«Черниговский» период истории

0
367
chirnihiv land, Чернігівське

Князь Святослав Ярославич, успешно отражая половецкие набеги из Великой Степи, управлял огромным, богатым княжеством, включавшим бывшие территории северян, вятичей и радимичей. Чернигову принадлежали Новгород-Северский, Брянск, Любеч, Курск, Путивль, прочие средние и малые города, среди которых был и ещё не привлекавший внимания современников, затерявшийся в дремучих посожских лесах Гомий.

События 1068–69 годов (неудачи великого князя Изяслава в отражении вторжений кочевников, восстание против него киевлян и возведение на стол полоцкого князя Всеслава, непопулярный в народе союз Изяслава с польским королём Болеславом II Смелым, жестокая расправа с недовольными киевлянами) показали, что верховная киевская власть Изяслава Ярославича непрочна, а его авторитет падает. К тому же из-за владельческих споров Изяслав ссорится со своим черниговским братом. Вступив в сговор с третьим Ярославичем – Всеволодом, Святослав изгоняет Изяслава из Киева (1073 год)1 и, фактически, становится единовластным правителем Руси. Только в Полоцке продолжает сидеть мятежный духом Всеслав, по-прежнему не желающий подчиняться киевскому диктату. Великое княжение Святослава Ярославича продолжалось всего три года (он умер в 1076 году)2, однако оно было весьма полезным для Киевского государства: устанавливаются тесные связи с другими странами, развивается экономика, закладываются великолепные архитектурные памятники. Мудростью и образованностью Святослав напоминал отца. О князе говорили, что он наполнял книгами свои клети и проливал в кругу соратников «мёд писаний». Не исключено, что именно в память о Святославе построили в Гомии соборную Николаевскую церковь (Николай – крестильное имя Святослава).

Когда Святослав переходит в Киев (1073 год), он оставляет Чернигов с владениями своему брату Всеволоду. Из деяний последнего известно, в частности, что он не один раз участвовал в военных предприятиях против независимого Полоцка, вовлекая в эти акции и сына Владимира.

В 1077 году, воспользовавшись борьбой Всеволода с Изяславом и отсутствием первого в Чернигове, сын смоленского князя Борис Вячеславич пытается завладеть черниговским столом, но держится в городе всего восемь дней. Опасаясь возвращения дяди – «законного» князя черниговского – Борис бежит в далёкую Тмутаракань.

Здесь он вступает в союз с давним претендентом на Чернигов – племянником Всеволода Олегом Святославичем.

В следующем году князья-изгнанники приводят на Русь огромную половецкую армию и наносят сокрушительное поражение выступившему им навстречу Всеволоду на реке Сожице. Много воевод и бояр пало в той битве. Всеволод бежит в Киев к Изяславу, а Олег и Борис вступают в Чернигов. Фактическим правителем Черниговской земли (и Гомия) на какое-то время становится Олег Святославич3.

Тем временем Изяслав и всеволод с сыновьями собирают большое войско для решительной схватки с Олегом и Борисом. Армия русичей подходит к Чернигову и осаждает его; вчерашние же изгнанники ведут к городу свежие половецкие силы. «Сеча злая» происходит на Нежатиной Ниве (1078 год): Изяслав и Борис погибают, а Олег, потеряв свою армию, вновь бежит в Тмутаракань4. Единственным победителем остаётся Всеволод. Он переходит на великое княжение в Киев. Черниговский же стол, по распоряжению князя, достаётся его сыну Владимиру, отличившемуся в борьбе с Олегом5. Таким образом, гомияне попадают под непосредственное управление знаменитого Мономаха, пробывшего князем черниговским 16 лет (до 1094 года).

Владимир родился в Киеве в 1053 году6. Его матерью была дочь византийского кесаря Константина IX Мария. Князь получил прекрасное образование, владел несколькими языками, а его писательский талант воплотился в известнейшем «Поучении». Всю свою политическую карьеру Мономах проповедовал и претворял в жизнь идею единства Руси, во главе которой он видел, конечно же, самого себя и своих наследников. И действовал Мономах не только словом, но и мечом.

Немало потрудился Владимир Всеволодович на благо земли Чернигово-Северской. Особое уважение снискал он за ратную доблесть, за блестящие победы над хищными половцами, вторгавшимися в южнорусские пределы порою по нескольку раз в год. Несомненно, и гомийские ратники участвовали в отражении набегов степняков, разделяя радость побед с черниговцами, новгород-северцами и стародубцами…

Военная удача изменила Мономаху в 1093 году, когда коалиция князей потерпела жестокое поражение от половцев под Треполем. Горькие вести о гибели сыновей получили тогда все города и волости черниговские. Не досчитались своих воинов и в Гомии. Но ещё страшнее было то, что дорога на Киев, Чернигов и дальше на север оказалась открытой степнякам.

Владимир Мономах и великий князь киевский Святополк Изяславич хорошо понимали, что достойный отпор половцам можно дать лишь объединёнными усилиями всех князей. А вот согласия-то среди них и не было. В то время как Святополк с Мономахом пытались организовать оборону, уже известный гомиянам Олег Святославич (не без оснований считавший себя обделённым волостью) сводил с ними личные счёты.

Заветной целью Олега оставалось утверждение на черниговском столе. И по-прежнему для её достижения он опирался на половцев. В тревожном 1094-м привёл он степные орды под Чернигов и осадил его. Затем Олег сжёг пригородные сёла и монастыри и, в конце концов, овладел городом.
А платой половцам было право разграбления Черниговской земли. Можно только догадаться, сколько горя и бедствий принесли они княжеству и Гомию в частности. Второе правление Олега Святославича в Чернигове (1094–96 годы) – один из самых печальных периодов в истории княжества. Не случайно «Слово о полку Игореве» называло этого князя «Гориславичем»: «Тогда при Олзе Гориславличи… в княжих крамолах веци человеком скратишась»7. Уже утвердившись на черниговском столе, Олег остался верен дружбе с половцами, не один раз бывал зачинщиком княжеских усобиц, несших разорение земле Черниговской и соседям. Чашу лихолетья сполна испили и гомияне, вынужденные посылать своих воинов в дружину беспрестанно воевавшего князя… Только совместные действия Святополка и Владимира Мономаха, силой оружия изгнавших Олега из Чернигова, спасли княжество от полного упадка.

Но Олег не мог смириться с потерей отцовской вотчины и, опираясь на помощь родного брата Давида (сидевшего тогда в Смоленске и имевшего в скором будущем прямое отношение к Гомию), напал на Муром, где находился один из сыновей Мономаха – Изяслав. В «брани лютой» Олег одержал верх, а Изяслав Владимирович погиб. Черниговский изгнанник овладел Муромом, Ростовом и Суздалем, «перея всю землю Муромьскую и Ростовьскую». Вскоре, однако, военная удача вновь отвратилась от него. Войска Олега были наголову разбиты другим сыном Мономаха – не менее знаменитым Мстиславом Владимировичем Великим в битве на реке Клязьме…

Мстислав никогда не был черниговским князем и не владел Гомием. Тем не менее определённое отношение к этому посожскому городу он всё-таки имел. В 1125–1132 годах Мстислав Владимирович занимал великокняжеский стол в Киеве, а до этого княжил в Новгороде (1088–1094, 1096–1117), Ростове (1094–1096) и Белгороде (1117–1125). Во второй половине 90-х годов XI – самом начале XII-го веков он посылает в Гомий свою грамоту. Содержание этого документа мы, к сожалению, никогда не узнаем. А о самом факте существования такового свидетельствует обнаруженная в Гомеле уникальная свинцовая печать этого князя…8

Дальновидный Мстислав не стал сводить счёты с мятежным Олегом. Напротив, он вынудил последнего принять участие в примирительном (для «строения мира») общерусском съезде князей в Любече (1097 год). Именно там прозвучал знаменитый вопрос, адресованный, в первую очередь, князю черниговскому: «Почто губим Русскую землю, сами на ся котору дающе? А Половци землю нашю несуть роздно (разоряют.– О.М.), и ради суть оже межи нами рать…»

С надеждой смотрела вся «земля Русская» на большой совет князей Святополка, Владимира, Давида и Олега Святославичей, Давида Игоревича и Василько Ростиславича. Надеялись на их мудрость и гомияне, уставшие от тревожной неопределённости. Посовещавшись, князья решили быть заодно, поклялись «соблюсти» Русь и «держать отчину свою» каждому, не покушаясь на владения соседа. По решению съезда власть над Черниговским княжеством и вместе с ним над гомийскими землями получил старший брат Олега Святославича Давид9.

Любечские договорённости, к сожалению, остались лишь благими пожеланиями. Зачинщиками новой усобицы на сей раз оказались… сам великий князь Святополк и Давид Игоревич. Последний убедил Святополка, будто бы Мономах в сговоре с Васильком Ростиславичем тайно покушаются на его власть в Киеве. Охваченный ненавистью и подозрениями, Святополк решается на неслыханное доселе преступление – захват и ослепление Василька.

На сей раз уже Олег Святославич в союзе с Мономахом выступает за восстановление справедливости и наказание преступников. Собрав войско, они движутся на стольный град Киев. К счастью, большого кровопролития удалось избежать. Но всё же Святополк ушёл от ответственности: виновником злодейства был признан Давид Игоревич, лишённый за это власти над Владимирской землёй. С межкняжескими распрями, наконец-то, было покончено.

Результаты примирения не заставили себя ждать. В 1103 году объединённое войско семи князей под водительством Святополка и Мономаха наносит сокрушительное поражение половцам в битве на реке Сутине, где погибло 20 их ханов. С тех пор победы Руси над половцами становятся регулярными…

Годы правления Давида Святославича (1097–1123) были достаточно спокойными для черниговских земель и Гомия. Город с окрестностями закрепляется в составе личных, вотчинных владений этого князя и его потомков. В самом конце XI – начале XII столетий здесь ведётся значительное строительство, расширяются посады. Где-то в начале XII века большой реконструкции подвергается старая земляная крепость. Её площадь увеличивается примерно в два раза и достигает почти 1,5 га, возводятся новые линии замковых и городских фортификаций. Следует полагать, что при Давиде в Гомии возводят и первый каменный, точнее, кирпичный храм на детинце – исторический предшественник православной Николаевской (Никольской) церкви, известной по свидетельствам письменных документов конца XV–XVII веков. Находки древних строительных материалов (кирпича-плинфы) в разных частях города указывают, что в XII столетии в нём уже могло быть несколько каменных церквей. А это, в свою очередь, свидетельствует: к XII веку здесь сложилась зрелая церковная организация. Христианские идеи уже пустили корни в душах горожан, и перелом в борьбе с окружающей город языческой стихией наступил.

На рубеже XI–XII столетий происходит благоустройство посадских территорий, где прокладываются улицы. Элементы планировки города, восходящие к XII веку, сохраняются здесь вплоть до конца XVIII века и «читаются» на архивных топографических планах10.

Давид Святославич получал немалые доходы не только с самого города, но и с окружающей его волости. Эта земля была заселена крестьянами («людьми»), приумножавшими трудом своим богатство княжества. Отсюда, от сёл и нив, шли и «кормления», и «дани», и прочие налоги. Скорее всего, уже к XII столетию часть гомийских сёл была передана во владение ближайших сподвижников князя – его дружинников, а также православного духовенства. Попав в зависимость от крупных землевладельцев, гомийские сельчане продолжали нести повинности в пользу государства и князя, платили церковную «десятину». Земельные владения составили прочный фундамент, на который опиралось экономическое и политическое господство феодального сословия.

Последнее десятилетие правления Давида Святославича совпало по времени с великим княжением в Киеве Владимира Мономаха. В течение нескольких лет последний осуществил свою заветную цель – признание собственной власти почти всеми князьями. В политическом плане Давид попал под влияние Мономаха и стал его верным союзником. Только полоцкие и некоторые другие князья пытались организовать отпор Мономаху, отвергая его претензии на собирание всей Руси под киевским скипетром. В ответ на сепаратизм Глеба Всеславича минского Владимир организовывает большой поход на него, в котором принимают участие военные формирования ряда князей, в т. ч. дружины Давида Святославича (1116 год). В следующем году Давид помогает Мономаху бороться с другим смутьяном – князем Ярославом Святополковичем и вновь посылает на войну черниговско-северско-гомийские полки.

Давид Святославич умер в 1123 году11, оставив в наследие потомкам не только разноречивые суждения о своей политической деятельности, но и величественные каменные соборы, особенно в столице княжества – Чернигове. И сейчас они поражают великолепием и архитектурным совершенством.

После Давида власть в Чернигове принял его младший брат Ярослав. На его долю выпали довольно трудные испытания. В 1127 году против него выступил племянник Всеволод Ольгович, «сидевший» до того в далёкой Тмутаракани. Ярослав побаивался своего родственника и согласился на мирный обмен волостями: Всеволоду – Чернигов, а ему самому – Тмутаракань. Вскоре, однако, он пожалел о своей уступчивости и начал слёзно просить великого князя киевского Мстислава Владимировича о помощи в деле возвращения богатых черниговских владений. Но и Всеволод не бездействовал: он призывает семитысячный половецкий отряд, который угрожает Переяславлю и Киеву. Но главное средство воздействия на Мстислава было избрано иное – старое и опробованное. Подкупив ближайшее окружение великого князя, Всеволод добился срыва готовившегося на Чернигов похода киевских войск. Ярослав остался без поддержки и отказался от претензий на прежние владения.

Смерть последнего «самодержавного» великого князя Киевской Руси Мстислава Владимировича (апрель 1132 года) ознаменовала начало длительных межкняжеских распрей и ожесточённого соперничества за Киев. Свои права на стольный град предъявили и черниговские правители. Новому великому князю Ярополку Владимировичу пришлось вести с ними весьма напряжённую борьбу. Всеволод черниговский потребовал у Киева возвращения Чернигову земель Посеймья, в 1136 году осадил Переяславль и в течение трёх дней пробовал взять его. Жаркая, но безрезультатная схватка с войсками великого князя имела место у Супоя. Заручившись поддержкой половцев, в конце года Всеволод вновь вторгается в киевские пределы. Сила Чернигова была столь велика, что Киев, хотя и временно, вынужден пойти на удовлетворение его территориальных притязаний.

Между тем Всеволод Ольгович выступил в качестве главного претендента на киевский стол. И не только потому, что он был незаурядным политическим деятелем и мог предъявлять права на Киев. За его спиной стояло богатейшее, мощное в экономическом и военном отношениях княжество. В те годы Черниговская земля охватывала огромную восточнославянскую территорию. Она простиралась от Днепра на западе до Оки на востоке, от Сулы на юге до верховьев Десны на севере. Важной составной частью княжества было радимичское Посожье с цветущими городами и многими десятками селений.

Воспользовавшись смертью Ярополка Владимировича и нерешительностью других претендентов линии Мономаховичей, Всеволод занимает киевский стол (1139 год). Вчерашний смутьян, он энергично принимается за «собирание» восточнославянских земель, вступает в борьбу с многочисленными потомками Мономаха. Немалая опасность исходит от его ближайших родственников – черниговских Ольговичей Святослава и Игоря. Недовольны они были и тем, что Всеволод оставил за собой значительную часть исконно черниговских земель, и тем, что посадил на княжение в Чернигове их двоюродного брата Владимира Давидовича (1139 год)12.

В 1142 году, в связи со смертью князя Андрея Владимировича переяславльского, начались перемещения князей по столам. Всеволод послал в Переяславль туровского князя Вячеслава, а в Туров – своего сына Святослава. Эти действия вызвали озлобление князей черниговских («волости бо даеть сынови, а братьи не надели ничим же»)13: они потребовали возвращения области «Вятичи», которую Всеволод берёг для наследников. Всеволод отказывал, предлагал Ольговичам Брест, Дрогичин, Черторыйск и Клецк14. Окончательно рассерженные Ольговичи вместе с Владимиром и Изяславом Давидовичами решили самостоятельно «добывать волости» и напали на Переяславль.

На защиту переяславльского Вячеслава Владимировича поднимаются его племянники Мономаховичи. Быстрым маршем подошёл к Переяславлю князь Изяслав Мстиславич и разгромил полки четырёх черниговских князей, обратив их в бегство. Второй удар по Ольговичам и Давидовичам нанёс его родной брат – смоленский князь Ростислав Мстиславич, двинувший армию на черниговское Посожье.

Именно последний, казалось бы, и не очень заметный эпизод в междинастических распрях середины XII века оказался в центре внимания всех исследователей гомельской старины. Дело в том, что свои полки Ростислав направил именно на Гомий, где «повоевал» всю окружавшую его волость15. Таким образом, древнее «имя» посожского города совершенно случайно (ведь всё было в руках летописца – киевлянина или черниговца) впервые попадает на страницы «официальной истории» Киевской Руси.

Итак, 1142 год – это определённая, но достаточно скромная по своей исторической значимости веха в истории Гомеля.

1 ПВЛ. Ч.I. М.-Л., 1950. С.120–121.

2 Там же. С.131–132.

3 Там же. С.132.

4 Там же. С.159.

5 Там же. С.135.

6 Там же. С.108.

7 Слово о полку Игореве // Изборник. М., 1969. С.200.

8 Макушнiкаў А. «Аўтографы» князёў Рурыкавiчаў ў археалагiчных знаходках з Гомеля // Гомельшчына: старонкi мiнулага. Вып.I. Гомель, 1994. С.4. Мал.1.

9 ПВЛ. Ч.I. С.170–171.

10 Макушников О.А. В поисках древнего Гомия. Гомель, 1994. С.37–54.

11 ПСРЛ. Т.I. СПб., 1848. С.128.

12 ПСРЛ. Т.II. СПб., 1908. Стб.310.

13 Там же. Стб. 310.

14 Там же. Стб. 310–311.

15 Там же. Стб. 311.

 

Автор: О.А. Макушников