­мент вспыхнувшее в марте 1921 г. восстание балтийских моряков в Кронштадте. Балтийские матросы, как и в Октябре 1917 г., выдвину­ли лозунг «Вся власть Советам!». 28 апреля Гомельской Губчека были произведены массовые аресты среди краснофлотцев и «видных лиц местного гарнизона» [12, с. 4]. В марте-апреле 1921 г. ДВФ была окончательно расформирована, к концу ноября этого же года боль­шинство ее судов было передано в народное хозяйство.

Успешный опыт боевых действий ДВФ в годы Гражданской вой­ны во многом послужил основанием для возрождения флотилии в начале 1930-х гг. В 1940 г. на базе ДВФ была образована также Пин­ская военная флотилия. 14 сентября 1943 г. Днепровская флотилия была вновь восстановлена. В годы Великой Отечественной войны флотилия приняла участие в ряде стратегических наступательных операций Красной Армии. В ходе Белорусской наступательной опе­рации «Багратион» 1-я бригада ДВФ поднялась за линию фронта, нарушила переправу нацистской армии у Паричей, подошла к Боб­руйску и организовала переправу через Березину частей 48-й армии генерала Романенко, что сыграло решающую роль в освобождении города 29 июля 1943 г. С боями Днепровская военная флотилия дош­ла до Берлина.

Список литературы

  1. Старков. Подъем канонерской лодки «Донец» / Старков // Флотомастер. — № 1. — 2006.
  2. Алешкевич, А. Шли первые дни войны… / А. Алешкевич // Белорус­ская военная газета. — 2007. — 22 нояб.
  3. Полупанов, А. В. Свобода или смерть / А. В. Полупанов. — Донецк, 1966.
  4. Савченко, В. Атаманы казачьего войска / В. Савченко. — М., 2006.
  5. Коваль, Р. Повернення оттоманїв гайдамацького краю. — Київ, 2001.
  6. Путь Советов. — 1921. — № 50.
  7. Фонды ГИКУ «Гомельский дворцово-парковый ансамбль». — Ф. 5. — Д. 21.
  8. Там же. — Д. 66
  9. Там же. — Д. 99
  10. Чериков, И. Бронекатер революции / И. Чериков // Моделист- конструктор. — 1984. — № 4.
  11. Боевой путь советского Военно-Морского Флота. — М., 1988.
  12. Государственный архив Гомельской области. — Ф. 1587. — Оп. 1. — Д. 27.

Автор: Ю.Э. Глушаков
Источник: Гомельщина в событиях 1917–1945 гг.: материалы науч. практ. конф. / ред. кол. : А.А. Коваленя [и др.]. – Гомель, 2007. Ст. 137-150.