Деятельность Калинковичского райэвака по реэвакуации из России и Украины беженцев Первой мировой войны

0
285
Райэвак из города Калинковичи

Первые попытки создания в Калинковичах эвакуационного пункта по реэвакуации беженцев Первой мировой и польско-советской войн, красноармейцев, других контингентов населения были предприняты в конце 1919 г., когда активные боевые действия на советско-польском фронте временно прекратились. Тогда на первый план встала задача организации изоляционно-пропускного пункта для обслуживания бойцов Красной армии.

Исполняя приказ Реввоенсовета РСФСР, Главноуполномоченный Центропленбежа Западных областей Л. Розенгауз 20 декабря 1919 г. издал распоряжение и направил уполномоченного по беженским делам т. Абрамсона «немедленно приступить к открытию и оборудованию в Калинковичах в двухнедельный срок  пропускного изоляционного пункта для Красной Армии [1, д. 10, л. 22]. Гомельское губернское управление по эвакуации населения приступило к исполнению поставленной задачи. О первых результатах проделанной работы сообщила 4 февраля 1920 г. газета «Путь пролетария»: «На станции Калинковичи Западной ж/д Пленбежем устроена для красноармейцев чайная, ночлежная, баня. Прибывающие красноармейцы, которым в ожидании поезда приходилось валяться в залах на полах…, теперь приходят в большую светлую и чистую чайную, где каждому подают горячий кофе с сахаром» [2, д. 216, л. 106].

Однако возобновившееся весной 1920 г. наступление польских войск по всему Западному фронту обострило военно-политическую обстановку на Гомельщине, что не позволило тогда сформировать в Калинковичах изоляционно-пропускной и эвакуационный пункты. 5 марта 1920 г. польские войска подошли к станции Калинковичи и начальник боевого участка Красной Армии отдал распоряжение подготовить Калинковичский райэвак к эвакуации. Заместитель уполномоченного Центропленбежа по Калинковичскому райэваку сообщил, что «под сильным обстрелом наших бронепоездов и неприятельских пулеметов удалось выбраться последним отходящим эшелоном из Калинковичей… Продукты, отчетность, хозяйственное имущество, полный комплект инвентаря изопропункта вывезены под обстрелом. Все остальные учреждения, кроме пленбежа, попали в плен. В Калинковичах осталось 500 беженцев» [2, д. 447, л. 165-166]. Их реэвакуация была приостановлена. После отступления поляков из района Калинковичи – Мозырь реэвакуация различных контингентов населения была возобновлена.

15 апреля 1920 г. на совещании в управлении Главноуполномоченного Центропленбежа Западных областей особое внимание было уделено на возрастание значения г. Гомеля как эвакуационного узла, которому предстояло выполнить в ближайшее время большую работу по перемещению различных контингентов населения. Поэтому было принято решение, «тяготеющие к Гомелю в железнодорожном отношении пункты: Бахмач, Калинковичи, Новозыбков подчинить непосредственно в административном отношении Гомельскому пленбежу [1, д. 10а, л. 41].

С прекращением военных действий между РСФСР и Польшей пограничными пунктами в Западной области стали Минск-Койданово, Гомель-Калинковичи и Полоцк-Фариново. Гомельское управление по эвакуации населения в срочном порядке направило в Калинковичи зам. начальника управления т. Тамаркина и уполномоченного Л. Г. Борщукова для «организации эвака, изоляционно-пропускного пункта для Красной Армии и оказания помощи населению, пострадавшему от нашествия отрядов Балаховича» [1, д. 9, л. 127].

11 декабря 1920 г. было учреждено Калинковичское управление по эвакуации населения. 18 декабря начальником Калинковичского управления  был назначен уполномоченный Гомельского губэвака Л.Г. Борщуков. Губэвак командировал в Калинковичи ст. врача М.И. Жолквера для создания изоляционно-пропускного пункта. Для проведения работ по созданию Калинковичского эвака и изоляционно-пропускного пункта в феврале 1921г. был выдан аванс в сумме 250 тыс. руб. [1, д. 9, л. 127, 131].

Ввиду предстоящей масштабной работы по эвакуации различных контингентов населения Калинковичский управэвак создавался по образцу Гомельского губэвака со всеми входящими в него отделениями и учреждениями. Ему отводились также функции изоляционно-пропускного пункта. В отличие от изопропунктов Наркомздрава и военного ведомства, преследующих главным образом цель оказания красноармейцам медико-санитарной помощи, на изопропункты, находившиеся в ведении эвакуационных органов были возложены еще функции обсервации красноармейских частей. Поэтому в состав изопропунктов, помимо медсанаппарата, входили питпункт, ночлежные дома, баня.

Калинковичский эвак был вполне оборудованным учреждением. Он размещался в двух бараках вблизи железнодорожного вокзала. В одном бараке располагалось управление, а также кухня и склад. Второй барак был оборудован под изолятор. С противоположной стороны эвакопункта находились прачечная и баня.

Общежитие для беженцев и других контингентов населения размещалось в здании бывшей казармы железнодорожных рабочих, которая представляла собой четыре больших комнаты и кухню, расположенные по обе стороны коридора. В комнатах вдоль стен были установлены двойные нары. Отапливалось общежитие металлическими печками, причем топливо жильцы добывали сами. Однако из-за слабого обогрева комнат общежития большинство беженцев переселились в землянки. В феврале 1922 г. в общежитии осталось около 50 человек [1, д. 21, л. 19]. В связи с непредвиденными морозами зимой 1921 – 1922 гг. заготовленных эваком 30 куб. саж. дров для отопления своих помещений оказалось недостаточно. Катастрофическое положение с топливом вынудило управление эвака в начале 1922 г. приобрести дрова у частных подрядчиков по коммерческой цене: за каждый куб. саж. дров выплачивалась денежная сумма, равная стоимости 2 пудов муки в день оплаты за дрова [1, д. 21, л. 20].

Изолятор Калинковичского эвака являлся единственным медсанучреждением на станции Калинковичи. Он был рассчитан на 50 мест и обслуживал все контингенты населения. Изолятор был хорошо укомплектован медперсоналом и включал 1 врача, 5 лекпомов, 1 сестру, 4 санитаров, 1 дезинфектора, 6 сиделок. При изоляторе имелись амбулатория и аптека. Только за август 1921 г. через изолятор прошел 121 больной, а через амбулаторию 312 беженцев, 329 красноармейцев. Обследовавший по поручению Главноуполномоченного Центрэвака в Западной области К.Д. Буйко в сентябре 1921 г. деятельность Калинковичского эвака особенно высоко оценил состояние и работу ВП пункта, которым руководил доктор М.И. Жолквер. Однако пункт испытывал недостаток в медикаментах, перевязочных и дезинфекционных средствах, т. к. Гомельский губздравотдел отказал Калинковичскому ВП пункту в отпуске этих средств, ссылаясь на то, что изопропункты, как военные учреждения, губздравами не снабжаются [2, д. 654, л. 204].

Врачебно-питательный пункт эвака располагался рядом с изолятором, вдоль бараков которых находились все хозяйственные постройки. На кухне имелось два больших котла, в которых можно было приготовить единовременно пищу для 500 – 600 человек. В одном здании с кухней размещалась столовая вместимостью на 50-60 человек. Однако с зимы 1921-1922 гг. эвак прекратил готовить горячую пищу для обслуживаемых контингентов населения, за исключением больных. Им выдавался только сухой паек. Хлеб выпекался частным предпринимателем и был очень низкого вкусового качества. На это обратил внимание уполномоченный по Калинковичскому райэваку Я. Гофман: «Хлеб отвратительный на вкус и неэкономный для получающих его… Следует переменить пекаря ибо часто хлеб таков, что лучше его не выдавать… Предприниматель с эваком никакими письменными условиями не связан с обязательным залогом, что могло бы обуздать «хлебодавца». Контингенты в большинстве просят, чтобы им вместо хлеба выдавали пайки мукой» [1, д. 21, л. 24].

Ввиду наплыва беженцев летом-осенью 1921 г. Калинковичский эвак испытывал трудности с выдачей продовольственных рационов. Из-за полного отсутствия на складе эвака круп, взамен их употребляли в питание муку-промол. Рацион рыбы был сокращен до 12 золотников. Наиболее напряженно Калинковичский эвак, как и другие эвакуационные органы Гомельской губернии, работал в 1921 г. В связи с начавшейся весной-летом реэвакуацией беженцев Первой мировой войны в Польшу на узловых станциях Гомель, Калинковичи, Жлобин наблюдался массовый их приток неорганизованным порядком, что нарушало плановую работу эвакуационных органов. Поэтому были приняты срочные меры по организации заградительных отрядов в Гомеле, Калинковичах, Жлобине, которые задерживали беженцев, следовавших к границе без разрешения органов Центроэвака. Однако приток беженцев в Калинковичи нарастал. Только в августе 1921 г. из Калинковичей через Житковичи было отправлено 2615 беженцев. Они направлялись небольшими партиями по 100-150 человек по спискам, заверенным органами ЧК и Особым отделом. Причем беженцам, подлежащим отправке через Житковичи выдавались беженские билеты, а документы беженцев направлялись в Гомельский губэвак [2, д. 654, л. 204].

За первое полугодие 1921 г. врачебно-питательным пунктом эвака было выдано 22012 порций горячих обедов и 6482 сухих пайков. За это время через изолятор прошло 245 человек, а через амбулаторию 609, из них было зарегистрировано 53 больных тифом [2, д. 967, л. 1].

С наступлением лета 1921 г., в условиях неурожая в Поволжье и в южных губерниях Украины из голодающих районов хлынула масса беженцев, подавляющее большинство которых двинулось гужевым путем. В Калинковичи прибывали беженцы преимущественно из Саратовской и Самарской губерний. Только в августе 1921 г. из Калинковичей в Житковичи было отправлено 1630 беженцев-гужевиков. В 1921 г. из Калинковичей в Слуцк было отправлено 1595 беженцев. А всего через Калинковичи и Житковичи райэвакомом было пропущено 7600 гужевиков [2, д. 898, л. 16]. В 1921 г. через Калинковичский райэвак прошло также 4234 беженца и других контингентов населения, в том числе пострадавших в результате гражданской войны [1, д. 30, л. 2].

В 1922 г. началась реорганизация и сокращение эвакуационных учреждений. В январе 1922 г. Калинковичский райэвак был преобразован в линейный пункт, а численность его сотрудников сократилась до 30 человек. 24 февраля 1922 г. уполномоченный Гомельского губэвака по Калинковичскому району Я. Гофман в докладной записке на имя начальника Гомельского беженского пункта объяснял сокращение Калинковичского эвакопункта тем, что «в свое время центр недостаточно ознакомили с предстоящими задачами Калинковичского ж/д узла по эвакуации беженцев в Западной области, наплыв которых ожидался с наступлением весны. Чем, спрашивается, защищен Гомельский головной пункт пути с Украины в сторону Калинковичей? — задавался вопросом Я. Гофман. — Ведь теперь больше, чем когда-либо «потекут» беженцы неорганизованным путем и больше, чем когда-либо из Украины, где благодаря лучшим условиям находилась большая масса беженцев» [1, д. 21, л. 7].

В другой записке на имя Главноуполномоченного Центроэвака Западной области Я. Гофман предлагал для предотвращения наплыва громадных масс самотека беженцев весной 1922 г., мешающих плановой работе эваков, а вместе с тем, чтобы предупредить эпидемические заболевания, «принять предупредительные меры и без визы эвакорганов не допускать проникновения беженцев Первой мировой войны к западной границе под видом проезда «на постоянное место жительства в Минск, Калинковичи и другие близлежащие к границе города» [2, д. 898, л. 25].    

15 апреля 1922 г. при управлении Гомельского базэвака состоялось совещание под председательством М.К. Маркевича по вопросу о ликвидации Калинковичского линейного пункта, который выполнял также функции изоляционно-пропускного пункта по обслуживанию красноармейцев 22-й бригады 8-й стрелковой армии, дислоцировавшейся в Мозырском районе. В Калинковичах Военное ведомство открыло также бригадный лазарет для медицинского обслуживания красноармейцев, мощностей которого оказалось недостаточно для оказания медицинской помощи всем воинским частям. Поэтому командование 22-й бригады обратилось в управление линейного пункта с ходатайством временно предоставить ему часть изолятора эвакпункта для размещения больных красноармейцев, т. к. для этой цели других помещений в городе не имелось. Столкнувшись с угрозой занятия 22-й бригадой Красной Армии помещений медпункта, начальник медсанотдела Калинковичского линпункта доктор Рогачевский высказался на совещании за объединение беженского медсанпункта с бригадным лазаретом, передав ему изолятор, но сохранив в нем за собою 10-15 коек-мест для лечения беженцев, а также право использовать обоз армейской бригады для потребностей эвакпункта. Ссылаясь на финансовые трудности, начальник Калинковичского линпункта Я. Гофман согласился с ликвидацией линпункта, заявив, что «местные беженцы, живущие на частных квартирах при станции Калинковичи и в районе в большом количестве, с ближайшими плановыми эшелонами отправятся на родину» [1, д. 20, л. 61]. На совещании было принято решение упразднить линпункт в Калинковичах, сохранив эвакостол с двумя сотрудниками, соответственно по эвакуационной и санитарной работе среди беженцев [2, д. 718, л. 75]. Изолятор вместе с медперсоналом переходил в ведение бригадного лазарета Красной Армии.

Литература

  1. Государственный архив Гомельской области. Фонд 1375. Оп. 1.
  2. Национальный архив Республики Беларусь. Фонд 39. Оп. 1.

Автор: А.М.  Бабков
Источник: Восточные славяне: историческая и духовная общность : материалы Международной научно-практической конференции, посвященной 15-летию Общества Кирилла Туровского (Гомель, 15―16 апреля 2008 г.) / [редколлегия: В. И. Коваль (ответственный редактор), Е. И. Холявко, Е. В. Ничипорчик]. — Гомель : ГГУ, 2008. — 235 с.