Благотворительная деятельность графини И.И. Паскевич-Эриванской, светлейшей княгини Варшавской

0
175
благотворительная деятельность

Признаюсь, при изучении архивных дел Гомельского имения эпохи Паскевичей я особое внимание сосредоточил на поиске любых упоминаний о прежнем владельце — Николае Петровиче Румянцеве. Мне было любопытно, сохранилась ли память о нем, причем память не только на, так сказать, официальном уровне, но и на уровне бытовом, в обыденной жизни громадного имения. И действительно, старого графа вспоминали часто, начиная с указания, что такой порядок был заведен при «покойном канцлере”, и кончая многочисленными упоминаниями, что эта постройка еще румянцевского времени.

Но самое интересное, пожалуй, то, что при Паскевичах не были забыты многие начинания Н.П. Румянцева. Так, ведомость 1835 г. повествует, что доктор Майер, кстати, приглашенный еще при канцлере, за год по деревням Гомельской экономии сделал 980 прививок от оспы (1). А ведь впервые это новшество было введено самим Николаем Петровичем. Или, например, в 1864 г. Могилевский губернский предводитель дворянства, ходатайствуя об открытии в Гомеле гимназии, указал, что ее можно разместить в двухэтажном каменном здании с семью флигелями, воздвигнутом еще Румянцевым, в котором при нем находилось ланкастерское училище. В ходатайстве особо подчеркивалось: «Для приспособления же упомянутых зданий к потребностям гимназии признается возможным обратить находящуюся в распоряжении Могилевского дворянства сумму, более 3 тыс. рублей, образовавшуюся из пожертвованных еще в 1811 году некоторыми помещиками и преимущественно графом Румянцевым, денег на устройство гимназии в г. Гомеле” (2).

Конечно, Паскевичи действовали в новых исторических условиях. Но были сохранены основные направления, намеченные еще Н.П. Румянцевым: во-первых, экономическое развитие Гомельского имения; во-вторых, меры, направленные на процветание города Гомеля; в-третьих, благотворительность. О том, как при Паскевичах продолжался экономический рост Гомеля и его окрестностей, думаю, можно будет сделать отдельное сообщение на одном из следующих Румянцевских чтений. Сегодня же я остановлюсь на одном аспекте, напрямую связанном с румянцевскими традициями, — на благотворительной деятельности графини Ирины Ивановны Паскевич-Эриванской, Светлейшей княгини Варшавской.

В принципе, благотворительность, этот добровольный налог с богатых в пользу бедных, была довольно обычным и даже распространенным делом в прошлом веке и начале нынешнего. Сто лет назад лишь 25% бюджета системы общественного призрения Российской империи составляли средства казны, земств, городов и сословных обществ, а 75% шли из средств частной благотворительности, т.е. из добровольных пожертвований (3). Можно даже сказать, что благотворительность входила в этику поведения класса имущих. И все же масштаб благотворительной деятельности Ирины Паскевич не имел себе равных в Беларуси и заметно выделялся своим размахом в пределах всей Российской империи.

11 ноября 1852 г. было заключено соглашение о помолвке и приданом дочери графа Воронцова Ирины с князем Федором Паскевичем. Молодые принадлежали к высшим аристократическим семействам Российской империи.

Ирина Ивановна в девичестве — Воронцова-Дашкова. Здесь обе фамилии говорят сами за себя. Федор Иванович — сын генерал-фельдмаршала Ивана Федоровича Паскевича-Эриванского, Светлейшего князя Варшавского, любимца императора Николая I.

Семейная чета прожила вместе полвека. С 1903 г. Ирина Ивановна, овдовев, вплоть до национализации Гомельского имения, оставалась его единственной владелицей.

Первое известное нам документальное свидетельство о начете благотворительной деятельности княгини относится к 1867 г. С ноября этого года она обязалась жертвовать для «бесплатного женского училища, что на Спасовой слободе, ежемесячно по 10 руб. серебром» (4). В 1874 г. княгиней учрежден в Гомеле приют для малолетних девочек, на содержание которого она ежегодно выделяла 2800 руб. (5). В 1878 г. было учреждено Гомельское общество вспомоществования учащимся. В его уставе записано: «Цель общества… доставлять материальные средства несостоятельным лицам, без различия вероисповедания и сословия, к поступлению, продолжению и окончанию курса учения в мужских и женских учебных заведениях г. Гомеля, а равно оказывать помощь при переходе их в высшие и специальные заведения Империи». Председателем правления Общества стала княгиня (6).

В апреле 1891 г. на углу улиц Замковой и Канатной (позднее последняя была переименована в честь княгини в Ирининскую) состоялась закладка здания для Гомельской богадельни. Проект подготовил петербургский гражданский инженер Г. Гаврилов. 1 августа 1892 г. это заведение под названием «Приют для престарелых женщин» было торжественно открыто. Средства на его постройку дала княгиня. Она же первые два года покрывала большую часть расходов на его содержание (первый год — 1 тыс. руб. из 1300 руб., второй — 2050 руб. из 2200 руб.), а затем целиком приняла расходы на себя (7).

В 1905 г. на средства княгини (32 тыс. руб.) на Конной площади строится двухэтажный каменный дом с подвальным этажом по проекту инженера Н.Ф. Рудольфа для гомельского ночлежного приюта и чайной (8). В 1910 г. княгиня передает новому заведению имущество бывшего Федоровского приюта (9).

Во многом благодаря княгине Гомель обзавелся водопроводом. В 1907 г. она пожертвовала на его постройку 30 тыс. руб. и, кроме того, для этой же цели приобрела на 99 тыс. руб. облигаций городского 5% займа. Это покрыло все расходы, так как городские власти заплатили за строительство водопровода варшавской фирме Држевецкого и Езморанского 116 тыс. руб. (10).

В 1905 г. в деревнях Прибор Телешевской вол., Залипье Покалюбичской вол., Давыдовке Гомельской вол. и Студеной Гуте Дятловичской вол. открылись четыре частных народных училища, каждое на 60 учеников. Средства на их постройку выделила княгиня, она же платила жалованье учителям и несла расходы на освещение, отопление, книги, учебные пособия и письменные принадлежности (11). С января 1915 г. княгиня передала эти училища в ведение Гомельского земства, при этом обязалась ежегодно жертвовать по 500 руб. на каждую школу. В благодарность Гомельское земство просило княгиню дать согласие на то, чтобы установить в каждом училище ее портрет (12).

В 1907 г. в дар Гомельскому мужскому приходскому училищу передается каменное здание стоимостью 8 тыс. руб. для размещения ремесленных классов (13).

Постоянно несколько десятков гомельских учащихся были стипендиатами княгини. Последний такой список за 1917-1918 гг. выглядит следующим образом: Преображенская женская гимназия — 13 стипендиаток, государственные мужская и женская гимназии — по 10 стипендиатов, 1-е городское училище — 5 стипендиатов, 2-е и 3-є городское и коммерческое училища — по одному. Индивидуальная стипендия предназначалась и студенту-медику Казанского университета Г.С. Рубину (14).

В 1903 г. княгиня распоряжается о направлении части прибыли, которую имение получало, арендуя пристань на р. Сож, на содержание Гомельского городского приемного покоя имени К.Н. Иванова (15). В 1912 г. на средства княгини развернулось строительство гинекологической больницы и родильного дома. Проект здания принадлежал известному гомельскому архитектору Ст. Шабуневскому. В ноябре следующего года полным ходом шло оборудование больничных помещений, причем сложную медицинскую аппаратуру везли из-за границы. Медицинский персонал в новую больницу подбирался по конкурсу из лучших врачей Российской империи, в том числе и из университетских клиник. Обслуживание в больнице было бесплатным (16).

Более 250 тыс. руб. княгиня пожертвовала на строительство нервно-хирургической клиники имени Пирогова в Петербурге. По тем временам это была громадная сумма — достаточно указать, что в 1910 г. принадлежавшая княгине недвижимость в Гомеле оценивалась в 1 млн. 46 тыс. руб. Это лечебное заведение стало первой в мире нейрохирургической клиникой и было рассчитано на 32 больных, из них содержание двух — бесплатно (17).

Крупнейшим предприятием, принадлежавшем Паскевичам, была Добрушская писчебумажная фабрика. В 1904 г. княгиня дала 1,5 тыс. руб. на постройку нового здания для Добрушского двухклассного начального училища (18). С 1904 г. за счет княгини покрывалась часть расходов на содержание фабричной больницы (ежегодно 1600 руб.) (19). Фабричному духовому оркестру княгиня пожертвовала инструменты (20). В память о 10-летии введения на Добрушской писчебумажной фабрике (впервые в Российской империи) 8-часового рабочего дня, княгиня в 1905 г. выделила средства на учреждение стипендии имени директора фабрики А.И. Стульгинского в Петербургском технологическом институте. Стипендия назначалась одному из студентов «без различия сословия и вероисповедания». Имя стипендиата называл сам А.И. Стульгинский (21).

В годы русско-японской войны в фабричной больнице для лечения раненых и больных солдат было выделено 20 мест. 60 фабричных рабочих, призванных в армию, получили дополнительно по полному месячному жалованью. Их семьям вплоть до возвращения кормильцев с действительной службы выдавалось от 5 до 12 руб. в месяц каждой (22).

Особенно много было сделано княгиней в годы первой мировой войны. Сразу же после начала боевых действий при Гомельской глазной лечебнице, кстати, в свое время оборудованной на средства княгини, учреждается лазарет на пять коек для раненых и больных воинов. В первый же год на стационарном лечении в нем были 4 офицера и 49 нижних чинов. Кроме того, бесплатно лечились и 24 беженца (23). Приведу текст телеграммы от 11 сентября 1914 г.: «Ея Светлости, графине И.И. Паскевич-Эриванской, Светлейшей княгине Варшавской. Главное управление Российского Общества Красного Креста, заслушав в заседании своем сообщение об открытии Вами лазаретов на 70 кроватей в гор. Гомеле и Добруше и о предстоящем в ближайшем времени открытии еще одного лазарета в Гомеле на 100 кроватей, с принятием на свои средства расходов по их содержанию, а также просьбу Вашу о принятии вновь формируемого лазарета под флаг Красного Креста, постановило благодарить Вашу Светлость за оказываемую помощь раненым и больным воинам и принять формируемый Вами лазарет под флаг Красного Креста» (24). А вот другая телеграмма, от главного начальника Минского военного округа барона Рауша: «Посетив в Гомеле устроенный Вами госпиталь для раненых, не могу не высказать Вам своего восхищения как устройством госпиталя, так и чудным зданием созданной Вами гинекологической больницы» (25). В 1915 г. гомельский дворец и госпитали, устроенные княгиней, дважды посетил император Николай II. Оба раза он отправил ей благодарственные телеграммы (26).

В распоряжение Российского Общества Красного Креста княгиня передала принадлежавший ей легковой автомобиль (27).

В годы войны через Беларусь хлынули потоки беженцев. Только в сентябре 1916 г. в лазарете княгини накормили 2410 человек (28).

В последнее время появилось довольно большое число публикаций и даже книг об истории благотворительности и меценатства в России. Иногда может сложиться впечатление, что именно это было чуть ли не главным побудительным мотивом в деятельности отечественных промышленников и купцов. Да, здесь есть, безусловно, громкие и очень громкие имена, такие, как, например, Савва Морозов или Павел Третьяков. Но не следует забывать и то, что в целом самодержавие покровительствовало милосердию. Фабрикант и купец, занимаясь благотворительностью, мог получить орден, чин, а со временем и дворянство. И этот стимул, исследуя явление в целом, сбрасывать со счетов тоже нельзя.

Что же касается высших аристократических кругов, то побудительный мотив здесь остается прежний, воплощенный еще в трудах Николая Петровича Румянцева: «Главное — служение Отечеству». Бескорыстная и разносторонняя деятельность княгини Ирины Ивановны Паскевич на ниве народного блага и просвещения продолжила эту традицию.

Литература

  1. Национальный исторический архив Беларуси (далее: НИАБ). ф. 3013, oп. 1, д. 23, л. 68-69.
  2. НИАБ, д. 498, л. З об. — 5 об.
  3. Россия. 1913 год. Статистическо-документальный справочник. СПб., 1995. С.381.
  4. НИАБ, ф. 3013, oп. 1, д. 498, л.16.
  5. Там же, д. 1221, л. 8 об.
  6. Там же, д. 498, л. 92; Устав Гомельского общества вспомоществования учащимся. Гомель, 1882. С. 1,2.
  7. НИАБ, ф. 3013, on. 1, д. 1527, л. 25, 27, 32-33 об., 47.
  8. Там же, д. 2062, л. 2-2 об.
  9. Там же, д. 2273, л. 1.
  10. Там же, д. 2153, л. 8 об., 10, 17.
  11. Там же, д. 2113, л. 1, 57-57 об.
  12. Там же, д. 2369, л. 5-5 об.
  13. Там же, д. 2151, л. 1, 7.
  14. Там же, д. 2694, л. 1-1 об.
  15. Там же, д. 2153, л. 52.
  16. Там же, д. 2229, л. 2, 5, 6 об. — 7, 8-8 об.; д. 2367, л. 4, 5; д. 2409, л. 15 об.
  17. Там же, д. 2153, л. 28; д. 2405, л. 8, 19, 29 об.; История Тартуского университета. 1632-1982. Таллин, 1983. С 192
  18. НИАБ, ф. 3013, oп. 1, д. 2113, л. 56.
  19. Там же, д. ЗОН, oп. 1, д. 379, л.34.
  20. Там же, ф. 3013, oп. 1, д. 1224, л. 72.
  21. Центральный государственный исторический архив Петербурга, ф. 492, оп. 2, д. 8370, л. 2-3, 5-6 об.
  22. Писчебумажное дело. 1905, N 1. С. 34.
  23. НИАБ, ф. 3013, оп.1, д. 2153, л. 59.
  24. Там же, д. 2369, л. 6.
  25. Там же, д. 2409, л. 10.
  26. Российский государственный исторический архив, ф. 1018, оп. 1, д. 191, л. 39, 40.
  27. НИАБ, ф. 3013, оп. 1, д. 2408, л. 1.
  28. Там же, д. 2489 а, л. 1.

Автор: А.Л. Киштымов
Источник: Н.П. Румянцев на белорусской земле: Материалы Междунар. круглого стола / Над. б-ка Беларуси. — Мн., 1997. — 68 с. В сборник включены доклады участников Международного круглого стола “Н.П. Румянцев на белорусской земле”, состоявшегося 26-27 декабря 1996 г. в Гомеле и приуроченного к 200-летию города. Ст. 61-67.